Сглаз - Олд Хьювелт Томас - Страница 75

И отец Джослин вырулил на разворотный круг.

– Но ты должна будешь все мне объяснить.

– Спасибо, папа, – выдохнула Джослин, вжимаясь в спинку сиденья в полнейшем изнеможении.

Они выехали из центра Ньюбурга и погнали к шоссе девять В, которое огибало крупный парк. Джослин впилась взглядом в цифровые часы на приборной панели.

Семнадцать сорок три. Джослин вздохнула. Ее голова отяжелела, череп сдавило изнутри. Безумие растекалось по жилам, словно яд.

В Таиланде было плохо, но зато они успели спастись, хоть и находились на другом континенте.

А что будет с ними сейчас?

Почему Стив не отвечает? Во что он ввязался? И что за сила вырвалась на свободу, если ее обуяло такое невыносимое отчаяние? Мысли плыли в ее сознании, как облачка в небе. Мозг отказывался переносить пульсирующую боль, он с трудом воспринимал реальность.

Мир утекал в бездонную зловонную дыру скорби. Воля к сопротивлению была сломлена. Джослин хотела умереть. А Мэтт, бедный Мэтт!..

Мальчик не сумеет справиться с кошмаром.

– Джослин!

«Тойота» завиляла, Джослин и Мэтта начало болтать из стороны в сторону.

Джослин очнулась, но тут же провалилась обратно в липкий дурман. Потрясла головой и поняла, что наматывает ремень безопасности на шею Мэтту, чтобы задушить его – в порыве материнской любви.

Ведь она просто хотела спасти его…

Ощутив очередную вспышку животного ужаса, Джослин отпустила ремень.

Оно околдовывает тебя. Гипнотизирует тебя. Как только ты окажешься в его власти, оно заставит тебя совершить самоубийство. Наверное, так она сделала с Тайлером.

«Тойота» резко затормозила у обочины.

– Что с тобой происходит, Джослин! – закричал ее отец, поворачиваясь к дочери.

– Ох, папа, не знаю, – пробормотала она.

Мистер Хэмптон был потрясен.

Джослин хватала ртом воздух. В широко открытых глазах застыла мольба.

– Быстрее, папа! Прошу тебя!.. И говори со мной… говори!

– Что, в конце концов, случилось, Джослин?

Джослин промолчала. Она не могла признаться отцу, почему умер Тайлер, – и теперь ситуация повторилась.

Она очень жалела об этом и надеялась, что позже расскажет ему всю правду.

Он должен знать – и плевать, если она нарушит правила. Блэк Спринг лишил его старшего внука. Но сейчас самым важным было вернуться в город, и она чувствовала, как сила утаскивает ее вниз…

– Пожалуйста, не задавай вопросов, – выдавила она. – Я тебе потом объясню. Пожалуйста, говори со мной, ладно, папа?

В ее словах было нечто такое, что убедило мистера Хэмптона. Он мрачно кивнул. Пусть будет так, как сказала Джослин.

Вскоре «Тойота» свернула на шоссе двести девяносто три, в сторону Блэк Спринг.

– У меня было плохое предчувствие. Я нервничаю из-за Стива, – произнес мистер Хэмптон. – Вам надо вместе быть, особенно сейчас. Я за него беспокоюсь. Он не справляется. Никто не справляется, будь оно проклято, это гнилое и мерзкое дело, но…

Благие намерения мистера Хэмптона пошли прахом. Он допустил фатальную ошибку, продолжая говорить, не дожидаясь, пока ответит Джослин…

Глаза его дочери утратили блеск, Джослин поникла и уставилась в пол.

Неподалеку от оранжевого дорожного знака, обозначающего съезд на Дип Холлоу Роуд, Джослин и Мэтт синхронно принялись колотиться головами о дверцы «Тойоты».

Мистер Хэмптон вполголоса выругался и покосился на Джослин, вцепившуюся в ручку двери. Он ударил по тормозам, руль крутанулся у него в руках – да так, что обожгло ладони.

«Тойота» с визгом затормозила.

Все трое повисли на ремнях безопасности.

– Папа, помоги мне, прошу…

Джослин одеревенела от страха. У нее на лбу была рассечена кожа, по ее лицу текла кровь. Она обняла Мэтта и начала укачивать сына.

Мистер Хэмптон молчал. Его подташнивало. Драма, которая разворачивалась у него на глазах, была за пределами его понимания, но он ощущал важность ситуации и собственную ответственность.

Но внезапно его озарило, он догадался, что причина кроется в Блэк Спринг.

Тайна Блэк Спринг затаилась где-то в лесу, в ночи.

Почему-то мистер Хэмптон сразу уверился в том, что если не узнает, что это за тайна, то нисколько не пожалеет.

Спустя несколько секунд «Тойота» продолжила свой путь.

Джослин открыла окно и ощутила на лице поток морозного воздуха. Голова немного прояснилась. Блэк Рок Форест окутала тьма. Фары «Тойоты» освещали лишь дорогу. Можно было предположить, что в Блэк Спринг ничего не изменилось, но Джослин чувствовала, что это обман.

Ничего, когда они доберутся домой, то будут в безопасности, что бы это ни означало.

Нет смысла рассуждать о том, что стряслось. Они вот-вот будут в эпицентре событий.

Впереди появился баннер «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В БЛЭК СПРИНГ». И Джослин словно парализовало.

Мистер Хэмптон убрал ногу с педали газа.

– Я не хочу ехать в Блэк Спринг, – пробормотал он.

– Папа?

– Я… знаешь, милая… У меня еще есть дела… в Ньюбурге. Ага… мне пора в Ньюбург.

И мистер Хэмптон начал незамедлительно разворачивать машину. Раздался треск, и «Тойота» едва не съехала с дороги в кювет.

– Папа… нет! Нам надо ехать дальше!

Но отец не слушал ее. Он что-то неразборчиво проворчал, и от звука его голоса Джослин похолодела. Мышцы его лица напряглись, а в глазах сверкнул проблеск понимания.

Похоже, сила, которая тянула ее в Блэк Спринг, сейчас заставляла ее отца бежать отсюда.

Нет, он не ее отец. Он – Пришлый.

Джослин рывком распахнула дверцу машины и вытащила Мэтта наружу.

Они не поедут в Ньюбург. Это прямая дорога в могилу.

– Папа, прошу… – взмолилась она.

– Прости, Джослин, – ответил он, обернувшись и смерив ее чужим взглядом. – Я очень занят. Я вспомнил, что мне надо срочно лететь в Атланту.

«Тойота» понеслась в сторону Ньюбурга. Задняя дверца так и осталась открытой: она захлопнулась, лишь когда машина проехала сотню футов.

Джослин что-то закричала вслед, но это было бесполезно.

В свои тринадцать Мэтт был еще практически ребенком, еще не вошедшим в фазу бурного роста, но сейчас Джослин ощутила весь вес обмякшего тела сына в своих руках. Она точно спятит, пока его до дома дотащит, но выбора нет. По крайней мере, им надо пересечь границу города. Стиснув зубы, она взвалила Мэтта себе на спину и двинулась вперед.

Перед ними раскинулся Блэк Спринг.

По другую сторону от баннера – как раз около Хайленд Фоллз – горели уличные фонари. Тусклый свет отражался в воде Длинного Пруда, протянувшегося вдоль дороги. Но в самом Блэк Спринг царила чернильная тьма, в которой возвышались едва различимые силуэта домов и деревьев. Не было видно даже единственного светофора на въезде, только слышалось, как он поскрипывает на ветру. Электричество вырубилось, подумала Джослин.

Она продолжала вглядываться в темноту, которая по мере приближения к городу становилась все гуще и гуще. У Джослин заныло сердце.

Здесь, на окраине, контраст был особенно разительным. Казалось, что захолустный уголок превратился в черную дыру, перемалывающую пространство и время. Пожалуй, Блэк Спринг мог искривить любой лучик и погубить любое живое существо.

Из горла Джослин вырвался стон. Она знала, что ей надо раствориться во тьме – и, возможно, именно там она обретет спасение и поможет Мэтту.

Когда Джослин миновала баннер, мрак поглотил ее и Мэтта.

Глава 30

Горожане столпились на улицах. Почти как на Новый год, когда все выходят из домов, чтобы обменяться поздравлениями, – вот только фейерверки не озаряли все вокруг.

Обитатели Блэк Спринг держали в руках фонари, свечи или сделанные из подручных материалов факелы. На землю, прихваченную морозом, падали изломанные тени. И радости тоже не было. Первоначальный шок исчез, его сменил неумолимый страх, лишь подогреваемый слухами, которые распространялись по Блэк Спринг, как лесной пожар.