Сглаз - Олд Хьювелт Томас - Страница 70

– Нет! – закричал Мэтт. – Не надо! Не дайте ему разрезать ей глаза! Мама! Папа! Не дайте ему разрезать ей глаза!

Глава 27

После похорон Джослин заявила, что хочет отправиться с отцом в больницу Святого Луки, к Мэтту. Завтра уже неделя, как он в Ньюбурге.

А когда все разошлись по домам и закончился нескончаемый поток соболезнований, Джослин сказала Стиву, что, если через несколько дней не наступит улучшения, им придется вернуть Мэтта в Блэк Спринг, пока проклятье ведьмы не уничтожило его окончательно.

Стив с отсутствующим видом кивнул и пробормотал, что ему надо кое-что уладить с распорядителем похорон, а затем он тоже приедет в Ньюбург.

У тебя есть сын, подумал он.

Теперь Мэтт – твой единственный ребенок, не вздумай забыть про это.

В черном костюме, но с расстегнутым воротом рубашки и ослабленным узлом галстука, Стив поплелся на задний двор – к могиле Флетчера.

Сейчас он просто хотел побыть наедине со своим горем. Пусть насущные дела подождут и пусть его никто не трогает.

Какая-то часть его мозга упорствовала, отказываясь признавать, что теперь у него остался только один сын. Стив не мог отпустить Тайлера. Наверное, это ощущение будет возвращаться снова и снова.

Многолюдные похороны помогли Стиву отгородиться от отчаяния, но теперь тоска буквально пригвоздила его к земле. Скорбь исказила реальность и ранила его душу всякий раз, когда он прокручивал факты в голове. Будто короткое замыкание, которое заставляло его уходить не только от родных, но и от самого себя. Несмотря на мучительную боль, Стив понимал, что, отстраняясь, ведет опасную игру.

Во вторник, когда закрыли гроб, Стив ненадолго – и в совершенно ясном сознании – задумался о самоубийстве как о логичном завершении его бесполезной жизни. Глупость, жалость к себе в чистом виде.

Но Стив Грант не верил в загробную жизнь. Собственная смерть не приблизит его к Тайлеру.

Ветер усилился. Пронизанный лучами зимнего солнца лес казался враждебным. Стив оглядел двор. Много лет назад, когда у них еще не было конюшни, здесь находился трамплин, на котором Тайлер тренировался каждое лето. Он делал сальто и летел вниз с ленивой грацией и слепой верой в себя, словно плохого исхода не существовало. Джослин немного побаивалась темной ямы под трамплином. Ее беспокоило, что однажды пружина лопнет и Тайлер свернет шею при падении. Позднее они убрали трамплин, а яму почему-то решили не трогать…

Но смерть все-таки добралась до Тайлера. Правда, он был в другой яме – в миле отсюда, на кладбище у церкви Святой Марии.

И он будет лежать там до скончания веков.

Стив присел возле могильного холмика Флетчера, над которым возвышалась деревянная табличка. Ее сделал Мэтт.

– Привет, дружище, – прошептал Стив. – Позаботься о Тайлере, ладно? Я знаю, что ты бы за него жизнь отдал. Я бы тоже.

И внезапно он услышал голос Тайлера:

«Флетчер мертв, Мэтт. И, вообще, у него был другой голос. Флетчер никогда так не выл».

«Но раньше-то он не был мертвым», – прозвучал ответ Мэтта.

Стива стал бить озноб. Тогда он отмахнулся от реплики Мэтта. Какая чушь. Но ведь Мэтт угадал, верно? Флетчер уже погиб – но в ту ночь они слышали, как он воет в лесу.

Наверное, именно тогда Катерина и вернула его к жизни.

Хватит, опомнись, приказал себе Стив.

И вздрогнул.

«Позже я в ведьм верить перестал, но глаза всегда зажмуривал накрепко».

Кто-то прокашлялся, и Стив, дернувшись, поднял взгляд.

Лоуренс. В строгом костюме, который он надел на похороны, он выглядел еще печальнее.

– Извините, что я вас напугал.

– Ничего, Лоуренс. Ты-то как?

Парень пожал плечами: дескать, без разницы, каково ему сейчас.

– Я хотел поблагодарить вас. В смысле, вы не настучали на нас. На Тайлера и на меня.

– Не за что.

Лоуренс обогнул могилу и встал рядом со Стивом.

– Он ужасно расстроился из-за Флетчера. Сами понимаете. А может, если бы Джейдон не натравил на нее пса, тогда бы вообще ничего не случилось. Он не заслужил такого…

Лоуренс оборвал себя на полуслове и умолк. Вытер заплаканные глаза и отвернулся.

А Стив почувствовал, как у него жжет в горле.

Точно, Тайлер не заслужил этого.

А затем его мозг переиначил фразу. Не Тайлер заслужил это.

Ты дал сыну ускользнуть от тебя и никогда не простишь себя.

Наслаждайся болью и не туши пламя. Пусть оно горит, не угасая.

Боже мой! Боль слишком сильна, он не силах терпеть ее. Каждая клетка его тела вопила и отчаянно рвалась к Тайлеру.

Только бы обнять сына, сказать ему, как он его любит. Он бы отдал все на свете за один-единственный шанс отменить прошлое.

У Тайлера не будет ни блестящей карьеры журналиста, ни красивой девушки из другого города. Он умер, он задохнулся в петле, находясь в полном сознании. И мир перевернулся.

Стив сглотнул и обратился к Лоуренсу.

– Лоуренс, может, тебе лучше домой пойти? – предложил он, стараясь говорить ровным тоном.

Лоуренс вытер слезы.

– Я хочу вам кое-что сообщить насчет Тайлера. Я должен сказать нечто очень-очень важное.

Стив внимательно посмотрел на Лоуренса. Соседский парень, похоже, думает, что чем-то ему обязан, и теперь, в самый черный момент в жизни Стива, решил облегчить душу.

Но Стив должен проглотить горькое лекарство – выпить чашу до дна.

– И что же? – тупо спросил он.

– Тайлер бы никогда так не поступил. Наверняка он услышал ее шепот. Тайлер никогда не был груб с ней. Другие – да, но не Тайлер. Он всегда заступался за нее. Я не понимал, почему она решила отомстить ему. А затем я сообразил, что это сделала не она.

Воцарилась тишина. Время будто замедлило свой ход.

– Что ты имеешь в виду? – наконец проговорил он.

– Мы записали ее голос и дали прослушать файл одному парню из Хайленд Фоллз – захотели доказать, что шепот не причинит ему вреда. Конечно, Тайлер стер все улики, перед тем как вы обратились в СГЛАЗ. Но сначала-то мы воспользовались айфоном Джейдона! Я видел, как Джейдон удалил файл – хотя он мог и прикидываться. А потом они арестовали Джейдона, – выпалил Лоуренс. – И они, конечно, должны были сразу стереть запись, правда? Ну чтобы уцелеть… Но это – обычный аудиофайл: вдруг они решили, что какую-то музыку стирать незачем?

Стив напрягся.

– По-твоему, у Джейдона есть запись ее голоса? – перебил он Лоуренса.

«Я никогда не держала на вас зла», – сказала ему Гризельда Хольст.

Она-то, может, и нет, но Джейдон…

И тут Стива осенило.

Детали пазла сложились воедино. Стив вспомнил свои сомнения, которые одолели его после того, когда они с Тайлером удалили все данные с айфона и Макбука.

Уже в тот вечер Стив боялся, что поступает слишком опрометчиво, хотя и спасает Тайлера от наказания.

А Лоуренс только что поблагодарил его… но если предположение Лоуренса верно, то Стив виновен в смерти сына. Вот к чему приводят благие намерения.

Стив инстинктивно сжал кулаки. У него расфокусировалось зрение, и ему показалось, что он сейчас упадет в обморок. Кровь прилила к голове, в висках стучал пульс, живот скрутило болезненным спазмом.

До него донесся глухой голос Лоуренса:

– Проверьте его ноутбук. Он много чего писал в блог по поводу того, чем занимается, но не выкладывал файлы в сеть. Вдруг он что-то написал… в последние дни.

– Его Макбук запаролен, – с трудом произнес Стив.

– Зато я знаю комбинацию.

– Точно?

– Это ваш день рождения.

Он успел добежать до туалета, где его желудок изверг остатки пирожного и безвкусный кофе, который он второпях выпил утром. Упав на колени, он схватился за фаянсовый обод, и его голова безвольно повисла над унитазом. Он заморгал. Голова отяжелела и ничего не соображала, он дышал в изнеможении, пока приступ тошноты не прошел. Желчь по большей части.

Он не мог заставить себя есть.

Через несколько минут он встал и потащился к раковине. Прополоскал рот и умылся. Посмотрел на себя в зеркало, чтобы понять, насколько ему плохо.