Сглаз - Олд Хьювелт Томас - Страница 63

Тот, кто иногда заставлял его лезть на стену, чудесный ребенок!

Тогда Мэтт сидел на полу, запрокинув голову. Он залил себе глаза строительным клеем «Жидкие гвозди». Рот мальчика был перекошен в чудовищной улыбке. Мэтт наглотался поганок.

У Мэтта текла слюна, а куски ядовитых грибов падали ему на рубашку. Он угодил в ловушку – шагнул в ведьмино кольцо, которое непостижимым образом проросло сквозь трещины в коридорных половицах.

Наверное, он решил, что единственный способ освободиться – съесть все грибы. Возможно, всякий раз, как он срывал поганку, на ее месте вырастала новая, и кольцо вновь смыкалось вокруг мальчика.

На полу валялся монтажный пистолет – за пределами ведьмина круга.

А ведь до этого момента Мэтт увидел нечто, что напрочь лишило его рассудка.

Стив развернулся, и сталь маятника рассекла его надвое. Он пошатнулся и почувствовал, что его внутренности вывалились через дыру в животе. Это не было физическим ощущением. Из него вывалилось все, чем он был доселе.

Нынешний Стив сглотнул. Он что – опять попал в закольцованное ведьмино прошлое?

Тайлер повесился на веревке, которую взял с конюшни. Перекинул ее через потолочную балку, обмотал вокруг шеи и откинул табурет. Падение не возымело должного действия и не сломало ему шею. Его смерть была медленной и мучительной. Мальчик встретил ее в полном сознании.

Высохшие полосы слез, остекленевшие опухшие глаза. На его лице застыла сильнейшая черная тоска.

Худая и несгибаемая Катерина ван Вайлер стояла около трупа Тайлера. Ведьма Блэк Рок, которая, как и Красная Смерть, приходила, яко тать в ночи.

Только тогда Стив понял, что Тайлер, его сын, мертв.

И теперь, идя за Питом Вандермеером по коридору, Стив начал кричать.

Глава 24

То, что Роберт Грим не сразу отправил Мэтью Гранта в больницу Святого Луки в Ньюбурге, стало самым трудным решением за всю его карьеру. Но Грим взял ответственность на себя.

Настоящий кошмар начался тогда, когда Джослин не дала увести себя от лестницы. Стив, сидящий за обеденным столом, таращился в пустоту пустым и одновременно назойливым взором. Похоже, его мозг полностью выключился.

Грима вызвала Мэри Вандермеер. Он и Уоррен прибыли в дом Грантов спустя три минуты. Уолт Стэнтон, врач общей практики, уже стоял на крыльце.

«А что теперь?» – с содроганием подумал Грим.

Похоже, что проклятие Катерины сконцентрировалось в жилище Грантов и снова развернулось во всю свою мощь.

Пит сообщил Гриму, что он и его жена перепугались не на шутку, услышав возгласы соседей. Они побежали к Грантам и даже смогли оттащить родителей от тела мертвого сына (и то хорошо).

Когда Грим вошел в дом Грантов, Мэтт уже лежал на спине, на мраморной столешнице. Мэри и Джослин поливали ему лицо холодной проточной водой. Когда Стэнтон увидел клочья поганок, то спросил, когда Мэтт их проглотил. Не дожидаясь ответа, перевернул мальчишку на живот и сунул ему палец в рот, чтобы вызвать рвоту.

Грим увидел глаза Мэтта, мельком.

Этого оказалось достаточно.

Матовый слой пластика цвета слоновой кости изуродовал его глазные яблоки – их будто проткнули иглой, высушили, а потом свернули прямо в глазницах.

Пока Уоррен помогал Стэнтону возиться с Мэттом, Грим взбежал вверх по лестнице и остолбенел. Тайлер Грант, очаровательный и приятный мальчишка, еще подросток, повесился на потолочной балке. И причина стала ясна сразу же.

Катерина стояла возле тела.

Грим заморгал: его зрение отчего-то расфокусировалось, а звуки стали приглушенными, плач Джослин доносился откуда-то издалека. Грим прикусил язык и замотал головой. Надо быть собранным. Горевать будем потом, сейчас самое важное – обеспечить безопасность остальных.

Стэнтон поднялся по лестнице вслед за Гримом и прижал ладони ко рту:

– Господи!

Босые ноги Тайлера покачивались в футе над полом, а рядом чуть-чуть колыхалось грязное потрепанное платье Катерины.

– Что ты обычно делаешь в таких случаях? – спросил Грим.

Стэнтон недоуменно уставился на него.

– В смысле, при самоубийстве, – пояснил Грим.

– Ох! – вырвалось у Стэнтона, и он взъерошил себе волосы.

– Я должен доложить прокурору округа. Полиция штата захочет провести расследование, особенно учитывая то, что случилось с его братом.

– Правильно, но сначала необходимо, чтобы она исчезла.

Стэнтон с отвращением поглядел на идеально правильное ведьмино кольцо из поганок, которые выросли из щелей на полу коридора.

Грим не заметил грибы, и это зрелище настолько его потрясло, что у него мурашки побежали по позвоночнику и колени подогнулись.

Грим попытался собрать всю свою волю в кулак. Нужно действовать.

– Поганки, – выдохнул Стэнтон. – Роберт, я должен отвезти парня в больницу.

– Нет! Тогда к нам нагрянет полиция штата. А если мы не сообщим о самоубийстве Тайлера, они решат, что здесь – случай жестокого обращения с детьми. Федералы начнут расследование…

– Но ему надо срочно в больницу! – выкрикнул Стэнтон. – Я не представляю, сколько он их съел. Грибы смертельно ядовиты! А его глаза…

– Отвези Мэтта к себе и сделай все, что можешь.

– Но, Роберт, я давал клятву Гиппократа!

– А я давал клятву как начальник СГЛАЗ. Ответственность я беру на себя. Давай же! Спаси парня.

– Но я не смогу! А если она не уйдет отсюда и через три часа? А Мэтт… он при смерти! Роберт, Гранты уже потеряли своего старшего сына!

Грим увидел темное пятно в паху на джинсах Тайлера. У висельников опорожняется мочевой пузырь, вспомнил он. Грим отвернулся.

Как все-таки все жестоко – и недостойно.

Хотя происшедшее было за пределами его понимания, через несколько секунд Грим взял себя в руки. Он ощутил привычную бесстрастность, которая выработалась у него в течение долгих лет, когда он сталкивался с экстремальными ситуациями. Богатый опыт позволял Гриму снизить собственные душевные переживания до уровня еле заметной боли, будто он находился под анестезией.

А Стэнтон так не может. Наверное, его беспокоит нарушение клятвы Гиппократа, а не то, что случилось с мальчишками.

Грим схватил Стэнтона за плечи и хорошенько встряхнул.

– Послушай, Уолт. Я хочу все разрулить! Но ситуация – чрезвычайная, и, к моему великому сожалению, нужды этого проклятого города оказываются выше нужд отдельных людей! Поэтому у нас нет выбора. Остается лишь надеяться, что родители не станут нам мешать. Я свяжусь с тобой, когда смогу, но сейчас нам обоим надо поторопиться! Мне без разницы, как ты это сделаешь, но, ради бога, спаси Мэтта.

Стэнтон постоял на месте, раздираемый сомнениями, но затем сделал нечто совершенно неожиданное. Приблизился к Тайлеру, протянул руки и закрыл ему глаза. Жест сострадания и сочувствия.

Грим даже порадовался за Стэнтона. Молодчина.

А тот уже бежал к лестнице.

– Постарайся, чтобы родители не поняли! – напутствовал его Грим.

Стэнтон унес Мэтта, и вскоре Грим услышал рокот мотора его машины. Одной проблемой меньше.

А потом реальность превратились в последовательность хаотических событий. Джослин очнулась от истерики и пришла в возбуждение. Она хотела обзвонить людей, и Грим был вынужден сказать, что со звонками надо подождать. Мэри сидела рядышком с Джослин на диване. В какой-то момент Джослин заявила, что нужно достать из морозилки куриные грудки, и Мэри заверила ее, что сама об этом позаботится.

Грим забеспокоился. Покосился на Стива, ожидая от него содействия, но тот не шевелился. Через двадцать минут Джослин наконец осознала, что Мэтта увезли.

Грим сказал ей, что Стэнтон доставит мальчика в больницу. Джослин разрыдалась и решила проведать Тайлера.

Грим приготовился к самому худшему.

Вандермееры суетились вокруг соседей, а Грим поднялся наверх вместе с Уорреном. Они принялись обсуждать, как им поступить дальше.

Катерина безмолвно стояла возле трупа – настоящая львица, застывшая над добычей и охраняющая ее от стаи голодных гиен. Грим едва не запаниковал. Похоже, ведьма решила здесь остаться.