Очень приятно, Царь! (СИ) - Бергер Евгений - Страница 47

— Прекрасно понимаю. — согласился я и зашёл на кухню: — Ого! А тут здорово. И очень просторно. Вау! А сколько здесь приправ?

— Ну, конечно. — Глава студсовета села за столик у окна: — Если здесь не будет максимального количества разных ингредиентов, то как жители «Полярной совы» будут готовится к этапам и кулинарным дуэлям?

— Кулинарным дуэлям? — глаза Коляна тут же загорелись: — Расскажи подробнее! Как здесь всё устроено?

— Вижу, ты у нас любишь померяться мастерством? — усмехнулась Лера.

— Не то слово! Из нас двоих — Дерек намного опытнее меня. Поэтому, я редко побеждал. Но из каждого нашего сражения я всегда выносил урок. То есть… Для меня дуэль — это не только способ показать свой уровень, но и взять что-то новое от соперника.

— Что ж, хорошо. Дуэли у нас проходят по определённым правилам. И только с разрешения преподавателей! То есть, это официальная кулинарная битва с судьями. Но бросать вызов просто так — нельзя! Ты должен предложить противнику нечто равное. Понимаешь?

— Ого! Тут есть ставки?

— А как же? Играть на интерес — бессмысленно. — Лера развела руками: — Кто-то играет на территорию. Кто-то сражается за оборудование. В общем, нюансов много.

— Уже не терпится себя показать! — воодушевился мой проводник.

— Вот сейчас и покажешь. — заключила Госпожа Старшая Сестрица.

Что же касается закуски? Водка — один из самых распространённых алкогольных напитков в Империи. Под неё подходит два типа закусок: традиционные и современные.

К традиционным относят — варёный картофель, соленья, селёдку, маринованные грибы и холодец. А к современным — бутерброды, различные колбаски, канапе и тарталетки с начинкой.

Колян решил удариться по классике. Уже поставил воду и теперь быстро чистил картофель. А я нашёл в холодильнике две упаковки шпрот, сливочное масло, бородинский хлеб и банку икры киты. Солидно! Хотя, чего я удивляюсь? Эта академия в первую очередь для аристократов.

В навесном гарнитуре нашлось несколько видов тарталеток и различные специи. Отлично! Теперь получится добавить к обычному вкусу очень интересную изюминку.

А Колян во всю пыхтел над соленьями и куском сала, которое он откопал в морозилке. Ох, запахло понтами из истинной русской кухни!

Спустя сорок пять минут Петрович зашёл на кухню, и устало выдохнув, сел напротив Леры:

— Молодёжь! Как успехи?

— Отлично. Мы готовы! — ответил я, украсив тарталетки веточками свежего укропа: — Закуски под водочку в двух исполнениях! Классика и современный вариант.

Мы выставили на стол несколько тарелок.

— Хм-м-м… — Петрович внимательно оглядел все наши изыски: — Традиционные соленья, шпик с ломтиками чёрного хлеба, тосты из бородинского хлеба с… судя по аромату, это шпроты. Я прав?

— Шпроты, но измельчённые до состояния легкого пюре.

— Интересно. А это у нас малосольные огурчики, завёрнутые в сало а-ля беконотье. И… Рулетики из баклажана? Я-то думал, чем так вкусно пахнет? Но ты же не жарил их?

— Запёк в масле при низкой температуре, чтобы они стали мягкими и сочными. — пояснил Колян.

— И… Тарталетки с красной икрой. Занятно. Но… Как-то это всё… Обычно? — дед взял бутерброд, а затем откусил небольшой кусочек. Его лысина тут же сверкнула, как сверхновая звезда. А усы поднялись, словно от электричества: — Ох ты ж! Вкус, как будто я вернулся назад… Лет на сорок! Мы празднуем с семьей Новый год… Но вкус рыбы, чем-то сильно смягчается. Как будто… Масло, но не простое!

— Я добавил в него немного масла из шпрот, а затем взбил. Получилась очень нежная масса, которая равномерно распределилась по куску хлеба.

— О-о-о… А эти яркие нотки бородинского хлеба только украшают послевкусие! Обожаю… — Петрович засиял, но тут же пришёл в себя: — Так… Простите, что-то я отвлёкся. Малосольные огурчики!

Как только дед хрустнул, Лера уже была похожа на голодного волка, которого закрыли в клетке рядом со стадом овечек. Правда, потом она стала вести себя немножечко страннее… На её щеках появился румянец. Она с таким удовольствием смотрела на наше блюдо, что нам с Коляном стало немного не по себе. Какая-то безумная страсть.

— О-о-о… Я знаю, что до конца моего рабочего дня ещё семь часов, но… — дед начал неистово хрустеть огурцами и закусывать остальными соленьями: — ЛЕРОЧКА!!! МНЕ НУЖНА СТОПКА!!!

— НЕЛЬЗЯ! — Глава студсовета ударила по лысине Петровича ребром ладони, словно каратист, когда разбивает кирпичи и доски на выступлениях.

— Ну, почему? От пятидесяти грамм ничего страшного не случится! — взмолился дед: — Ну дай ключик…

— А вот не дам. Закончится рабочий день — тогда открою!

— Негодница… Шельма! — возмутился дед и взял тарталетку: — Сбежал от жены, так тут эта…

— Не эта, а Валерия! Я, между прочем, не только Глава студенческого совета, но и староста «Полярной совы». А ты, Петрович, получишь по лысине ещё раз, если при мне будешь клянчить водку. О… Ребята! — Лера повернулась к нам: — Запомните первое правило «Полярной совы»! Никогда не давайте Петровичу ключ от шкафа с алкоголем во время рабочего дня. Нажрётся! Как пить дать — нажрётся! А если его увидит, кто-нибудь из профессоров или Совета Элит — не сносить ему головы.

— Эм-м… Ладно.

Конечно, у всех есть свои изъяны. Идеальных людей не существует. Но зачем брать на работу со студентами — алкоголика? Очень интересно.

— Лера-а-а-а… — съев тарталетку, Петрович натурально превратился в берсерка. Он смотрел на Главу студсовета жуткими глазами, но в миг стал самым доброжелательным дедушкой: — Леруся… А достань мне вяленые помидоры.

— Не достану. — мило улыбнувшись, ответила Глава студсовета: — Я знаю, что ты там приныкал шкалик «Грей Гуса».

— Всё. Сдаюсь. — дед обречённо вздохнул, и вытащив пищевую пленку, принялся обматывать всё, что мы с Коляном приготовили: — Дождитесь меня… вкусняшки! Вечером я познакомлю вас с «Архангельской». Или «Сябрами хлебными». Или даже «Тайгой»! Не портитесь… Дождитесь дедушку…

— Простите, а мы прошли? — осторожно поинтересовался Колян.

— Петрович. Теперь, можно на «ты». — радостно улыбнувшись, дед пожал нам руки, а затем спрятал обмотанные тарелки в холодильник с такой бережностью, будто от этого зависела вся его жизнь.

Ну… Я и сам любил иногда пригубить. Тут уж — дело каждого. А Петрович… Да, главное, чтобы не болел.

— Что ж, мальчики! Теперь пришло время заселения. Я покажу вам ваши комнаты. За мной! — Лера вновь заботливо взяла нас за руки и повела дальше.

— Господин Симонов? — в кабинет заглянула Варя — высокая стройная девушка в черном деловом костюме: — Можно?

— Нужно! — ответил статный мужчина в дорогом пиджаке, внимательно наблюдавший за академическим городком из широкого окна: — Как дела на вступительных у школьников?

— Прошло шестьдесят пять процентов.

— Великолепно! — улыбнулся Симонов: — А что с абитуриентами?

— Тут всё… Несколько хуже. Дело в том, что экзаменатором была ваша дочь и…

— Я знаю. Это я её туда поставил, поскольку предыдущий экзаменатор был вынужден уехать в Казань.

— Ну-у… Вы же понимаете, что Амелия… Она БОГИНЯ… Она видит еду иначе…

— Варя. Цифры.

— Два человека…

— Целых два? — Виктор Аркадьевич резко повернулся к помощнице: — Невероятно! Кто эти двое? Мне нужны имена!

— Вот. — Варя положила две папки на стол перед Симоновым: — Николай Смирнов и… Искандер Цареградцев…

— М-м-м… Рубен. — рот Виктора Аркадьевича расплылся в жуткой улыбке: — Всё ещё достоин, старпёр? Это прекрасно! ПРЕКРАСНО! Как Амелия это прокомментировала?

— Она ничего не сказала.

— Чудесно! — Симонов ударил кулаком по столешнице: — Нас ожидают очень интересные три года… Кстати, куда их поселили?

— В «Полярную сову».