Очень приятно, Царь! (СИ) - Бергер Евгений - Страница 36

— Ничего я не подглядывал! И, вообще, меня не интересуют восемнадцатилетние смуглые сисястые дивы с очень милым личиком!

— Гад! Я ТЕБЯ ЗАРЕЖУ!!! — на этот раз в бой пошла розовая бритва для ног.

— Прости! Прости… Я больше так не буду!

— Так. — я прошёл чуть дальше: — Друзья! У вас тут всё в порядке?

— В порядке⁈ — возмутилась Глаша: — Да этот паразит вот уже три месяца подглядывает за мной в душе!!!

— Кхм… Вообще-то, три с половиной.

— ГАД!!! ПОДОНОК!!! УБЬЮ!!!

— Тихо! Спокойно. — я загородил собой йоборотня: — Не надо злиться и кричать. Мы все — одна большая семья! И тут явно недопонимание.

— Да, какое недопонимание⁈ Маньяк, он и есть маньяк! — и тут взгляд Глаши опустился чуть ниже: — НЕ-Е-ЕТ!!! ГРИБ!!! ГРИБИЩЕ!!! ФУ-У-У-У!!!

Ох, уж эти девственницы. Говорят, что любопытство должно их губить. Но были и такие, как наша милая официантка — открещивающиеся от отношений с противоположным полом всеми руками, ногами и другими выпирающими особенностями тела.

— Ты не понимаешь… — с грустью вздохнул Хуан: — Твоё тело, как картина! А я… Как Пабло Пикассо…

— УБЕРИ-УБЕРИ-УБЕРИ!!! — в йоборотня полетели души, шампуни и прочие атрибуты для омовения тела.

— Реально, Хуан. Шлагбаум, как бы… Не культурно. — я отрицательно покачал головой.

— Да вы не понимаете! Я же по любви!!!

— Ага. Давай! Пошёл-пошёл. — я махнул рукой.

— Губите моё вдохновение… А ведь поэта может обидеть каждый!

— Ты же художник?

— Пф-ф-ф-ф… — с этими словами, Хуан полностью сник и покинул общий душ.

— Слушай, а чего ты не моешься у себя в комнате? — поинтересовался я.

— Там ремонт…

— Ну, не три же месяца?

— Три с половиной.

— Ох, может быть, помочь тебе с ним?

— Нет, спасибо, Дерек. Но… мне приятно твоё предложение. — мило улыбнулась Глаша, и в этот момент шторка выскользнула из её руки, открыв предо мной «Рождение Венеры».

— О как…

— ДУРА-А-АК!!! ПОШЁЛ ВОН!!!

Теперь и в меня полетели бутылки и куски мыла. Эх, молодость!

После инцидента в душе, я быстро переоделся и спустился на кухню.

Хуан, наряженный в поварской китель, уже во всю крутился возле холодильника, за которым лежали пробники тортов Степаниды.

— Что хочешь? — поинтересовался я.

— Да… Так. — протараторил йоборотень и быстро удалился на подготовительную станцию.

— Ну-ну… — с подозрением произнёс я и вытащил первую коробочку из пакета.

В ней лежал кусочек медовика. Стоило только открыть крышку, как всё вокруг погрязло в глубоком аромате прополиса! Как будто я оказался внутри улья…

А первая ложка практически моментально отправила меня в сладко-медовое путешествие. Нежнейшие коржики, пропитанные мёдом. Крем, который буквально растворялся во рту, проникая во все самые горькие уголки души…

Это не просто медовик! Это целая экскурсия в парк развлечений «МедовикЛэнд», где главным маскотом была сама Степанида. Только не холодная и бурчащая… А светлая, добрая и так заботливо улыбающаяся… Что вся тьма внутри сердца исчезала! Оставалась лишь детская чистая радость.

Вкус был настолько ярким и насыщенным, что хотелось съесть не кусочек, а целый торт…

— Дерек? — в «МедовикЛэнд» пробрался огромный шмель с густыми седыми бровями: — Дерек, ты ещё с нами?

— А? — я вернулся в реальность. Рядом со мной стоял Дядя Рубен: — Простите…

— Понимаю. — улыбнулся он: — Степанида умеет очаровывать своими сладостями. Но я бы хотел с тобой поговорить. В мангальной.

— Оп-па…

Если Дядя Рубен звал в мангальную, то разговор серьёзный. Надеюсь, это не из-за тех уродов на «Гелике».

Мы зашли в закуток, где во всю шкворчали сочные куски мяса над углями.

— Ты вчера встречался с Госпожой Симоновой? — поинтересовался здоровяк, ловко подкручивая шампуры.

М-да… Только проблем от этой стервы мне ещё не хватало.

— Простите, Дядя Рубен. Я был с ней груб… Но она это заслужила.

— Груб? — удивился Дядя Рубен: — А мне доложили, что ты держался, как настоящий воин. Сжёг её визитку. Послал, куда подальше.

— Неловко вышло, но она сама виновата. Я не люблю, когда ваше заведение оскорбляют.

— Ну… Сколько людей, столько и мнений. — улыбнулся здоровяк и повернулся ко мне: — И обращать внимание на каждого богатого зазнайку — только зря нервы тратить. Но я хочу поговорить с тобой о другом.

— О чём же?

— Мне тяжело далось это решение, но… — Дядя Рубен вытащил из кармана два чёрных конверта с золотыми символами: — Боюсь, что вам с Николаем пришло время двигаться дальше.

— В смысле?

— Вот. — здоровяк протянул конверты мне: — Пригласительные на вступительный экзамен в Высшую кулинарную академию имени Харитонова. Уверен, ты слышал, что это за заведения? А главное, кого оттуда выпускают…

— Дядя Рубен… — хоть всё внутри меня и ликовало от радости, но я не мог поверить своим глазам: — Вы… Вы серьёзно⁈

— Конечно! Увы, шеф — это не просто человек, который умеет готовить и хорошо разбирается в кулинарии.

— Вы говорите почти точь в точь, как Стелла.

— Потому что, это я научил её этим словам.

— Да, кто вы такой? — не удержавшись, спросил я.

— Человек, который учит других чувствам через кулинарию. Только и всего. — загадочно улыбнулся Дядя Рубен.

Глава 13

— Полдэнь, жаркий полдэн, го-орад и в порту причал!

Образование — один из самых важных пунктов для повара. Если не получать новые знания, то можешь попрощаться с карьерой шефа.

— Басаногий маЛчик тарантэла подцэпил! Хэ-хэ-хэ…

И чем круче твои учителя, тем больше шанс того, что ты не просидишь три года в пустую. Пускай для меня «Харитоновка» лишь один этап на пути становления, но я очень хотел поскорее окунуться в мир уникальных знаний!

— Ну, что, пацаны? Готовы познать истинный мир высокий кухня? — спросил Карл, опуская хинкали в кипящую воду.

— Да мы всегда готовы! — ответил Колян.

— Ага. — согласился я: — Только… Немного грустно.

— А чэго грустный-то? — удивился Небоскрёб: — Вы должэн радуйся! Ваша путь тэпэрь идэт, как у настоящий кулинарный джигит!

— Да, но грустно оставлять вас. За два года я прикипел к этой кухне.

— Хэ! Прикипэл… Знаэшь, Дэрэк. Всё имеэт свой начало и конэц! Иногда могучий и большой, как у настоящий мужчина-повар. А иногда вялый и малэнький. Как у рэсторанный критика. И только тибэ рэшать, каким он будэт.

— Да ты поэт? — усмехнулся я.

— Просто шуткэ. На самом дэлэ, я сильно сомнэвайся, что Дядя Рубэн вас просто так отпускать. Будэте с Коляном впахивать в виходные, как Папа Карло!

— Кстати, да. Харитоновка же в часе езды отсюда. — мой проводник ловко нарезал болгарский перец: — Будем приезжать в пятницу вечером! А может и на неделе.

— Точно. — я вытащил из холодильника огромный кусок свиной шеи и положил на стол Зои: — Что-то я не подумал.

— А надо! В Харитоновка надо очэнь много думай. Зоя и Стэпашкэ закончили Харитоновку с отличий. Работали в прэстижный рэсторан. А потом плюнули и пришли к мощный, горячий, СЭКСУАЛЬНЫЙ, как кукуруз в Сочи — Карлитто! Мы с Дядя Рубэн, ой как обрадовайся. Дэвушкэ на кухня — хороший знак!

— Про Зою и Степаниду я слышал. А вот про тебя — ни разу! Где учился ты?

— Ну-у-у… — Карл застенчиво отвёл взгляд.

— Без образования, что ли? — улыбнулся я: — Ой, да брось, Карл! Чего стесняться-то? Знаешь, сколько легендарных шефов не получали образование в профильных ВУЗах?

— Ага! Слушай его больше. — на кухня зашла Зоя и тут же схватилась за тесаки: — Карл с отличием закончил «Голубую ленту» во Франции. А ещё у него есть корочки ресторатора.

— Эм-м-м… — я с недоверием посмотрел на Карла: — Она же шутит?

— К сожалэний, нэт. — вздохнул усач: — Ваш покорный долгий года осваивал профэссий за граница. А когда приэхал сюда, столкнулся… с нэдопониманий.

— Короче, ему не понравилось работать без души в «Риц Карлтон», «Хиллтон» и в сети ресторанов «Новиков-групп». — пожав плечами, ответила Степанида, заехав на кухню верхом на столе: — Впрочем, как и у остальных на этой кухне. Дядя Рубен вытащил всех, кого ты видишь из ДИЧАЙШЕЙ депрессии и выгорания.