Ярость на краю империи (СИ) - Бадевский Ян - Страница 13

Зато был предупреждён резким выбросом ки о перемещении прыгунов.

Их было двое. И, как водится, атаковали сразу из прыжка, не оставляя жертве ни единого шанса. Били саями, идеально подходящими для замкнутых пространств. Благополучно поразили пустоту, я ведь уже врубил проницаемость.

Наступила моя очередь.

Молниеносное извлечение меча из трости, причём сразу с ударом. Первая голова катится по ковру, кровища заливает всё вокруг, включая меня. Капли попадают на газету. Из замаха выпад, но второй прыгун успел телепортироваться. Проблема этих ребят в том, что они всегда выходят из прыжка в предсказуемых точках, удобных для атаки. Поэтому мой клинок встретил товарища где положено, полоснув по горлу. Азиат выронил саи, попытался зажать рану, но из этого, разумеется, ничего не вышло. Упал, хрипя и булькая.

— Вы никогда не слышали о переговорах? — уточнил я, делая клинок проницаемым, чтобы избавиться от крови. Вложив меч в трость, я продолжил: — Интересная штука. Говорят, помогает.

— Ты убил моего отца, — глаза Лу Вэя полыхнули бешенством. — Какие ещё переговоры?

— Он ввязался в игры, от которых надо было держаться подальше, — ответил я. — Но, раз уж мы заговорили об этом, вопрос участия вашего клана в заговоре против императора, господин Лу, ещё не закрыт.

— Угрожаешь, — констатировал лидер мэньфа.

— Просвещаю, — хмыкнул я. — Вы, потомственные аристократы, повёрнуты на чести и прочих атавизмах. И я готов поверить, что каждый из вашего Рода пойдёт до конца, пытаясь меня убить. Но что будет, если маньфа Лу получит обвинение в государственной измене? Это пятно не смыть.

— Ты не докажешь, — покачал головой собеседник.

— Все беды от невежества, — ответил я любимой фразой одного из предков Лу Вэя. — Вам что-нибудь говорит имя Уайры Чу?

Лидер держался хорошо, но по его лицу пробежала мимолётная тень.

— Вижу, что говорит, — продолжил я. — Так вот, госпожа Чу сейчас работает на меня. У неё хватит доказательств, чтобы похоронить вашу мэньфа окончательно и бесповоротно. Кроме того, я ещё в прошлом году поручил своим людям наблюдать за вашими действиями, Лу Вэй. И все операции по заметанию следов нами фиксировались.

— Свидетелей не осталось, — упрямо повторил китаец.

— Зато есть слепки, добытые в их сновидениях, — улыбнулся я. — Интересные, доложу я вам, фантазии. Разноплановые, с хорошей проработкой деталей.

— Всего лишь сны, — пожал плечами аристократ.

— Но не только они, — парировал я. — Есть записи в архивах спецслужб Наска. И я сумел раздобыть эти записи благодаря госпоже Чу. Выжили и двойные агенты, мы им предоставили надёжные укрытия, липовые документы. Вот только вы неправильно понимаете цель моего визита, Лу Вэй.

— Правда? — удивился китаец. — Я думал, это банальный шантаж. Чтобы ускользнуть от праведного гнева моей семьи.

— Если я захочу, ваша семья может быть вырезана под корень, — я больше не улыбался. — Но я предоставлю этой мэньфа шанс. Просто потому, что вы вышли из игры против России и свернули контакты с Атлантическим Альянсом. Так вот, вы неправильно понимаете мои методы. Я не собираюсь блефовать, вести долгие переговоры и что-то для себя выторговывать. Я просто предупреждаю. Если война против моего Рода продолжится, я сразу пущу в дело всё, что успел собрать. Вместо меня с вами разберётся император.

Лу Вэй молчал.

Обдумывал информацию.

Наконец, он сделал первые выводы.

— Не стыкуется, господин Иванов. Я изучил вас досконально. Вы всегда приходите и убиваете своих врагов. А переговоры ведёте в тех случаях, когда рассчитываете извлечь выгоду из ситуации. Почему я до сих пор жив?

Он вновь стал придерживаться вежливой формы обращения.

Крепкие нервы.

Начиналось самое интересное.

— Вы, господин Лу, ещё способны принести пользу обществу. У меня есть перечень требований, которые вам придётся выполнить. В качестве моральной компенсации за то, что отправили в моё имение геоманта. А когда эти требования будут удовлетворены, мы поговорим о взаимовыгодном сотрудничестве.

— Да вы издеваетесь! — не выдержал китаец. — Это дурной сон.

Я не издевался.

Просто я досконально, по отчётам мастера Багуса, изучил историю этого клана, психологические портреты Лу Вэя и его отца, их манеру вести бизнес, жизненные ориентиры. Рассуждать о чести они могли сколько угодно, но в прошлом заключали самые неожиданные союзы, предавали ближайших соратников и вассалов, ради прибыли ввязывались в любое дерьмо. И заговор против своей страны в пользу её внешних врагов — живое тому подтверждение.

— Первое требование, — начал я.

И тут в комнате начали твориться странные вещи. Началось всё с выброса ки, исходящего от моего собеседника. При этом Лу Вэй ничего не делал… зато амулет на его шее вдруг засветился неистовым багровым пламенем. А по всему периметру комнаты протянулись такие же багровые линии.

Краткий миг.

Но я успел почувствовать блокаду.

Лидер клана врубил подавление энергии ки.

Жаль, что на меня это не действует. Трофейный браслет, привезённый из Наска, отлично справлялся со своей задачей, поддерживая нормальную циркуляцию в каналах.

Мне было интересно, что Лу Вэй планирует дальше.

А дальше распахнулась дверь, ведущая в апартаменты, раздались быстрые шаги, и из арки выдвинулись новые действующие лица. Бритоголовый китаец с бородкой клинышком, по виду лет пятидесяти с хвостиком. И молодая японка в спортивном костюме. Японка держала в руках парные топорики, бритоголовый — устрашающего вида тесаки.

— Как видите, барон, сюрпризы не закончились, — ухмыльнулся Лу Вэй.

Хорошая попытка.

Будь я простым одарённым без чудо-браслетика, мне бы перекрыли возможность пользоваться своим Даром. Но в таком случае лидер мэньфа должен быть уверен в своих бойцах. Он ведь наводил обо мне справки.

В том, что телепатический призыв был направлен до включения блокады, я даже не сомневался.

Пожав плечами, я извлёк меч из трости.

Встал таким образом, чтобы держать в поле зрения всех троих.

Мужик с тесаками и девчонка с топориками технично разошлись в разные стороны. Апартаменты позволяли развернуться даже в том случае, если бы мы орудовали шестами. Лу Вэй не стеснял себя в квадратных метрах.

Наверное, я мог бы сразу закатать этих ребят в бетон.

Хотя…

Я попробовал, и у меня не получилось. Артефакторика не только подавляла циркуляцию ки, но и защищала перекрытия от любых воздействий.

Противники атаковали с двух сторон, резко сократив дистанцию.

Вот только я стал проницаемым.

Сместился вправо, сквозь японку. Уплотнил меч, не глядя, ударил назад, удерживая его на обратном хвате. Попал, куда надо. Услышал наполненный болью вопль, выдернул клинок и тут же скользнул влево, пропуская мимо себя ходячую лысую мясорубку.

Девушка выронила один из топориков, рухнула на колени, её взгляд помутнел. Оперлась на рукоять второго топора, тщетно стараясь удержать себя в сознании. Под японкой расплывалось тёмное пятно.

Бритоголовый взмахнул тесаком над её головой, рассчитывая достать меня.

Хороший удар, между прочим.

Я по инерции отклонился, хотя мог бы и просто уйти в призрачное состояние. Небрежно взмахнул рукой, рассекая бритоголовому рёбра. С моим лезвием можно вообще не напрягаться, оно прорезает даже латную броню, словно лист бумаги. Каббалистика, ага.

Мужик пошатнулся.

Слегка довернув кисть, я на обратном движении снёс ему голову.

Вот и весь поединок.

Лу Вэй не терял зря времени — на первых же секундах боя попытался нас обогнуть и выбраться из апартаментов. которые вдруг стали для него ловушкой. Он понимал, что я каким-то непостижимым образом игнорирую блокировку. Амулет на шее лидера продолжал светиться.

Морфист почти достиг проёма арки, за которым его ждала прихожая и спасительная дверь, ведущая в коридор третьего яруса дворца.

Остановил его летящий меч.

— Боюсь, вы недоговороспособны, — я приблизился к морфисту. Тот держался за стену трясущейся рукой. — Мне придётся вести переговоры с новым лидером.