Жизнь в моей голове: 31 реальная история из жизни популярных авторов - Беркхарт Джессика - Страница 18

4

После

Сара Файн

Кое-что

Я чувствую себя так, будто нарушаю правила.

Я собираюсь кое-что вам рассказать, и это такие вещи, о которых я обычно помалкиваю. Вещи, о которых большинство людей не знают и не догадываются. Большую часть времени я думаю, что контролирую и давно пережила эти проблемы, но иногда начинаю сомневаться. Они никогда не исчезают полностью, и мне постоянно приходится прибегать к освоенным мной приемам, чтобы держать их под контролем и справляться с ними — даже сейчас, когда я счастлива более, чем когда-либо.

Я хочу рассказать вам об этих вещах, потому что они очень мешали мне достичь нынешнего состояния и могут мешать вам. А если не вам, тогда, может быть, вашей лучшей подруге, или старшему брату, или той девушке в школьном совете, которая выглядит так, будто держит себя в руках. Уверяю вас, иногда их практически невозможно вычислить.

Прежде чем перейти к этим вещам, я собираюсь поведать вам о двух причинах, почему я предпочитала молчать о них. Первая: вдобавок к тому, что я являюсь писательницей, я также клинический психолог. Важная составляющая нашей работы — этика, и в том числе установление границ: нам следует разглашать личную информацию, лишь когда она может действительно помочь клиенту в достижении терапевтических целей. Кстати говоря, под определение «разглашение информации» попадает все, что становится известно публично, включая то, чем я делюсь в социальных сетях или, например, в сборниках эссе. Я никогда особо не нарушала правила и не хочу делать что-то такое, что может помешать лечению или отвлечь от него.

Что является второй причиной, по которой я предпочитаю не говорить об этих вещах? Ну, именно по этой причине я все-таки собираюсь поговорить о них.

У меня есть некий опыт, который, глядя назад, я представляю как линию, делящую мою жизнь на «до» и «после», хотя это было куда сложнее, чем так. Я сидела в кабинете директора общежития. Студентка второго курса колледжа. Помню раздражающее мигание верхнего света и так же раздражающее дружелюбие на лице парня. Его звали Джоэл — вежливый и выглядящий совершенно здоровым и совершенно искренним, что меня почему-то отталкивало, особенно когда он улыбнулся и сказал, что устроил эту встречу «просто, чтобы узнать, как у меня дела».

И он спросил, как у меня дела.

Я радостно ответила, что прекрасно.

Он молчал где-то минуту, я не имела ни малейшего понятия, что у него в голове, но, может, там вертелась та же мысль, что и у меня: Это очень глупая игра. Мы оба знали, что единственная причина, по которой я здесь сижу, это то, что дела у меня идут далеко не прекрасно. Я просто не понимала, многое ли известно ему. Вот мы и смотрели друг на друга и улыбались, играя в гляделки, и я стиснула зубы, а мои мышцы напряглись до такой степени, что я вся дрожала и чувствовала себя так, будто меня сейчас разнесет на миллиард неравных, неровных кусочков.