На хайпе! (СИ) - "Айнурр" - Страница 2

За день до закрытия олимпиады разразился скандал. Участники из Северной Кореи были под допингом. Всё бы ничего, но это оказался тот самый год, когда Северная и Южная Кореи попытались впервые за долгое время сблизиться. Спортсмены из этих стран выступали под одним флагом.

В общем, за допинг Северной, досталось и Южной, спортсменом которой был я. У нас не только отобрали медали, но и запретили участвовать на следующей олимпиаде. Да, организаторы тогда действовали весьма жёстко и подверглись сильной критики. Особенно со стороны Южной Кореи, которая доказала, что её спортсмены не использовали допинг. Но организаторам было всё равно. Выступали же под одним флагом…

С тех пор я, во-первых, не люблю наших соседей. Во-вторых, разочаровался в профессиональном спорте.

— Я не знаком с Евой, поэтому не могу говорить от её лица, — спокойно ответил ведущему.

— А мать? Отец? Думаешь, твоим родителям понравилось, что их сын разрыдался перед всем миром?

Я покивал. Ведущий уже начал праздновать победу в этом споре.

— Я был бы очень рад, если родители ругали меня каждый день из-за этого инцидента.

Мужчина быстро сообразил, что происходит нечто странное.

— Почему? — настороженно протянул ведущий.

— К сожалению, мать умерла, когда мне десять лет, а отец за несколько дней до моего выступления на олимпиаде.

Ведущий поджал губы. Пару секунд он молча смотрел на меня, а потом с силой швырнул на стол листы с подсказками и вскочил на ноги.

— Дерьмо, — ругнувшись, из-за чего зрители ахнули, пошёл за кулисы.

Не успел ведущий скрыться за кулисами, как перед ним возник кто-то из съёмочной группы и начал указывать, чтобы мужчина пошёл обратно на сцену и продолжил шоу. Он проигнорировал этот приказ.

— Какой идиот составлял этот список вопросов?! Я согласился провести эту дурацкую прожарку вместо нормального интервью, а вы так меня подставляете? Я же просто травлю ребёнка! — крики ведущего были слышны даже из моего места.

Не стал дожидаться ведущего. Попрощавшись со зрителями, спокойно покинул сцену. У агентства был контракт с телеканалом. Я должен был сняться в эпизоде шоу, но раз решил покинуть его… скорее всего, мне влепят солидный штраф. Неприятно. Правда, есть шанс, что через недельку долги перед агентством аннулируют…

Менеджер выглядела недовольной. То ли из-за подлянки, которую устроили организаторы ток-шоу, то ли из-за того, что ушёл со сцены. Когда прошёл за кулисы, женщина похлопала меня по спине и произнесла:

— Ты всё правильно сделал, Минджу. Нам на этом шоу делать нечего.

Посетив гримёрку и забрав вещи, мы пошли на выход из студии, где снималась программа. Как раз возле него нас успел поймать ведущий.

— Ким Минджу! Ким Минджу! Бульдак! Стой… Прости за случившееся. Давай переснимем этот эпизод? Сделаем всё нормально? — предложил мужчина.

Менеджер, что до этого продолжала выглядеть недовольной, вдруг просияла. Кажется, кто-то изменил своё мнение об этом шоу.

— Давай, Минджу. Это твой шанс, — сказала она.

В итоге пришлось возвращаться… Если бы ушёл сейчас, когда шоу пошло на уступки, директор агентства или кто-то из его помощников устроили бы мне такой разнос… Лучше посидеть пятнадцать минут на сцене и поговорить с ведущим.

Шоу пошло по знакомым рельсам. Состоялось вполне нормальное интервью.

Ведущий спросил, что привело меня в спорт, заставило заниматься спортивной гимнастикой и почему после олимпиады ушёл из него. Конечно же, правду говорить не стал. Ответил так, как этого хотело агентство.

В первой жизни я был обычным офисным клерком. Погибнув из-за несчастного случая и переродившись, решил, что на этот раз проживу жизнь на полную. Мне хотелось славы и богатства, а ещё выйти на пенсию после тридцати.

Так как спина в первой жизни из-за сидячей работы сдохла, в новой хотел быть более активным. Поэтому записался на секцию по спортивной гимнастике. Через полгода, к удивлению, получил первое место в местечковом турнире для детишек. Вот тогда-то у меня появилась мыслишка стать спортсменом. У профи как раз было всё, что я хотел.

До этого подумывал пойти в бизнес, но опыта в нём, во-первых, не было. Во-вторых, это вроде была та же Земля, с теми же странами, но оказалось целая гора мелких различий. Например, никакого Amazon, Apple и Alibaba. Так что инвестором становиться побоялся. Не было уверенности, что не прогорю. И использовать успешные идеи других тоже оказалось страшно.

После провальной для нашей страны олимпиады и запрета выступления на следующей, спешно начал искать альтернативные способы обрести славу и богатство. Четыре года простая… Это было слишком много. Мне никто не запрещал участвовать в других соревнованиях, но именно победа на олимпиаде принесла бы больше всего известности и денег.

Я подумывал над тем, чтобы стать актёром или айдолом. Показалось, что с последним больше шансов. Мать была преподавателем по вокалу, и некоторая база у меня имелась. Хотя она, когда обучала меня пенью, говорила, чтобы ни за что не пытался стать артистом. Мол, буду несчастлив. С танцами тоже должно было быть более или менее нормально. Спорт неплохо прокачал координацию. Правда, рожей не вышел. Ещё в подростковом возрасте понял, что мне не стать тем самым парнем со смазливым личиком, за которым бегают девушки. Говорили, что у меня волевое лицо, будто похож на военного или детектива.

Несмотря на не самую выдающую внешность, всё же отправился по кастингам. Компании проводили их регулярно. Я пролетел у крупных игроков, но меня заметило одно средненькое агентство. Изначально вообще не рассматривал его, потому что оно было известно в первую очередь своими исполнителями трота. Если сделать очень грубое сравнение, то он похож на шансон. Трот слушает в основном старшее поколение. Сходил на прослушивание в это агентство, потому что мне попалась листовка, где говорилось о создании новой молодёжной рок-группы. Рассчитывал на кей-поп, ведь он был банально гораздо популярнее, но пробиться оказалось сложнее…

Подписав контракт с агентством, год проходил трейни, личинкой айдола. Уже в этот момент, во время ежедневных тренировок понял, что агентство само не до конца понимает, что хочет из нас вылепить.

Дебют вышел смазанным. Мне вообще хотелось назвать его провальным. Но кое-как мы смогли побарахтаться два года.

В группе я был саб-вокалистом, танцором и… как бы это странно ни звучало, отвечал за брутальность. Последнее как раз из-за волевого лица, роста метр девяносто и выделяющейся на фоне других участников мышечной массы. Её, к слову, было очень сложно поддерживать.

После двух лет выступлений участникам группы стало по двадцать лет. В Корее служба для парней была обязательной, поэтому агентство приняло решение отправить нас всех в армию, обещая к возращению подготовить нереальные песни, которые взорвут все чарты во время нашего камбэка.

Новостные агентства действительно взорвались, но не по поводу возвращения нашей группы. Когда до окончания службы оставалось лишь несколько месяцев и я уже предвкушал тот самый обещанный камбэк, компания, Teuroteu Music, оказалась замешана в скандале. Самого популярного певца агентства обвинили в изнасиловании. Поначалу даже не напрягся из-за этого. Думал, через несколько дней уже выложат опровержение. Но вместо этого увидел фотографии, где певца арестовывали. Оказалось, что это не вброс жёлтой прессы, а он правда насильник.

Когда начался суд над певцом, несколько других артистов агентства объявили, что у них в этом году заканчивается контракт и они не намерены продлевать его с Teuroteu Music.

Словно этого было мало, через месяц разразился ещё один скандал с певцом из агентства. На этот раз было обвинение в употребление наркотиков. Ещё несколько артистов объявили, что не будут продлевать контракты с Teuroteu Music. Агентство начало трещать по швам.

После армии я встретился с директором. Он обещал нашей группе, что к камбэку практически всё готово, нам лишь надо прийти в форму и начать учить написанные песни и разучивать хореографию. А на следующий день директор агентства сменился. Прошлый хотел расширить влияние компании, поэтому создал нашу группу. Новый желал оставить агентство на плаву. И начал он, конечно же, с сокращения расходов. Моя группа попала под риск расторжения контракта, ибо наше продвижение в глазах директора выглядело слишком дорого.