П.С.И.Х.0 (СИ) - Клеванский Никита - Страница 11

Далее меня проводили в просторный кабинет, где переодели в мешковатую больничную рубашку на голое тело и тщательно осмотрели. После чего взяли кровь и приступили к более детальной проверке когнитивных функций, включая энцефалограмму и всевозможные тесты, часть из которых я за девять лет в НРЦЛНКС выучил наизусть. О чем, конечно, я тактически промолчал.

Влад, пока меня обследовали, заполнял бесчисленные бумажки и общался с коллегами, периодически кивая в мою сторону, а вот Елена от меня вообще не отходила. Ни на шаг. Она ничего не говорила, но по возможности держала меня за руку и гладила мою ладонь своей. И было в этом жесте что-то… что-то… чего я никак не мог объяснить. Но оно каким-то образом отзывалось у меня в груди. Или где-то еще глубже. И я наделся в ближайшем будущем найти всему этому объяснение. Если повезет, то уже к вечеру.

В операционную Лену не пустили, и она, пожелав мне удачи, осталась в коридоре. Перед тем, как закрылась дверь, я увидел, что она коснулась татуировки клевера на запястье, а затем сжала в кулаке серебряный медальон. Прямо как перед побегом из психушки. С той лишь разницей, что теперь в ее глазах стояли слезы.

А чего плакать-то? Попробуй разбери этих нормисов. Интересно, Влад тоже рыдать станет?

Он не стал. Как он не и присутствовал непосредственно в помещении, наблюдая за процессом из соседней комнаты через широкое стекло. Меня же доверили команде одинаково одетых медиков под предводительством невысокого мужчины с седыми бровями и живыми карими глазами — все, что оставалось открытым на его теле.

— Ну-с, молодой человек, щекотки не боимся? — спросил он, совершая какие-то манипуляции вне моего радиуса обзора.

— Не особо. — признался я.

— Тогда приступим. — сказал он и вогнал мне в нос здоровенный шприц с тонкой длинной иглой.

Глава 6

Операция прошла обыденно, буднично и я бы даже сказал прозаически рутинно.

В шприце оказался анестетик локального применения, после начала действия которого мне в нос вставили расширитель, а затем док нырнул туда чуть ли не по пояс. Ладно, утрирую. Но инструменты он использовал такой длины, что они определенно должны были вылезти не то что из затылка, а из задницы! И тем не менее, они каким-то чудом помещались у меня в голове.

В ходе процедуры врач играл со мной в слова, просил посчитать людей в комнате, спрашивал какого цвета различные объекты в поле зрения и изредка перебрасывался короткими фразами с ассистентами. При этом из их общения я понимал только предлоги и местоимения. Какую бы медицинскую литературу я ни читал в психушке, но образование и опыт нейрохирурга она заменить не в состоянии.

Не знаю сколько времени занял процесс, но заскучать не успел бы даже человек, знакомый с этим понятием. Не говоря уже про личность, недавно сбежавшую из психушки. Под конец же меня погрузили в короткий сон, необходимый для запуска системы, и очнулся я уже в чистой и светлой палате в окружении знакомых и не очень лиц.

— Как самочувствие? — поинтересовался Владислав, заметив мое пробуждение.

— Как ты? — спросила зависнувшая надо мной Елена. — Где-нибудь болит?

Я хотел уже было ответить, что ничего не поменялось и, похоже, врачи где-то напортачили, как тут мой разум пронзила вспышка. Не то образ, не голос, не то мысль, не то просто концепция понятия, пронесшаяся у меня в мозгу со скоростью света. Скорей всего что-то среднее. Ну или комбинация из всего вышеперечисленного. Главное, что я ее распознал и сумел интерпретировать. А гласила она следующее:

Запуск нейроинтерфейса… 15 % 47% 80% 100%

Сканирование нейронных связей… 20% 42 % 76% 100%

Синхронизация с корой головного мозга… 50% 100%

Полная синхронизация достигнута.

Статус импланта: активен, стабильная работа.

Нейросвязь: 96,8% от максимальной мощности.

Батарея импланта: 100%. Полный заряд. Подключено.

Загрузка базовых модулей.

Базовые модули загружены.

Внешние сенсоры активны. Сбор данных запущен.

Проверка.

Зрительная кора: калибровка завершена. Визуальный поток стабилен.

Слуховая кора: калибровка завершена. Звуковой поток стабилен.

Память: доступ частично заблокирован. Необходимо расширение функционала.

Статус:

Версия ПО: 1.0.01015 Базовый пакет: распознавание эмоций, социальная адаптация, обратная связь.

Режим работы: обучение (Уровень 1).

Активирован модуль «Первые шаги»: подсказки в реальном времени, анализ реакций, дневник эмоций.

Для активации визуального интерфейса мысленно произнесите: «Показать статус».

Рекомендуемый режим на первые 24 часа:

— ограниченная социальная нагрузка;

— короткие диалоги (до 5 минут);

— перерывы каждые 30 минут;

— избегать стрессовых ситуаций.

Поздравляю! Вы успешно прошли имплантацию тестового продукта П. С. И. Х. — 0 . Это первый шаг к возвращению ваших эмоций и памяти. Мы будем учиться вместе. Вы не один.

Череда сообщений вызвала вспышку боли, от которой я невольно поморщился. Это не ускользнуло от взглядов окружающих, они начали переглядываться, перешептываться, а их мимика существенно изменилась.

Но ярче всех отреагировала почему-то Елена. Она наклонилась, схватила меня за руку, ее брови образовали вертикальную складку на лбу, а широко распахнутые глаза, казалось, пытались впитать меня целиком, словно две черные дыры.

— Что с тобой? Не молчи! Больно? Тебе больно?

Опять суета какая-то. Что ей постоянно нужно?

Этот вопрос должен был как обычно остаться без ответа, но тут у меня в голове снова вспыхнуло чужеродное мысле-сообщение:

Анализирую внешнюю реакцию собеседника.

Результат: тревога, волнение. Вероятность 71%. Для уточнения необходимо расширение базы знаний.

Тревога? Она за меня тревожится? Так вот что это такое! И с чего бы, интересно, вдруг столь бурная реакция на мою скромную персону?

На этот раз ответа не последовало. Но зато я обратил внимание, что наше мысленное общение заняло куда меньше времени, чем обычный диалог, а потому я ответил Лене практически без задержки.

— Все в порядке. У меня тут в голове какие-то… Вспышки… Мысли… Непонятно. Но не мои. Чужие. И… ты за меня волнуешься? Почему?

Народ вокруг ахнул, а Елена сперва выдохнула и улыбнулась, после чего потупила взор и начала заливаться краской.

Реакция собеседника: радость — вероятность 38%, смущение — вероятность 78%. Для уточнения необх…

— Понял я, понял! — мысленно оборвал его я. — Не нужно каждый раз одно и то же. Сокращай как-то.

[ Принято. Буду выводить меньше повторяющейся информации. Произвести детальную настройку?]

— Позже.

— Фиксирую общение объекта с нейросетью. — раздался у меня над головой голос ассистента. Он стоял с каким-то похожим на дуршлаг прибором, направленным в мою сторону. — Имплант прижился полностью. Конфликтов нет. Процесс обучения запущен. У нас… — он немного сбился. — У нас получилось!

Люди в комнате принялись аплодировать и поздравлять друг друга, а Влад с Еленой даже обнялись, и на глазах у последней выступили слезы.

— Поздравляю, Владислав Валентинович. — проводивший операцию доктор пожал Воронову руку. — Вы и вправду нашли идеального кандидата. Успехов в дальнейших исследованиях. Если что — вы знаете, где меня найти.

— Это вам спасибо! — ответил любезностью на любезность Влад. — Сложнейшая операция, и такая ювелирная точность. Ни секунды не сомневаюсь, что последующее вмешательство не потребуется. Приятно работать с профессионалом.