"Фантастика 2026-156". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Машевская Анастасия - Страница 128

Бансабира едва сдержалась, чтобы не ляпнуть какое-нибудь нехорошее слово:

– Ну вот что, Дан Наглый, отправь письмо отцу и Яфуру Каамалу, как велено, и чтобы больше никакого самоуправства. Вскроешь еще хоть одно сообщение…

– Но я не вскрывал! – пылко заверил Дан, округлив глаза и замахав руками.

– Тогда как?

Госпожа нахмурилась – что тут вообще происходит?

– Мне сообщил Ул, в смысле вице-командир четвертого подразделения. – Дан воровато огляделся и понизил голос. – Он тайком прочел бумаги на столе вашего супруга.

Как хорошо иногда не иметь права меняться в лице – сейчас женщина и не знала, хочется ей больше вздохнуть или засмеяться. С одной стороны, с Каамалами все куда хуже, чем кажется, с другой – она такая молодец, что не отрубила Улу голову в свое время.

– В остальном все в порядке? – спросила танша. Дан подтвердил, что да. Бансабира подбородком указала на вход. – Тогда можешь идти. Кликни Вала по дороге. Как отправишь гонцов, дай знать. И держи меня в курсе происходящего.

– Слушаюсь, госпожа.

Когда подчиненный удалился, в шатре повисла тишина. Гистасп не решался говорить первым, наблюдая за таншей.

– А ты бы на моем месте стал помогать брату? – наконец спросила Бану тихо, совсем другим голосом, пронзая командира ищущими глазами.

– Я не на вашем месте, тану, – резонно заметил Гистасп.

– А если бы был? – с нажимом повторила женщина.

– Нет, – сухо отозвался мужчина. – Если бы был, не стал бы вызволять брата.

Гистасп был готов поклясться, что слышал, как танша – едва слышно – облегченно вздохнула. Командир, решив увести разговор из настроения, в котором молодая женщина явно чувствовала себя некомфортно, подался вперед через стол.

– Госпожа, разумно ли это? – спросил он мягко. – При всем уважении, если вы переживаете за сохранность своего положения и, я бы сказал, окружения, поверьте, многие почтут за честь остаться с вами на этот срок, – командир сделал жест в сторону полога. – Конечно, Дан не в их числе – такие, как он, на месте не сидят. Но я, ваша охрана и многие из офицеров с куда большей охотой проведут полгода в родном танааре. Вы должны понимать, что носите наследника двух домов. Случись погоня, вы можете потерять его, а мы, в худшем варианте, и вас. Думаю, не надо рассказывать, что случится, если вы не сможете командовать.

Бансабира опустила лоб на руку, спрятав лицо в ладони. Она думала об этом каждый день с тех пор, как осознала положение дел.

– Предлагаешь мне лично назначить нового командующего, перед тем как вернуться домой? Нер изначально был слабонервным тюфяком, а последние месяцы с победами, женщинами и пьянками сделали из него безумца и гордеца. Кого бы я ни назвала, Нер поднимет бунт.

– Нет, если его не поддержат или, что еще надежнее, если его не будет в числе претендентов. В конце концов, не в силах произвести жизнь, Великий Акаб делал единственное, что мог, пока Праматерь Иллана создавала мир, – ждал и воздавал Ей хвалу. Думаю, ваш супруг не отринет традиции.

Бансабира прыснула:

– Мой супруг в лучшем случае будет пить и иметь шлюх, а в худшем молчать, надувая щеки. Чаще всего он называет это «я думаю». Со временем, правда, это всем надоест, и тогда его брат и отец подначат поставить меня на место. Нер заявит, что таны являются «защитниками», а не «тенями Богов», как раманы, поэтому нет смысла блюсти такую идиотскую традицию.

– Простите, конечно, но…

Гистасп умолк. Бансабира улыбнулась уголком губ, подталкивая командира.

– Знаете, ваш отец не любил ни одной из земных жен. Но ничто не дает права забывать обычай, и он относился к ним со всем уважением. Ваш муж совсем не северянин.

– Кем была его мать?

– Последняя тану Каамал в девичестве принадлежала дому Дайхатт.

В глазах Бансабиры вспыхнуло недоброе пламя.

– Госпожа, это Вал, можно? – раздалось с улицы.

– Входи.

Телохранитель зашел с таким неприлично счастливым видом, что Бану невольно задумалась – не влюбился ли он, часом. Однако заговорила безо всякого выражения:

– Коль уж ты прекрасно зарекомендовал себя в подборе людей, подыщи мне оруженосца. Неболтливого, рукастого и чтобы бегал быстро.

– Понял, слушаюсь, – отчеканил телохранитель перед поклоном.

– Вы три месяца обходились без Юдейра, – проговорил Гистасп, когда Вал вышел. – Не хотите и впредь пользоваться услугами женщин? Должен сказать, я давно не видел Гобрия настолько довольным, – хмыкнул Гистасп, отведя глаза и почесав кончик носа. Бансабира тихо засмеялась:

– Увы. Женщин я оставляю вам, мужчинам.

– Нер Каамал понимает это слишком буквально. Госпожа, каким бы он ни был, он ахтанат одного из северных домов. Сейчас он балуется пленницами, но что будет, когда – да приблизит эти дни Праматерь! – вы вернетесь в Пурпурный танаар? Что бы кто ни говорил, женщины вертят мужчинами вроде вашего супруга, и, если Нером не будете вертеть вы, будет какая-то другая. Та, которая однажды может занять ваше место.

Бансабира оскалилась так хищно и высокомерно, как не случалось ни разу прежде за семнадцать лет.

– Никто не займет моего места, Гистасп, – проговорила безотчетно уверенно и холодно. – Я тану Яввуз. Так что Нер может и дальше делать все, что заблагорассудится, – ко мне он прикоснется еще раз только в том случае, если я рожу девочку.

Молодая женщина положила руку на живот. Ее беременность стала очевидной – луна сменилась уже пять раз.

Гистасп восхищенно посмотрел на таншу.

– Главное, чтобы вы родили. Возвращайтесь с мужем домой, – тоном отца посоветовал Гистасп.

– Ведешь себя как добросовестный родитель, – фыркнула женщина. – А между тем ты ведь всего на пару лет старше Маатхаса, не так ли?

– На пять, – уточнил Гистасп.

– Ты женат?

– Нет, – улыбнулся командир.

– В Ласбарне беременные женщины ездят верхом даже на верблюдах. И многие до последних недель, – невпопад проговорила Бансабира и поднялась. – А раз так, надо придумать, как пройти дальше, верно?

Гистасп молча склонил голову.

– Точно не хотите выступить на помощь брату?

– Хочу. – Бансабира продолжала ходить просто потому, что затекли ноги. – Но не выступлю. Сам понимаешь, насколько велик шанс, что у желтых вообще нет никого из моих родственников и это просто очередной ход врага. Зато нас может ждать отлично подготовленная засада.

– А что, если они со дня на день пришлют письмо с требованиями для выкупа?

– Ничего. Захоти я, что, по-твоему, помешало бы мне написать врагу письмо с десятком красочных небылиц?

– Мм, отсутствие хотя бы знамен нужного цвета? – предположил Гистасп.

Бансабира махнула рукой, словно такие предположения вообще были недостойны ее внимания.

– Красить пряжу не так уж сложно. Неплохих ткачей тоже можно отыскать почти во всех землях Яса. И если даже по описаниям или наброскам они наткут изображение на знаменах не совсем верно, неужели ты думаешь, издалека, в сражении, это кто-то разберет?

Гистасп изумился, замерев так, что Бану на мгновение почудилось, будто командующего ввел в оцепенение чарами какой-нибудь жрец.

– Ну а, – заговорил он через несколько секунд, – если у них и впрямь один из ваших родичей, тану?

Бансабира посмотрела поверх головы командира:

– Мы и так задержались, поддерживая отца.

Гистаспу осталось проглотить все вопросы и кивнуть, соглашаясь. Он жестом пригласил Бансабиру к столу и указал точку на карте.

– В таком случае вернемся к маршруту. Местность здесь гористая и непростая. Даже проходцы Бугута говорят о трудностях. Но если вы не хотите делать крюк вдвое больше того, который планировали, остается идти напрямик, через теснины.

Бансабира надолго замолчала. Потом вздохнула и, покачав головой, вновь принялась расхаживать внутри шатра.

– На Перламутровом острове есть гряда невысоких старых гор. Когда мне было тринадцать, я была там на задании. Потеряв почти половину отряда, мы наконец узнали планы врага и заняли теснины. Нас было восемь, и только двое имели ранг в первой десятке. Мы сдержали без малого две сотни.