Под защитой вратаря (ЛП) - Лоусон Энджел - Страница 41

— Ты справишься, детка. Просто дыши. Всё будет хорошо.

Я говорю уверенно, но не признаюсь, что и сам нервничаю. То, что мы собираемся сделать, для меня тоже впервые. Никогда ещё у меня не ночевала девушка, которую я хотел бы видеть снова.

Девушка, от которой сердце готово выпрыгнуть из груди. Девушка, с которой каждое прикосновение, каждый смех, каждый момент только разжигает жажду.

Так что да, для меня это тоже в новинку.

— Время сорвать пластырь, — беру её за руку и распахиваю дверь спальни. Аромат яичницы с беконом и голоса соседей доносятся снизу. — Обещаю, парни будут так заняты едой, что даже не заметят тебя.

— Я не про парней, — бурчит она, сжимая мои пальцы.

Точно, на кухне, помимо моих соседей будет еще и Твайлер.

— Они воскресли! — Джефферсон поднимает кружку кофе. Его чёрные волосы взъерошены, а на шее здоровенный засос. — Вы вчера быстро слиняли.

Притягиваю Надю к себе, обнимая за плечи.

— Не так уж весело торчать среди пьяных идиотов, когда сам трезв.

— Так что, всё ещё чист? — спрашивает Рид.

Я смотрю на Надю и улыбаюсь.

— Я нашёл в качестве кайфа кое-что получше.

Она краснеет и я целую её в лоб. Да, я играю по-крупному. Разве могло быть иначе?

— Думал, ты сделаешь как Твайлер, Надя, — Джефф ухмыляется в сторону Риза. — Ну знаешь, сбежишь до рассвета.

— Это другое, — Риз помешивает яичницу розовой лопаткой. — Мы тогда ещё скрывали отношения.

Рид швыряет блин на тарелку.

— Не переживайте, это запах бекона вас выманил. Мы наготовили на всех.

— Спасибо, Рид, — говорит Надя, и я на секунду вспоминаю, что они ходили на свидание. Но она не задерживает на нём взгляд, рассматривая гору яиц и бекона. — Впечатляет.

— После победы только так.

— А ты чем помогаешь? — она поднимает бровь.

— Ха! — Риз торжествующе тычет в меня лопаткой. — Разоблачён.

— У меня одна работа, дорогая — не дать шайбам попадать в наши ворота, — я пожимаю плечами.

— Вижу, политика без маек всё ещё в силе, несмотря на гостя, — Твайлер качает головой, глядя на мой голый торс. Надя и она переглядываются, и я чувствую, как девушка чуть расслабляется.

Хорошо. Очень хорошо.

— Моё тело слишком для тебя, ДиТи? — протягиваю Наде вилку. — Напоминание, что Кейну не помешало бы качалку посетить?

— Дело не в мышцах, — Риз ставит на стол стопку тарелок. — А в элементарной гигиене.

— Никто не хочет твоих волос с подмышек в еде, придурок, — ворчит Джефф, хотя сам в майке с вырезанными рукавами. Не меньшее преступление. — Эй, Рид, где Дарла?

— Это прозвучит шокирующе, но… — он делает паузу, заставляя нас всех застонать, — мы расстались.

— Какой сюрприз, — усмехается Джефф.

— Опять? — Твайлер скрещивает руки на груди. — Что ты на этот раз натворил?

— Ничего, — он пожимает плечами, затем сдаётся. — Она не оценила мой после матчевый костюм.

— Ты про те наряды, будто ты дальтоник и одеваешься на распродажах?

— Они уникальные, — защищается он. — Классика. Я создаю бренд, который ты и она не в состоянии понять.

— А мне она нравилась, — вступает Надя. — Она отлично организовала День Дружбодарения.

— Ну да, — Рид ковыряет вилкой блин, — она вроде как…

— Зажатая, чувак. Называй вещи своими именами, — Джефф машет рукой в сторону девушек. — Давайте, берите еду, пока эти обжоры всё не слопали.

Я отпускаю Надю и наблюдаю, как они с Твайлер наполняют тарелки и уходят в гостиную, болтая о чём-то своём.

— Завтрак с соседями, — Риз наваливает себе яичницу и передаёт мне ложку. — Теперь все официально.

— Если это критерий, тогда да.

— Не верится, что ты больше не составишь мне компанию в забегах на женское сестринство, — ноет Джефф. — Бриджит и Хизер так надеялись на секс вчетвером.

— Сорян, бро, — я ухмыляюсь, не чувствуя ни капли сожаления. — Я и так слишком часто вижу твои волосатые яйца в раздевалке.

— Ты же знаешь, что мне нужен напарник, — хмурится он.

— Я могу быть твоим вторым пилотом, — предлагает Рид. — Теперь я свободен.

— Да брось. Я уже попадался на эту удочку. Вы с Дарлой снова будете вместе до выходных.

— Не в этот раз, — Рид хватает блины руками. — Всё кончено. Я это чувствую.

С полными тарелками мы с Ризом отходим от парней, строящих планы на следующую неделю. Девушки сидят напротив, приберегая нам места.

— Не был уверен, как она это воспримет, — он кивает на Твайлер, — но вижу, Твай рада за подругу. Она хоть и терпит нашу мужскую компанию, но иногда здесь слишком уж по-свински.

— Думаю, Наде тоже приятно её общество.

— Это значит, — он жуёт бекон, — если ты напортачишь, иметь дело придётся с ней.

До зимних каникул осталось десять дней.

У меня экзамены, куча игр и проповедь для отца, которую надо дописать.

А хочу я только одного — быть с Надей. Эта девчонка держит крепко и мое сердце, и мои яйца. Мне вечно её мало.

Я реально готов ходить за ней по пятам, как один из тех подкаблучников, которые мечтают о лишней минуте рядом. Всю неделю мы ночевали вместе под предлогом, что нам надо закончить дела, а в итоге единственные дела, которые мы заканчивали это множественные оргазмы.

Я в полном раздрае, завал по всем фронтам, и поэтому сейчас заперся в учебной комнате для спортсменов. Здесь тихо. Никто не мешает.

Уставился в незаконченную проповедь и идиотскую тему, которую выбрал отец. Я не впервые выступаю в церкви. Шелби и меня растили как часть шоу. Но даже несмотря на то, что я бываю там всё реже, отец наращивает моё участие. До колледжа я просто читал пару отрывков, зажигал свечи, участвовал в ритуалах. Роль Шелби почти не изменилась — женщины в церкви отца существуют, чтобы служить и поддерживать. Но сын? Наследник Королевства. Моя роль сложнее. Ближе к лидерской. Не главной, разумеется. Это место уже занято.

Телефон вибрирует, и я с облегчением хватаюсь за отвлекающий фактор.

Надя: Как дела?

GoalieGod: Закончил работу по коммуникациям и сделал заметки для публичных выступлений.

Надя: А остальное?

Она знает, что я застрял на задании отца.

GoalieGod: Может, если долго смотреть на пустой экран, ослепнешь?

Надя: Возьму еду перед работой. Тебе чего-нибудь захватить?

GoalieGod: Просто десять минут с тобой.

Надя: Думаю, это можно устроить.

GoalieGod: И, может, тако из фудтрака?

Дописываю, что я в 110-м кабинете студенческого центра, и минут через пятнадцать слышу стук в дверь. Комната закрыта на код, но когда я открываю, передо мной стоит она с улыбкой и пакетом тако.

— Ты нашла меня, — беру пакет одной рукой, а другой притягиваю её внутрь.

— Это спортивная учебка? — она оглядывается.

Комната и правда крутая. Новые компьютеры, удобные столы, диван и огромный экран.

— Всегда знала, что у вас есть привилегии, но это уже слишком.

— Привилегии звучит слишком.

— Дорогая, остальные записываются в очередь на компьютеры, дерутся за удобные места, и если повезет, сосед не кашляет тебе в ухо. «Привилегии» идеальное слово.

— Ладно, — швыряю пакет с едой на стол рядом с записями. — Мы немного избалованны.

Приподнимаюсь, обхватываю её бёдра и встаю между её ног.

— Я скучал.

— Прошло всего четыре часа.

— Попробуй объяснить это моему дружку, — упираюсь в неё бедрами. — Он думал о тебе весь день.

— Ты смешной, — её пальцы скользят по моей груди к шее, нащупывая зажимы. — И очень напряжённый.

Наклоняю голову, позволяя ей размять мышцы.

— Всё из-за этой чёртовой проповеди. Это всегда кошмар, но в этом году хуже.

— Я думала, ты уже что-то написал?

— Написал. Но выкинул всё, что показал отцу на День Благодарения. Было не то.

— В каком смысле?

Первым порывом было отмахнуться, но Надя смотрит с искренним интересом, и впервые мне хочется рассказать.