Чайный Мастер. Том 3 (СИ) - Никулин Росс - Страница 6

Изредка мы с Марвином выторговывали у «Волков» травы второго ранга — за монеты да за чай. Но иначе никак: без сырья второго ранга я не мог двигаться дальше в ремесле, а без движения вперёд нечего было и мечтать подобраться к десяти высоким камням.

Изматывало всё это неимоверно. Но главное, что работало, и лавка стала приносить доход.

Одна прошлая партия Нагии дала почти пятую часть долга — сорок пять средних камней, немыслимые для прежнего Тинга деньги. Вот только уходили они так же шустро, как приходили.

Часть ушла на посуду. Савелия заходила пару раз, одобрительно кивала и покупала чай, и я, пользуясь случаем, докупал у неё через посыльного пиалы, чайники, блюдца — старой на растущий поток гостей уже не хватало; били её, к слову, тоже исправно. Особенно ватажники…

Часть денег ушла на мебель. Трёх столов и шести стульев, что стояли в лавке поначалу, стало мало. Марвин договорился с плотником, теперь в зале стояло пять столов и полтора десятка стульев. Сам старик, оглядев это дело, буркнул, что «наконец-то на чайную похоже, а не на сарай, где случайно чай наливают».

А ещё часть денег мы потратили на Минка. И вот это была даже не трата, а необходимость, потому что от неё зависела его жизнь.

Мы с ним пошли в город, к тому же Хорку — который, к слову, теперь захаживал ко мне пить чай сам, — и накупили снаряжения для Леса. Крепкий кинжал взамен его старого ножа, которым только хлеб резать. Набор ножей поменьше — для срезки трав. Щипцы, чтобы брать колючие и ядовитые растения. Специальные ухватки. Прочную сумку с отделениями, чтобы травы не мялись и не путались.

С этим всем Минк мог собирать куда качественнее — не рвать, а срезать, не сминать, а бережно укладывать. А качество сбора — это качество чая. Ну и его безопасность, само собой: с хорошим кинжалом от мелкого зверя отбиться проще, чем голыми руками.

Когда мы разложили всё это на прилавке у Хорка и старый скупщик придирчиво осматривал нас, Минк вдруг отвернулся, шмыгнул носом, сделав вид, будто разглядывает топор на стене, а сам провёл рукавом по лицу.

— Ты чего? — спросил я.

— Ничего, — буркнул он хрипло.

Хорк только понимающе усмехнулся.

— Считай, что это первый твой шаг на поприще ватажника, парень, — проскрипел он своим противным голосом.

Минк шмыгнул ещё раз и серьёзно кивнул.

А старый ватажник и Связный отложил последний нож и протянул:

— За качество головой ручаюсь.

— Может, скидку сделаете, а я в долгу не останусь, — улыбнулся я.

Тот, помолчав, добавил ворчливо, будто через силу:

— Ладно, но не больше трёх камней. И чай с тебя в следующий раз бесплатно.

Минк потом всю обратную дорогу перебирал ножи в новой сумке, доставал, убирал, снова доставал, и лицо у него было светлое, какого я у него ещё не видел.

Лавка дышала, работала, наполнялась людьми и звуками. Рован заходил через день, приносил корзину с растениями под заказ, если ему такие попадались, менял на мои чаи и то, что я мог выторговать у «Волков».

Но главное было не это, а то, что каждый раз, пока Марвин ещё не мог готовить лечебные настои, здоровяк заносил свой фирменный Настой Укрепления для Лиры.

— Нет! — хлопал он по столу широкой ладонью, улыбаясь. — Одного рецепта за три порции мало!

— Да ты совсем обнаглел! — закипал я, торгуясь с ним за лекарство. — Ты и без того уже три моих уникальных рецепта знаешь, товар свой «Волкам» через меня толкаешь, и чай пьёшь бесплатно! Имей совесть!

На что этот алхимик-торгаш только шире улыбался в свою бороду.

Но оно того стоило.

Лира пила лекарства каждый день. И то ли они помогали, то ли близость Лунного колокольчика, то ли всё разом — но приступов не было. Она даже порозовела, стала чаще выходить в зал, помогала записывать рецепты в меню и беззлобно шпыняла Минка за путаницу в травах.

В один из тех редких вечеров, когда выдалась минута присесть и выпить чаю самому, я понял одно: если бы не долг — мы бы уже жили хорошо.

Лавка приносила деньги, семья — а я уже думал о них именно так, о Лире, о Минке, даже о ворчливом Марвине — была рядом, сыта, при деле и под крышей. Лире стало легче. Минк ходил в Лес и набирался опыта. А я занимался ремеслом, которое любил.

И всё было бы славно.

Если бы не десять высоких камней, висевших надо мной, как топор на гнилой верёвке. И не Мирей, которая где-то там, в городе, спокойно ждала, пока эта верёвка перетрётся сама.

И чем дольше она не давала о себе знать, тем тревожнее мне делалось.

Очередной день начался уже привычно.

Утро — завтрак, медитация, Циркуляция, заказ Нагии, снова Циркуляция, а после открыл лавку.

Хорк заглянул ещё до полудня, а с ним, к моему удивлению, оказался Эрдан — тот самый лекарь, знакомый Марвина, что заходил в самом начале, когда Савелия только приглядывалась к лавке. Они устроились прямо за стойкой и принялись о чём-то негромко, доверительно толковать, склонившись друг к другу, — старый скупщик и лекарь, странная парочка, но темы у них, видать, нашлись. То ли о ватажниках, то ли о травах, то ли просто о старых временах.

Марвин, увидев Эрдана, вышел было к ним поздороваться, перекинулся парой слов, но потом махнул рукой — «сидите, не мешаю» — и убрёл обратно на кухню, к своей тетради, над которой теперь просиживал не меньше моего.

Я обслужил Хорка с Эрданом, оставил им чайник и ушёл на кухню — заняться делом, которое давно откладывал.

Янтарная капля.

Тот самый кусок смолы, что притащил Рау ещё под конец наших мытарств с Нагией. Тёплый, полупрозрачный, размером с крупный орех, он всё это время лежал у меня в тряпице и ждал часа. Вот час и выдался — заказ Нагии почти готов, гостей всего двое, Минк ещё не пришёл, а Лира у себя в комнате.

Я развернул тряпицу, положил каплю на ладонь. Толкнул через Связку своё желание-мысль, и немного подросший Рау тут же вынырнул из-под стола, где я ему устроил место отдыха.

Марвин даже взгляда не поднял от тетради, а я произнёс:

— Ну-ка, проверь, что тут у нас по Дыханию?

Зверёк забавно дёрнул носом, взял из моей руки каплю, и я понял, что она тёплая, мягкая и одновременно твёрдая. Необычно.

Рау пискнул, отдал мне смолу и нырнул обратно под стол, досыпать после вчерашнего тяжёлого похода в Лес.

Я сосредоточился и запустил Анализ, мгновенно ощутив, как часть энергии в Роднике будто испарилась, уйдя на работу системы и оставив мне четверть — привычное количество.

Перед глазами поплыло, мир дрогнул, выцвел, а капля, наоборот, стала насыщенной, от неё потянуло маревом.

[Янтарная слеза. Ранг третий]

[Вероятный тип Дыхания: Земля / Дерево]

[Свойства: связующее вещество, гасит энергетический дисбаланс]

[Особенность: сверхконцентрированная субстанция. Вызывает отравление при употреблении без правильной обработки]

Я замер, едва не выронив Янтарную слезу из рук, а в голове тут же завертелось. Золотарник, Золотая лоза и прочие, что я уже встречал, — это связки первого-второго ранга, ими я скреплял стандартные сборы. А эта штука на голову выше. С такой можно соединить то, что раньше и близко не сходилось. Может, даже…

Мысль сама скакнула к Лире. И к лечебному чаю, который мы с Марвином периодически пытались сделать по наметкам его жены и который никак не выходил — не хватало то ли связки, то ли моего понимания энергии и контроля. Пыльца Лунного колокольчика четвёртого ранга замораживала всё, что угодно.

Но с этой каплей…

Я тут же себя одёрнул. Нет, не выйдет. Написано же про отравление при неправильном приготовлении. Я не могу так рисковать. Да и как применять-то её толком не знаю. Одна ошибка — и угроблю единственную такую драгоценность, а второй Рау неизвестно когда принесёт, да и принесёт ли вообще.

Лучше её прибрать. Дождаться, пока разберусь как следует — с техникой, с рецептом, — пока не будет права на промах.

— Марвин, можете… — хотел я сказать «посмотреть», ведь старик знает о подобных штуках поболее моего, но не успел.