"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Сухов Александр Евгеньевич - Страница 994

Интересно, местные-то помнили настоящее название дерева или тоже родителем жрал называли?

Лирка склонилась, высмотрев в траве сочно-жёлтый бок, и, подняв фрукт, жадно впилась зубами в него. Рот мгновенно наполнился кисловатой сладостью и слюнями. Против воли вырвался сладострастный стон.

— Да когда ж ты кончишь жрать что ни попадя! — в сердцах бросил Хабдир.

— Оно само упало, — продолжая жевать, отозвалась Лирка, — можно есть.

— Как можно есть то, что нас жрёт? — недоумевал Мхян.

— Не любителям медвежьих лап об этом говорить, — женщина беззлобно хмыкнула, припомнив событие недельной давности, когда на заставу притащили тушу огромного медведя, промышлявшего в окрестных деревнях оборотнеедством.

Парень вспыхнул, но на Лирку всё равно смотрел неодобрительно. Та же присела и выбрала из травы ещё с десяток плодов пожестче, чтобы в дороге не помялись. Ханён тоже их любил. Раньше Лирка и Эдару приносила. Пока Ёрих не просветил её друга, чем его угощают.

«Как они ещё с голоду не подохли с такой переборчивостью?» — недоумевал Иррес.

Косточку — белую, а не чёрную, какая остаётся после жрал, — Лирка запихнула в один из поясных мешочков.

— Чего вы там услышали? — поторопил Онт Хабдира, когда закончили осматривать местность и все собрались под сенью кустов.

Лирка села поближе к дереву и продолжила выбирать из травы фрукты. Иногда попадались жёлтые плоды с красными крапинами, которые не упали сами, а были сброшены птицами. Они чуточку горчили, но женщине нравился терпкий привкус. Белые косточки с чёрными разводами она тоже хозяйственно собирала.

— Тёмные, Лирка, их даже местные не едят, — попытался урезонить её аппетит виларий.

— Может, и едят. Я не спрашивала, — отказываться от удовольствия оборотница не собиралась. Босика попадалась не так часто. А вот жралы — каждую третью вылазку.

Местные шаманы любили устраивать салейским приграничникам и заодно всем остальным хоёторцам такие милейшие сюрпризы. Из специально сорванного плода жрало вызревало на второй день. И хорошо, если вызревало не в животе. Достаточно положить сорванный плод в нужном месте, и ловушка готова. Порой жрал выставляли в качестве охраны, например, около священных объектов. Особенно это было принято среди кочевого населения Хоётора, чтобы в их отсутствие никто не смел покуситься на святыню.

Появлялось жрало сперва очень маленьким, в локоть длиной. Но уже после первой трапезы оно вымахивало до полусажени и дальше росло медленнее. Самое большое жрало, которое видела Лирка, имело две с половиной сажени в высоту. Виларий утверждал, что ему попадалось и трёхсаженное. Болтун Ёрих клялся, что видел в одном поселении рядом с шаманским шатром чудище в пять саженей ростом, а потом ругался с Нарием, который заподозрил, что Ёрих путает сажени и локти.

— Главное, чтоб не сажени и вёрсты, — хохотнул Вехна.

Когда все наконец уселись, виларий тихо-тихо произнёс:

— Крысаки кокнули жреца и, кажись, печать умыкнули.

Повисла поражённая тишина. Забывшись, Мхян сложил губы, чтобы присвистнуть, но сидящий рядом Сендар вовремя вправил ему оплеухой мозги.

— Жрец-то какой? — горячо уточнил Вехна.

— Обычный.

Лекарь разочарованно выдохнул, но огонь в глазах гореть не перестал.

Сколько бы боёв не было между хоёторцами и салейцами, ни разу не удавалось перехватить жреческую печать. Легендарный атрибут, по слухам едва ли не мощнейший артефакт, хотя подтверждений тому не было. Но хоёторцы так тряслись над печатями, что хочешь не хочешь, но задумаешься о их важности.

Сорок девять лет назад в боях за Арван-Ё погибло много жрецов. Но печати при них не находили ни разу.

— А разница какая? — не понял Мхян.

— Какая разница между Главным, Верховным и обычным жрецом? — Ёрих посмотрел на парня как на идиота, и тот стушевался. — Может, в статусе и силе?

— Да это и так понятно, — обиженно протянул посыльный. — Я про печать.

— А это одни Тёмные знают! — фыркнул вредитель.

Лирка молча с ним согласилась. Тёмные наверняка знают. Иррес внутри хмыкнул.

— В руках бы хоть раз подержать, мож, и поняли бы что, — Хабдир вздохнул. — Хоёторцы теперь на ушах. Крысаков вроде всех перебили, кроме одного. А печати нигде нет. То ли перед смертью сам жрец спрятал, то ли крысаки куда заныкали. Хуанисайский жрец почему-то уверен, что сама найдётся. Говорил, что главное крысаков перебить. А вот колдун его мечется. Явно лапы наложить хочет.

— А нам-то чего с этой печати? — Мхян явно был разочарован.

— Того, что если печати этой не будет, то и нового жреца не будет. Понимаешь? — Вехна горящими глазами уставился на парня. — Жрец — самый опасный среди хоёторцев. А тут он устранился без нашего содействия.

— Ты погоди про устранился, — нахмурился Хабдир. — При Арван-Ё мы их вон сколько перебили, так через сутки-двое новые приходили. Как уж они эти печати ныкают, а потом передают… — виларий развёл руками. — И в этот раз передадут. Только кому? Померший жрец был из нотасайцев, и щас все их соседи вскинутся, чтобы печать к себе перетянуть и жреца заиметь. Свара вспыхнет. В ближайшие дни горячо станет и будет хоёторцам не до нас. А у нас работы прибавится. Обстановка-то изменится, нужно понимать, у кого силы больше станет.

— Эту потеряли, новую чего не сделают? — Мхян опасливо посмотрел на Ёриха, переживая, что его вновь высмеют за глупый вопрос, но никто не ухмыльнулся.

— А кто их знает, чего не делают, — скривился Хабдир.

То, что жреческих печатей ограниченное число, наверное, единственное, что было известно точно. Пленные хоёторцы мало что могли рассказать и об артефактах, и о самих жрецах. Болтали, что за теми стоят высшие силы, но за каким жрецом их нет? Сколько всего печатей, наверное, и сами хоёторцы не знали. Точно известно, что есть одна печать Главного жреца, восемь Высших жрецов и сколько-то печатей для обычных.

«Двести восемнадцать. Было…» — протянул Иррес.

— У них до кучи сейчас какие-то пророчества в силу входят, и хуанисайский жрец опасается, что потерянная печать может как-то худо отозваться, — Хабдир всё-таки подобрал один плод, понюхал, но кусать не стал. — Они ждут рождения какой-то проклятой девочки, которая якобы должна привести весь Хоётор к гибели.

Раздались недоверчивые смешки.

— Про Господ упоминали. Мол, они предсказание дали.

Смешки умолкли.

— Так здорово же, если мы Хоётор… того, — взволнованно сверкнул глазами Мхян.

— А кто про нас говорил? — Хабдир косо посмотрел на него. — Мутят. Одни Тёмные разберутся с этими предсказаниями. Промеж себя говорили, что с ребёнком в Хоётор должна прийти большая сила, и тогда конец нынешним порядкам.

— Порядок в Хоёторе? — усмехнулся Сендар.

— Кабы ещё больше беспорядка не стало, — сплюнул Хабдир и, забывшись, обтёр плод о штанину.

— Они там чего только не говорили про это пророчество, — Ёрих нахмурился. — Вроде бы Господа предсказали каждому, как жизнь его кончится, если дитя в силу войдёт.

«Пелену на глаза бросают, — презрительно процедил дух. — За свои шкуры трясутся».

«Они могли соврать?» — обратилась Лирка с мысленным вопросом.

«Могли переврать. Предсказание несложно перевернуть так, что звучать будет так же, а смысл станет другим», — вместо духа ответил господин Наэш.

Он против обыкновения не ушёл «в спячку», и Лирка чувствовала его едва осязаемое мудрое присутствие. Словно сидела под крылом огромной птицы, которая, склонив над ней голову, бдительно прислушивалась и осматривалась. Господин Наэш редко вёл себя так. Только если чувствовал большую опасность.

— Я про Господ всего два раза слышал, — тихо протянул Мхян.

— Их местные просто так не поминают. Помнишь, я говорил тебе, что в Хоёторе духам поклоняются? — Нарий вопросительно вскинул брови. — Господа — это духи.

— И они правда общаются со смертными? — поразился Мхян.

— Скажешь тоже, — фыркнул Ёрих. — Когда это бессмертные нисходили до нас? Скорее всего Главному жрецу что-то привиделось в пьяном угаре. Он сказал Высшим, а те ещё и от себя приплели. Вот и общение с Господами.