"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Сухов Александр Евгеньевич - Страница 881

Хаггарес показательно сплюнул и с тоской уставился в окно. Погода царила замечательная. Светило яркое солнце, голубело небо, гулял прохладный ветер. Не жарко и не холодно. Самая погодка, чтобы гулять, а не сидеть среди стопок книг, выискивая какие-то древние печати.

— Ваши друзья уже собираются. Сейчас за вами придут, если вы сами не спуститесь.

— Подожди, — непреклонно отозвалась Майяри, с живейшим интересом рассматривая похожую на дохлую птицу печать «Медленного времени», найденную в книге «Самые громкие шарлатанские выдумки всех времён».

— Что-то я сомневаюсь, что вы найдёте здесь то, что хотите, — Казар скептически посмотрел на весёленькую голубую обложку.

Хмыкнув, Майяри перевернула страницу. Она и не думала, что сможет найти в школьной библиотеке, ещё не до конца приведённой в порядок, хоть какую-то информацию по магическому противостоянию. В школе этому не учат: слишком сложно и затратно по силам. И подходящие книги — в сущности, очень редкие экземпляры — водятся в основном в частных библиотеках. Или в дворцовой библиотеке. Собственно говоря, именно там Майяри и обитала всю предыдущую неделю, но сегодня пришлось поехать в школу: господин Узээриш заявил, что во дворце будет проходить очередная проверка и Майяри там совершенно не нужна. Перечить девушка не рискнула: хайнес уже неделю ходил какой-то особенно злой. Она уж заподозрила (да что подозревать, была почти уверена!), что между ним и Ранхашем всё же состоялся бой, но, поразмыслив, решила, что из-за этого господин Узээриш так злиться не будет.

С господином Иерхаридом тоже вроде было всё более-менее хорошо. Он медленно, но всё же шёл на поправку, и Майяри даже его навещала один раз. Между ними состоялся небольшой, им одним понятный разговор.

Обложенный подушками и укрытый толстым одеялом, господин Иерхарид выглядел невероятно слабым и беспомощным. Увидев Майяри, он попытался пошевелиться, чтобы податься чуть-чуть вперёд, и девушка едва сдержалась, чтобы не броситься ему на помощь. Господин Винеш сам подхватил больного и осторожно поправил его, как посчитал нужным и полезным.

— Господин, я так рада вас видеть, — Майяри совершенно искренне улыбнулась.

Губы бывшего хайнеса дрогнули.

— Спасибо…

— Совершенно не за что, — замотала головой девушка. — Вы вытолкнули меня и Лирку. Я не могла не отплатить добром за добро.

Перебинтованные и измазанные знакомой оранжевой мазью пальцы дрогнули, и Майяри, склонившись, осторожно сжала их.

— За Изаэллаю, — тихо выдохнул бывший хайнес. — Спасибо. И передай…

Она молча сжала его пальцы ещё раз.

Об истинной роли хайрени Изаэллаи в заговоре она не сказала даже Ранхашу. В благодарность господину Иерхариду. Он любил свою сестру, наверное, так же сильно, как она Ёрдела. А она была готова простить брату очень многое и не хотела бы, чтобы о нём думали плохо. А ещё она испугалась. Ведь у хайрени остался сын. Узнай господин Узээриш об истинной роли тётки в заговоре, смог бы он относиться к кузену так же, как и прежде? Не появилось бы между ними отчуждение, причину которого сын хайрени вряд ли бы понял и мог бы затаить обиду? А история Дешия тоже началась с обиды. Нет, лучше не сеять раздор в правящей семье.

Лирка тоже промолчала. И Майяри передала ей благодарность господина Иерхарида.

Бывший хайнес медленно шёл на поправку, а господин Узээриш по-прежнему пребывал не в лучшем настроении. Майяри заподозрила, что плохое настроение хайнеса как-то связано с Харийдом, но тот сам у неё поинтересовался, чего это его кузен так сердит.

Харийд до сих пор, как и вся семья хайнеса, проживал в доме господина Шереха и успел снискать трепетную любовь всех умудрённых сединами женщин во главе с госпожой Жадалой и раздражение со стороны мужчин. Положение его Майяри было не совсем понятно. Узээриш его не отпускал, но обращался очень хорошо, «по-родственному». И, видимо, ждал, когда за кузеном явятся его родители и другие родственники. Харийд тоже ждал и малодушно надеялся, что тёплая встреча произойдёт нескоро.

— Понимаешь, у моего отца очень суровый характер и крайне низкое доверие к правящей семье, — как-то доверительно сказал Харийд Майяри. — Его можно понять, всё же когда-то его поймали и даже женили по приказу хайнеса Озэнариша. То, что они с мамой всё же полюбили друг друга, — удача невероятная! Поверь, с их характерами чудо, что живы остались после свадьбы! У них нрав ух!!! Когда ругаются, весь дом дрожит! Мама и бабушка обычно за меня заступаются, но тут, я думаю, отец не остановится…

Почему отец не остановится, Харийд не пояснил. Отмахнулся, что, мол, семейные сложности и он, Харийд, поставил отца в очень неудобное положение.

А их маленькая семья — ух, аж дыхание спирает! — вернулась в Особняк с Елями три дня назад. Ранхаша она, правда, теперь почти не видела. Господин Узээриш исполнил обещанное, и они на пару лазили по подземелью, сидели в сыске и обшаривали город. Зато господин Шидай уже достаточно оправился, чтобы проводить дни с Майяри в библиотеке, посапывая на диванчике, но сегодня он, несмотря на яростное сопротивление девушки, засобирался с Ранхашем. Оправился бы уж хоть толком сперва!

Воспоминание об отъезде заставило Майяри довольно зажмуриться. Именно в тот день она предъявила господину Шереху договор с Казаром и заявила, что теперь она действительно сама оплачивает его труд. Не то чтобы старый консер выглядел удивлённым, но восхищённым точно.

— Не скучай. Закончу, и мы куда-нибудь сходим, — пообещала Майяри Казару.

За три дня они успели побывать у господина Ывашия, Редия и Ашия и приняли в гостях Лоэзию и госпожу Иелану.

Господин Ываший был очень рад их визиту, хотя и оказался чрезвычайно занят ремонтом дома. После бандитского налёта, в ходе которого бандиты не только похитили короб с артефактами и куклой, до странности похожей на неё саму, — Майяри потом видела её в сыске в ящике стола харена, но так и не спросила, откуда эта вещица, — но и учинили разгром, а дом даже не успели восстановить после пьяной выходки Ранхаша. Ну хоть рябинки не пострадали сильнее прежнего. Она даже успела увидеть цветы, правда, большая их часть уже облетела.

А вот чтобы попасть к Редию и Ашию, Майяри пришлось выпросить у «дедушки Шереха» дополнительную охрану, иначе господин Шидай никуда не хотел ехать. Просто охранники жили в восточной части города, вполне спокойной, но всё же не такой респектабельной и безопасной. Жили они, оказывается, вместе в небольшом, но очень милом беленьком домике под коричнево-красной крышей. При домике имелся сад, малость диковатый, и очень ухоженный огород, на котором чернели ровные ряды грядок и зеленели крошечные всходы.

В домике оборотни жили не одни. Вместе с ними жила их мама — женщина уже полностью седая, с морщинистым лицом, но очень крепкая и жизнерадостная — и семилетний сынишка Редия. Майяри обескуражили и миленький домик, и весёлая матушка, и светленький зеленоглазый мальчик, встретивший её с серьёзностью взрослого. И девушка даже застыдилась. К охранникам она действительно была привязана, но при этом совершенно ничего не знала об их жизнях. Собственно, она и их-то не знала.

Больше всего её приезду был рад Редий. Аший проявил свою привычную сдержанность и долго оценивающе осматривал Казара.

— Словно папаша — возлюбленного дочери, — веселился потом хаггарес. — И, видимо, я проверку прошёл.

Наконец-то Майяри поняла загадочные слова харена, что, мол, если Редий и Аший захотят, то вернутся. Аший уже был почти здоров, только на голове по левой стороне были выстрижены волосы и розовел не очень приятный шрам. А вот левая рука Редия не двигалась. Майяри, увидев перевязь, деликатничать не стала и сразу спросила, почему его рука так долго заживает.

— Да зажило уже всё, — чуть виновато отозвался оборотень. — Я прикрылся ею от удара, и её вместе с костью перерубило. Ох, простите, не надо было так рассказывать… Вроде всё срослось, господин хороших лекарей прислал, но вот… — он потыкал в неподвижную руку пальцем правой руки, — почти не двигается. Чувствую, но пошевелить не могу.