"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Сухов Александр Евгеньевич - Страница 693

Голубые и жёлтые глаза столкнулись, и в кабинете повисла тишина. Ранхаш ждал этого вопроса. Хайнес Иерхарид не был глуп. Хотя и говорили, что он ничего не мог сделать без помощи Вотых, это нельзя было назвать правдой. Хайнес прекрасно осознавал влияние и силу Вотых, но водить себя за нос не позволял даже старому консеру. Другое дело, что прадеда было сложно поймать на лжи.

— Да, господин, вы правы, я сказал не всё. Но… — Ранхаш ненадолго умолк. — То, что я скрыл от вас звучит… бредово, и я совершенно не уверен, что стоит говорить об этом. Доказательств у меня никаких нет. Кроме показаний моей воспитанницы.

— Госпожа Яри, — задумчиво протянул хайнес. — Значит, дело в ней? Она увязла в этом деле глубже, чем вы мне рассказали?

— Мы пока не уверены. Как вы помните, Майяри и ещё двух оборотней похитили в Санарише. Будучи в руках злоумышленников, она слышала их разговоры, но тогда она была не в себе и сомневается, что действительно что-то слышала. В бреду она полностью теряет контроль над разумом.

— Да, мне говорили, — повелитель беззлобно улыбнулся. — И всё же, что она слышала?

— Из услышанного Майяри сделала заключение, что это не простое ограбление. Она предполагает, что может иметь место заговор. Камень Обана украли, чтобы сделать из него часть какого-то артефакта. Майяри говорит, что часто слышала о «смерти хайнеса», но к чему она так часто упоминалась, уже не помнит.

— Смерть хайнеса? — уголки губ повелителя приподнялись в хищной ухмылке, и он с живейшим интересом спросил: — Вы слышали про этот артефакт?

— Слышал, — не стал врать Ранхаш.

— Весьма и весьма примечательная вещица. Лет четыреста назад даже поговаривали, что она выплыла наружу и якобы стал известен её хранитель. Даже говорили, что это мой дядя. Покойный дядя. Признаюсь, наше окружение и младшие ветви семьи сильно обеспокоились, но… — хайнес мягко улыбнулся. — Этот артефакт не убивает.

— Господин, простите, я не понимаю… — пробормотал Ранхаш.

— Всё же какое удовольствие выводить вас из себя! Ну простите меня, простите. Могу же я позволить себе иногда быть несерьёзным? В архивах нашей семьи сохранились записи о допросе создателя артефакта. Увы, он так и не сказал, в чём именно заключается назначение его изобретения, но под пытками… мой предок был не очень мягкосердечен… постоянно повторял, что смерть — это слишком просто и главное наказание в пустоте. Очень загадочно, но совершенно недвусмысленно, если говорить о смертоносности «Смерти хайнеса». Благодарю вас за откровенность, харен. Я даже рад знать, что это всего лишь очередной заговор.

— Они часто случаются? — насторожился харен.

— Заметно, что вы мало вмешиваетесь в дела семьи и государства. Ну да ваша неискушённость только нам на руку… Хотя бы раз в десять лет мы сталкиваемся с новым заговором. Мой отец, — глаза хайнеса холодно сверкнули, — оставил всей нашей семье очень неудобное наследство в виде замаранной репутации.

Господин Иерхарид прикрыл задремавшего совёнка рукавом.

— Надеюсь, вы не откажетесь помочь нам разгрести эту неразбериху? Ваша кандидатура меня вполне устраивает. У вас есть определённая репутация, вы редко появлялись при дворе и можете взглянуть на творящиеся здесь дела свежим взглядом, а не через линзу чужого мнения. И вы не заинтересованы в выгораживании кого-то из тех, кто здесь служит.

— Я буду рад помочь.

— О, ваш холодный голос так и плещет энтузиазмом. Простите-простите, это последний раз, — губы хайнеса изогнулись в виноватой улыбке. — Правда, у меня всё же есть сомнения, что между санаришским делом и происшествиями во дворце есть связь, но право разобраться в этом оставляю за вами. Думаю, излишне говорить, что в расследовании должно участвовать как можно меньше лиц?

— Излишне, — согласился с ним Ранхаш. — Я хотел только испросить дозволения привлечь к расследованию мою воспитанницу. Она юна, многого не знает, но очень наблюдательна, ответственна и старательна.

— Ничего не имею против, — опять расплылся в улыбке хайнес. — О её наблюдательности и быстроте реакции этот дворец знает не понаслышке. Кстати, как она? Надеюсь, ей не сильно досталось за её… отлучку?

— Не сильно, — немного напряжённо подтвердил Ранхаш.

— Не гневайтесь на неё, она ещё молода и в своём возрасте просто обязана делать глупости. Иначе потом и вспомнить будет нечего. Вам уже, вероятно, донесли, что Узээриш хочет, чтобы ваша воспитанница помогла ему в одном деле.

— Не думаю, что это возможно, — прохладно отозвался харен. — Майяри слишком юна, чтобы доверять ей что-то настолько серьёзное. Я помогу хайрену сам. Либо же могу прислать Викана.

Хайнес аж в лице переменился и торопливо отказался:

— Не стоит. Этому дворцу и Узээриша хватает.

— Если это всё, то я хотел бы осмотреть место преступления. Печать же сохранили?

— Да, конечно. По-моему, мы всё обсудили. Можете идти.

Ранхаш поднялся и направился к двери, но у самого порога его остановил голос повелителя.

— Как жаль, что вы так категоричны. Ваша воспитанница сильно впечатлила Узээриша, — хайнес лукаво прищурился. — Я уже и не помню, когда он последний раз был так увлечён девушкой. Обычно Риш быстро теряет интерес. А тут… Представляете, он даже расписался в письме давриданскому императору её именем. Может, вы соизволите разрешить госпоже Яри появляться при дворе? Я прослежу, чтобы мой сын не обидел её.

— У госпожи Майяри в руках уже есть одно сердце, — холодно отозвался Ранхаш. — Моё. Для сердца хайрена в её ладонях места уже нет.

В кабинете воцарилась звонкая тишина, и лицо хайнеса вытянулось от удивления. Харен уже открыл дверь, шагнул за порог, но не выдержал и всё же обернулся. Похоже Шидай в дуэте с Майяри на него плохо повлияли, и мужчина не смог удержаться от ответной «любезности».

— Выводить вас из себя тоже очень приятно.

Дверь тихо закрылась, и хайнес, откинув голову назад, оглушительно расхохотался.

— Шереховская порода, — с удовольствием выдохнул он, отсмеявшись. — Какова выдержка у мальчишки! Даже зрачки не дрогнули, когда его уличили в недосказанности.

Мужчина успокаивающе погладил всполошившегося сына по голове. Тот грозно запищал, нахохлился и бдительно осмотрелся, выискивая врага. Хайнес подхватил его под крылышки и покачал в воздухе.

— Какой же ты дурашка, Зиш, — ласково протянул оборотень. — Расти, пожалуйста, помедленней. А то станешь таким же обалдуем как Риш.

— Кто тут обалдуй? — панель в стене рядом с книжным шкафом распахнулась, и внутрь вошёл хайрен Узээриш. — Он уже ушёл? — наследник с досадой осмотрелся. — Мне сказали, что прибыл Немилосердный.

— Он пошёл к сокровищнице, — ответил отец, — осматривать место преступления. Но не надейся, Яри он к тебе не отпустит. Я спрашивал.

— Да? — Узээриш воодушевился: будет забавно позлить харена. — И что именно он сказал?

— Сказал, что если ты посмеешь сунуться к его возлюбленной, то он тебе голову оторвёт, — со светлейшей улыбкой отозвался хайнес.

Брови Риша удивлённо приподнялись, но поражённым он не выглядел. То, что харен не равнодушен к своей воспитаннице, он и так понял. Удивила его скорее откровенность господина Ранхаша. Ему-то казалось, что этот холодный и выдержанный господин до последнего будет держаться в рамках приличий.

— Ну в неё определённо возможно влюбиться, — перед глазами вновь предстал высокомерный образ девушки. — Есть в ней что-то особенное.

— Она определённо особенная, — согласился с ним хайнес. — Я всё-таки вспомнил, где видел её. Точнее, где видел такое же лицо, как у неё.

— И? — Узээриш заинтересованно посмотрел на отца.

— Что «и»? — Иерхарид ехидно прищурился. — Пусть это останется нашим с ней секретом. Ты же, узнав, полезешь туда, куда бы ей не хотелось.

— Эй, я твой сын! — возмущённо напомнил ему Узээриш. — Ты на чьей стороне?

— Я прекрасно помню, чей ты сын. И также помню, что обязан этой девочке жизнями твоих брата и сестры, моей жены и тебя самого, — голос хайнеса звучал добродушно. — И я очень хорошо знаю Вотых и могу с уверенностью сказать, что девочка сейчас в осадном положении и у неё нет ни одного сторонника. Ну так вот, на её стороне теперь буду я.