"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Сухов Александр Евгеньевич - Страница 1003

— А ты свою шкуру высоко ценишь? — стоящий рядом с Доринием маг осклабился.

Хабдир нехорошо прищурился. Всё-таки неприкосновенность сильно испортила многих магов на заставе. Вот знали бы, что за такие слова по морде получат, может, и такту больше проявляли. А так… Как там Нарий сказал? Быкло̀ высокомерное?

Седой Онт остро посмотрел на зарвавшегося оборотня.

— За твою голову могу пожертвовать и шкуру.

— Но-но-но! — встрял Ёрих. — Больно жирно за пустой горшок. Тут даже волос на пару медяков не наскребётся.

Вехна недовольно кривил губы, и Лирка с тайным беспокойством на него посматривала. Скорей бы…

Истеричный визг прокатился по двору. Дориний шарахнулся прочь, во все глаза смотря на выросшее рядом с Хабдиром жрало. Его товарищ взвизгнул ещё раз, бросился прочь, но ослабевшие ноги подвели и он рухнул на мостовую.

— Ой, — Мхян сплюнул на ладонь косточку.

И вовремя. Часовые на стенах уже направили на него арбалеты.

— Я п-перепутал и вместо ореха в рот сунул, — испуганно промямлил паренёк.

— Ах ты сухляда нестоячая! — разъярённо взревел виларий и крепко ухватил баламута за ухо. — Я ж сказал, пока хаварий… А ты!..

И как пошёл орать на беспутника. Обычно виларий Хабдир отчитывал подчинённых не столь громко. Порой рычал, порой за волосы таскал, пинки отвешивал… Но так чтобы на весь двор… Значит, мальчишка что-то знатное учудил. Часовые наконец отмерли, малость расслабились и уже со смешками на лицах посматривали на красных от ярости магов и орущего вилария. Мальчишка посмел отпираться, мол, чего он сделал. Командир разошёлся ещё сильнее.

— Да ладно, всё равно бы скоро всем известно стало, — попытался утихомирить вилария Леший.

— Не заступайся за него, — строго зыркнул на него Нарий. — Воспитываете в нём расхлябанность!

— Вот сам бы и повоспитал! — вскинулся Леший.

И вот уже не двое, а четверо ругались посреди двора.

— Пошлите, пока и мы под горячую руку не попали, — тихо, но достаточно громко, чтобы услышали злые маги и стоящие недалеко служивые, произнёс Сендар.

И отряд, вжимая головы в плечи, под ехидные, но понимающие смешки заставников поспешил утечь с крепостного двора.

Время уже близилось к вечеру. И нервничавшая Лирка всё беспокойнее и беспокойнее мерила комнату шагами. Ханён настороженно следил за матерью, не понимая причин её тревоги.

— Что случилось? — решил наконец спросить он.

Мама ласково ему улыбнулась и погладила по голове.

— Ничего.

Ханён сощурился и надулся.

— Ты врёшь, — уверенно заявил он.

«Как меня бесит эта его способность!» — простонал внутри Иррес.

— Прости, милый, — Лирка виновато улыбнулась. — Кое-что случилось, но ничего плохого.

Ханён приоткрыл ротик, словно прислушиваясь к чему-то, и растерянно заморгал.

Беспокойство точило Лирку и съедало. На долю новорождённой малышки выпало слишком много испытаний. Её нужно было окружить покоем, покормить, нормально обтереть, завернуть в тёплое… Где там этого Ёриха носит⁈ Вехна обещал покормить ребёнка, но женщина переживала. Перед глазами стояло залитое слезами лицо молодой матери, и Лирка так боялась её подвести.

Скрип калитки она услышала и из главной комнаты. И резко повернулась к окну.

По тропинке шёл Ёрих. Лицо у него было старательно виноватое и растерянное, в руках оборотень держал плетённую корзинку. Посреди дорожки он остановился и кому-то поклонился. Наверное, Лиркиной сварливой соседке.

«Да не скроется ничего от глаза её!» — насмешливо пожелал Иррес.

Когда Ёрих постучал в дверь, Лирка уже стояла в сенях и, возможно, открыла слишком быстро. Ну и ладно! Она, может, в окно его раньше увидела.

— Ты чего? — нервно и немного раздражённо спросила женщина, стараясь раньше времени не коситься в корзину.

За забором действительно стояла эта старая сплетница.

— Слушай, подруга, тут дело такое… — Ёрих прокашлялся и воровато забегал глазами. — Я… это… к себе вернулся, а там… ну вот…

Лирка наконец вперила взор в корзину и замерла, будто глубоко поражённая.

— Честное слово, ну… ни при чём я! Не моё! Я тут по всем своим пробежался, никто не сознался, — оборотень досадливо почесал щёку, разукрашенную царапинами: действительно ведь пробежался. — Ещё и… — тон стал несколько обиженным, и мужчина махнул рукой. — И чё с ней делать, я и не знаю. Ты не могла б…

— Вы завернули её в такие грязные тряпки⁈ — вызверилась Лирка.

— Так её такую подбросили! — испуганно залепетал Ёрих.

Зарычав, женщина вырвал из его рук корзину и скрылась в доме, от души хлопнув перед носом оборотня дверью.

— Лирк, спасибо, — лицо Ёриха расцвело облегчением и благодарностью. — Это только на время! Я… ты… Ты настоящий друг! А я ещё поспрашиваю. У меня… там… ну, в Тёпках знакомые есть.

Из-за двери раздалось утробное рычание, и мужчина поспешил спрыгнуть с крыльца.

— Ладно, не надоедаю! Хорошего вечерочка, Лирочка!

Через час уже весь посёлок знал, что кобель Ёрих нагулял дитя от какой-то бабёнки в Тёпках. И сбагрил его на попечение Честной Вдовы Лирки.

Глава 10

Судьба отряда

В воздухе висело гнетущее молчание. Хаварий Гед, широкий и коренастый, стоял у решетчатого окошка и наполовину закрывал вливающийся в каменный мешок комнаты свет. Хабдир, устало развалившись на стуле, с прищуром смотрел на могучую спину.

— Не стал я Лирку сразу к тебе тягать. А то ж подозрение сядет, что чего-то важное девка знает. Кабы не насел кто…

Хаварий раздражённо дёрнул плечами, и виларий умолк. Ещё несколько минут прошли в задумчивом молчании, затем Гед грузно развернулся, медленно переступая огромными ножищами. Уголки губ недовольно тянулись вниз, и из-за этого казалось, что кончик русой бороды опустился ниже.

— Вроде и похвалить надо, а вроде… — хаварий красноречиво скривился. — Не отлипает, говоришь?

— Всем отрядом тягать пробовали.

— Эт плохо, — Гед покачал головой. — Очень плохо. Плохо для Лирки и всего твоего отряда.

— А застава?

Неуверенно пожав плечищами, хаварий уселся в кресло.

— Не знаю, — признался он. — Если бы то была печать Высшего или Главного, то, наверное, сунулись бы. А из-за обычной… Не знаю… После битвы при Арван-Ё жрецы на салейскую территорию совсем не хаживают.

— Да и к границе особо не подходят, — согласился Хабдир.

— Войной из-за висюльки вряд ли пойдут. А вот лазутчиков через границу отправить могут. По Лиркину душу могут, — хаварий проникновенно приподнял брови. — А если кто из магов посмотрит? И сможет как-то снять?

— Это наши-то? — презрительно фыркнул виларий, и начальник тоже скривился. — Из нормальных тут только Эдар да старик Отён. Но у Эдар… это… по артефактам не сильная сторона, Лирка способнее. А у Отёна язык без костей. Пока-то про печать только мои знают да ты…

— А ты в своих-то уверен? Болтливых и у тебя пол-отряда.

— Да они больше врут, чем правду бают. Ты припомни, что Ёрих набрехал, когда на прошлой неделе нажрался? Бровями едва шевелил, а скляде Доринию на все вопросы про Лирку и мужа её такого наговорил… На заставе до сих пор посмеиваются, что она едва ли не из правящей семьи мужика увела! А по трезвому он ещё краше сочиняет, — в голосе Хабдира невольно зазвучала гордость.

— Ты за мальчишкой следи, он молодой…

— Да чего ты? — виларий обиделся. — Мы его всем отрядом воспитываем. Растёт жук похлеще Ёриха. Только не пьёт и по бабам пока не очень ходит.

— Ага, а жрало Лиркино на потеху всей заставе показал, — съехидничал Гед.

— Так показал, а не сказал. Печать-то точно из чужого кармана тягать не будет. За своими я прослежу. Мы уж какой год вместе! Сам знаешь, — Хабдир немного смутился, — семьёй быть собираемся. Побратимство и всё такое…

— Придётся разбить ваше дружное семейство.

Хабдир тяжело вздохнул, но не удивился.

— А то я не понимаю. Лирку надо из заставы увозить.