Бесконечный лес: Под хвостом у кролика (СИ) - "Давление" - Страница 84

— Г-госпожа Сантула? — удивилась она, в последний раз дёрнув цепь. — Что вы… Как я тут… Что происходит?!

— Чарльз, вижу, ты очнулся, — улыбнулась кумихо, складывая руки на груди.

— Да, и абсолютно не понимаю, что происходит! Немедленно меня отпустите! Это произвол! — девушка снова дёрнула цепи, и те жалобно звякнули. — И ещё я себя странно чувствую после вашего вина!

— Никакого произвола, — Сантула грациозно опустилась на край кровати, отчего перина прогнулась под её лёгким весом. — Ты сам сказал, что готов служить мне верой и правдой. Было же такое?

— Но…

Глаза лисицы сузились. Улыбка осталась на месте, но в ней появилось что-то опасное. Она повторила вопрос, уже на повышенных тонах:

— Я спрашиваю: было такое?

— Да… было, — Чарльз сглотнул, чувствуя, как по спине пробегает холодок. — И всё-таки… Что происходит? Что вы со мной сделали? Я ничего не понимаю!

— Очень много вопросов, Чарльз, — Сантула наклонила голову, разглядывая свою пленницу с интересом коллекционера, дорвавшегося до редкого экземпляра. — Давай начнём с того, что именно я с тобой сделала.

По правде сказать, Сантуле и самой было чрезвычайно любопытно, как прошла трансформация. Она взялась за край одеяла и одним резким движением сбросила его с девушки.

Теперь она могла разглядеть тело Чарльза целиком.

К слову, там было на что посмотреть. Широкие, соблазнительные бёдра, высокая упругая грудь с идеально очерченными сосками, тонкая талия, гладкая, бархатистая кожа, светящаяся здоровьем, и длинный пушистый серый хвост с тёмными пятнышками, который сейчас нервно подёргивался.

— Какого… лешего?! — Чарльз уставился на своё тело с таким ужасом, будто увидел призрака. — Почему у меня сиськи?! Где мой хер?! Ты, ведьма, что со мной сделала?!

— Ха-ха-ха-ха! — заливистый, искренний смех кумихо заполнил комнату. Она даже ладошкой по коленке хлопнула от удовольствия. — Сделала тебя красивой, Чарльз!

Она протянула руку, и её пальцы легли на бедро девушки, легонько, едва касаясь кончиками, двинулись вверх по идеальной коже. Девичье тело снежного барса было просто великолепным. Идеальный образец для опытов, учитывая их врождённый талант к силе и устойчивость к холоду.

— Хотя, наверное, — задумчиво протянула Сантула, — тебя теперь лучше называть Чарли?

— Верни всё как было! Иначе я…

— Иначе что? — усмехнулась Сантула, и в следующую секунду её пальцы с силой сжали грудь Чарли, уперев острый коготок прямо в середину соска.

— Ах! — девушка охнула, дёрнулась, но цепи не дали ей отстраниться. Всё тело пронзило странное, незнакомое ощущение — смесь боли и чего-то ещё, чего она не могла опознать.

— Ты ничего мне не сделаешь, — мурлыкнула Сантула, глядя в расширившиеся зрачки пленницы. — Хотел мне служить — так служи. Это теперь твоя служба.

— Какая ещё служба?! — голос Чарли сорвался на фальцет. — Вы из меня бабу сделали!

— Фу, как грубо, — улыбнулась кумихо, а затем её рука плавно двинулась вниз, скользя по животу, задерживаясь на каждом изгибе. — Во-первых, не бабу, а молодую и очень красивую девушку. Во-вторых, именно в таком виде ты мне и нужна, Чарли.

— Н-не… не называй меня т-так… — голос Чарли задрожал, когда рука кумихо опустилась ниже пупка, к тому месту, которого раньше у него не было.

— А как мне тебя называть? — голос Сантулы стал томным, тягучим, как мёд. Её пальцы легонько коснулись самого сокровенного.

— Я Ч-Чарльз, — выдохнул ирбис, пытаясь сжать бёдра, но лисица уже была там, хозяйничая.

— О, правда? — Сантула приблизилась к самому уху девушки, обжигая дыханием. — Мне кажется, что имя Чарльз подходит грозному северному хищнику…

Её пальцы резко скользнули внутрь.

— Кх-ах! — Чарли выгнулась, вцепившись в простыни.

— И мне кажется, — продолжила Сантула своим бархатным голосом, ритмично двигая рукой, — что грозные хищники не издают таких милых звуков.

— Это всё… — Чарли попыталась сжать бёдра, но лисица не позволяла, — это всё вы!

— М-м? Правда? — большой палец кумихо нашёл самую чувствительную точку и принялся массировать её — нежно, ласково, умело. — Кажется, ты намокла, Чарли.

К этому моменту лицо снежного барса уже пылало алым румянцем, а в уголках глаз проступили маленькие, прозрачные слезинки. Девушка пробовала вертеть попой, крутилась как уж на сковородке, но от настойчивых ласк лисицы уйти никак не могла.

— Теперь можно вернуться сюда… — промурлыкала Сантула и слегка стиснула напряжённый сосок, вызвав новую волну ощущений.

— М-м-м-м! — Чарли выгнулась дугой, закусив губу. — Х-хватит! П-прекратите! Это неправильно!

— Прекратить? — улыбка лисицы стала ещё слаще, ещё опаснее. Её пальцы ускорились, выдавливая из пленницы новые, незнакомые ей стоны.

С каждой секундой дыхание Чарли становилось всё более тяжёлым, отрывистым. Голова кружилась, всё тело горело в огне. Любое прикосновение Сантулы вызывало целую бурю эмоций, а жар внизу живота нарастал, закручиваясь в тугую спираль.

Она была на грани. Ещё мгновение и...

И всё прекратилось.

Сантула убрала руку.

Чарли дёрнулась, непонимающе глядя на неё. Её тело вопило, требуя продолжения, разрядки.

— Что… Почему? — выдохнула она, и в голосе звучала неприкрытая, отчаянная мольба.

Лисица встала с кровати, взяла с тумбочки салфетку и принялась тщательно вытирать пальцы. Усмехнулась, глядя на свою жертву.

— О, тебе уже хочется продолжения? — в её глазах плясали дьявольские огоньки. — Не переживай, оно будет.

В этот момент она недовольно поморщилась — её тонкое обоняние уловило отвратительный запах псины, приближающийся к домику.

— Заходите! — скомандовала лиса, не оборачиваясь.

Чарли дёрнулась на кровати, пытаясь прикрыться одеялом, но цепи не давали ей нормально двигаться. Она абсолютно не понимала, что происходит, но точно знала одно — она не хотела, чтобы кто-то посторонний увидел её в таком постыдном, унизительном положении.

Дверь отворилась.

Внутрь вошли двое.

Волкеры — одна из разновидностей магозверей, только с большим уклоном в животную суть. Волчьи морды с жёлтыми глазами, мохнатые хвосты, густая шерсть, покрывающая мускулистые тела. Но при этом они ходили прямо, как люди, и их торсы поражали мощью. Оба были одеты лишь в набедренные повязки.

— Г-госпожа Сантула… — Чарли попыталась отползти к спинке кровати, поджала под себя ноги, обвила себя пушистым хвостом, словно ища в нём защиты. Её напуганный взгляд метался между лисицей и двумя шерстяными громилами. — Ч-что происходит?

— Видишь ли, моя прелесть, — Сантула прошлась по комнате, поигрывая кончиками волос, — для твоей дальнейшей службы тебе мешает одна незначительная вещь… Как бы сказать, — она на секунду задумалась, приложив изящный когтистый пальчик к губам, а затем решила сказать прямо: — Тебе мешает девственность.

— М-м-моя девственность? — переспросила Чарли, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Да! — кивнула лисица с счастливой, сияющей улыбкой. — И эти два господина любезно согласились помочь тебе с этой проблемой.

— Нет… Вы не можете…

— Приступайте, — скомандовала лисица, направляясь к двери.

Смотреть и слушать крики Чарли ей вовсе не хотелось. Она придёт позже. Когда всё будет кончено. Когда эксперимент даст первые плоды.

— Нет-нет-нет, вы не можете! Госпожа Сантула! Я умоляю! Пожалуйста!

Глядя на то, как к нему приближаются две полуголые зверюги, Чарли был готов поклясться в чём угодно и пообещать что угодно. Душу продать. Служить вечно. Всё, что угодно, только не это.

Но лису это не интересовало.

Уже переступив порог, кумихо обернулась и добавила будничным тоном:

— Ах да... Постарайтесь не заляпать ковёр. Он дорогой.

— НЕ-Е-Е-ЕТ!

Отчаянный, полный животного ужаса крик Чарли вырвался наружу и эхом разнёсся по комнате, когда один из волкеров с сальной, похотливой улыбкой схватил его за ногу и рванул на себя.

***