Предатель. Оклеветанная Жена. Книга 2 (СИ) - Лаврова Алиса - Страница 7

— Двести так двести, — шепчет он. — Только камни не при мне, сам понимаешь.

— Тогда поторопись. Мне пора. Догонишь с камнями — кости твои. Не успеешь — найду того, кто приходит на сделку подготовленным.

Теперь я не слушаю его причитаний и шагаю вперёд. Билли наконец соображает, что уговаривать бесполезно, и бросается догонять.

Камни мне нужны срочно, но ему об этом знать не стоит. Иначе я бы обработал кости сам и продал их гильдии напрямую, но времени нет. Клетка мрака сработала дважды за последние дни, и это мой шанс открыть портал в Зантию. Нужно спешить — ещё день, и будет поздно.

Чтобы удержать портал достаточно долго для человека с угасшим даром, камней потребуется вдвое больше, чем у меня есть, даже с учётом щедрой платы от Брайса за фокусирующие руны, которые я для него начертил.

Новость о его смерти меня не удивила. Я предупреждал его о последствиях. Но не ожидал, что он использует Лейлу Валенс для своей безумной идеи. Если бы я знал, послал бы безумца к черту.

Теперь, как можно было понять из обрывочных слухов, она нашла свою судьбу где-то под завалами или на дне какой-нибудь расщелины. Перед глазами всплывает её лицо — таких лиц я давно здесь не видел. Жаль, что больше никогда не увижу.

Вглядываюсь в серое небо, прикидывая, успею ли до ночи добраться до своего укрытия. Должен, если не останавливаться.

Огибаю деревню с севера и выхожу на едва заметную тропу, по которой ходят лишь редкие смельчаки, промышляющие торговлей.

Сжимаю рукоять трости, внутренне готовясь к тому, что в любой момент сзади может послышаться топот множества ног. Билли вполне способен подговорить кого-нибудь, чтобы попытаться меня ограбить. Это было бы крайне опрометчиво с его стороны, но ум — явно не его сильная сторона.

Я сосредотачиваюсь на тонких вибрациях силы, что проходят через маску, и направляю их на слух. Это жалкое подобие моего былого дара, но здесь даже такой крохи хватает, чтобы быть сильнее всех владеющих на тысячи миль вокруг. Проклятое место высасывает источник магии без остатка за считанные дни. Если бы не моя удача, я бы давно утратил дар, как и все остальные здесь.

Вскоре до меня доносится топот — пока слишком далёкий для обычного слуха. Я прохожу ещё несколько сотен шагов, и, когда шаги становятся слышны без усиления, оборачиваюсь. Ко мне, спотыкаясь, бежит Билли — один, без подмоги. Он дышит тяжело, как загнанная лошадь, лицо багровое от натуги.

— Я принёс, принёс! — хрипит он и бросает к моим ногам увесистый мешочек с камнями.

С помощью остатков дара, сохранённых маской, я оцениваю их силу. Билли умоляюще складывает руки на груди.

— Я сказал — двести, — говорю я, поднимая мешочек с земли, — а тут сто девяносто три.

Взвешиваю камни в руке, проверяя, не ошибся ли.

— Точнее, сто девяносто четыре красных камня, — поправляюсь я.

— Подожди, минуту!

Билли судорожно шарит по карманам, выуживает ещё несколько камней и пересчитывает их дрожащими пальцами.

— Вот, всё, что есть! — стонет он. — Если встречу мракоплавов, мне нечем будет защищаться.

— Как мы сегодня выяснили, бегать ты умеешь, — отрезаю я и сбрасываю с плеча мешок с костями. — Забирай.

Он радостно бросается к мешку, словно ребёнок, спешащий узнать, что ему подарили на день рождения.

Я же просто ухожу, не теряя больше ни мгновения.

— Если будет ещё, я готов купить! — кричит он мне вслед. Слышишь? Только дай знать!

Но я его не слушаю и уже предвкушаю, как скоро покину это проклятое место и больше никогда сюда не вернусь. Я уверен, что в этот раз должно получиться.

До рудников я добираюсь, когда земля под ногами уже начинает гудеть от мракоплавов — это значит, что ночь совсем скоро и твари уже предвкушают, как смогут порезвиться на воле.

Пробираюсь через высокий скалистый выступ по давно проверенной тропе, которой меня научил ещё старик Спаркс. Отсюда уже можно видеть движение далеко на западе, где стоят бараки и башня капитана.

Решаю не откладывать и добраться до клетки мрака не мешкая, забрав все камни, что у меня имеются из моего убежища.

И тут самым краем сознания улавливаю что-то странное в одной из расщелин, скрытых среди скал.

Чутьё, которому я привык доверять, требует спуститься и посмотреть. Там, внизу, источник какой-то странной силы, которой я прежде не видел.

Останавливаюсь и закрываю глаза. Прислушиваюсь к ветру, скрежету мракоплавов под землёй и далёким крикам людей с рудников.

Нужно подойти поближе. Что-то там внизу. Что-то странное. Но как будто знакомое…

Осторожно пересекаю относительно ровное плато и приближаюсь к странному месту. Глаз сразу цепляется за детали.

Здесь явно была драка. Под тонким слоем пепла запекшаяся кровь, куски рваной одежды сзавтряли между камней и чем ближе я подхожу, тем сильнее через маску в лицо отдается странная вибрация, неизвестная, новая, мне приходится почти заставлять себя не бежать навстречу этой силе, рискуя свернуть шею на острых скалах.

Я подхожу к краю широкой зияющей чернотой расщелины и заглядываю внутрь, опасаясь, что какой-нибудь особенно смелый мракоплав может попытаться сделать бросок и утащить меня вниз. С сожалением засовываю руку в мешок и вынимаю несколько ярко светящихся красных камней.

В такой близости от владений ночных тварей камни нестабильны и могут спонтанно терять силу, иссякая без остатка. Рассудок кричит о том, что нужно быстро уходить и прятать камни подальше.

Но тут я вижу далеко внизу то, чего там просто не может быть.

Тусклое розовое свечение, разрезающее кромешную тьму.

Там что-то есть.

Что-то живое.

10

10

Сайрус

Лезть вниз сейчас — чистое безумие, я это знаю. Ночь вот-вот накроет всё вокруг, и эта ночь будет хуже предыдущей. Нужно спешить в убежище, пока тьма не поглотила тропы. Я бросаю взгляд на скалы, где змеится едва заметная, никому, кроме меня, не известная тропа к моему дому.

Но руки сами тянутся к дорожному мешку, развязывают его, разматывают верёвку. Если я не спущусь туда сейчас, потом может быть поздно. Что-то внутри кричит: то, что там, внизу, не переживёт эту ночь.

Я нахожу крепкий выступ и закрепляю верёвку. Пальцы дрожат, но движения отточены. Достаю красные камни, мерцающие тревожным светом, и вставляю их в прорези маски. Так мракоплавы до меня не доберутся.

С сожалением бросаю несколько камней вниз, чтобы разогнать черноту расщелины.

В темноте мелькает движение. Конечно, они там — притаились и ждут. Свет красных камней — единственное, что держит их на расстоянии. Остаётся надеяться, что их не слишком много и что камни не иссякнут, пока я не найду то, что ищу.

Начинаю спуск, внимательно оглядываясь по сторонам. Если какая-нибудь тварь решит напасть, я увижу её первым. Чем ниже я опускаюсь, тем сильнее давит сырая тьма. Воздух густеет, пропитанный затхлым запахом смерти.

Наконец мои ноги касаются дна расщелины. Под подошвами хрустят кости и мелкие камни. В тот же миг тишину разрывает яростный стрекот — он бьёт по ушам, отдаётся в груди. Я подбираю несколько брошенных камней, что ещё светятся. Пять из них уже потухли — слишком быстро. Стрекот нарастает, эхом отражаясь от стен. Они смотрят. Они ждут, когда последний свет угаснет.

Но сегодня точно не их день.

Мешочек с камнями, что дал мне Билли, оттягивает пояс. Даже если сейчас на меня решится напасть целая стая, я смогу отбиться.

Я заставляю себя не думать о звуках и сосредотачиваюсь на том, что привело меня сюда. И сразу же чувствую это — тонкий всполох тепла, едва уловимый в холодном дыхании пустоты. Это не яростное эхо, что тлеет в костях мракоплавов, и не угасающий отголосок силы древних артефактов, истлевших от времени. Это что-то живое. Хрупкое, цепляющееся за жизнь из последних сил.

Осторожно переступаю через груду обвалившихся камней и замираю. Передо мной то, что я искал.

Этого не может быть.