Вечные Пески Том 9 (СИ) - Сухов Лео - Страница 9

Со стен крепости на острове ударили баллисты. Нашёптанные шарики пронеслись над водой и рассыпались искрами: над городом, на мосту, на берегу.

— Ферт! Защиту от ахалгов! — скомандовал я.

Я и сам не отлынивал. Шептал, то собирая жизненную силу, то строя купол. К сожалению, полностью закрыться им мы не могли. Бегущим с правого берега надо было проходить. Но я всё-таки сумел прикрыть солидный участок моста. Если же под защиту какой-то ахалг залетит, убьём.

А люди всё бежали. Отбивались от демонов, которые наседали сзади. Пробивались через проходы в нашей защите. Несколько раз пришлось пропускать телеги с ранеными. Мы расступались, давали им проехать, и вновь смыкали строй.

Ахалги обрушились на нас чёрной тучей. Они налетели на защиту и захлебнулись. Песок и ветер рвали им крылья, стирали худосочные тельца. Те, что успевали залететь в проходы, натыкались на копья и мечи. Мои бойцы работали деловито, без суеты. Не в первый раз уже убивали этих тварей.

Я закрыл глаза и начал шептать. Жизненная сила текла в воздухе. Пока ещё слабо, но достаточно, чтобы начать. Я собирал её, тянул к себе, вливал в песок, благо его тут много было. Он, конечно, оказался мокроват, тянуть-то его приходилось из-под воды. Ну и ладно…

На плитах моста начали подниматься мои воины. Оставляя за собой влажные следы, они вставали один за другим и шли к Пустому городу. Туда, где разгорался жестокий бой. Туда, где люди пытались прорваться к спасению. Я отправлял «нашёптышей» вперёд, чтобы прикрыть отступающих.

А поток бегущих, между тем, начал иссякать. Через нас уже просачивались последние отряды. Я смотрел им в лица. Они были измотаны до предела, но в их глазах я видел не только страх. Там была надежда. Надежда, что беды остались позади. Мост был для них, похоже, чем-то вроде Светлой Дороги. Просто в этом, земном, мире. Судя по облегчению на лицах, им казалось, что здесь, в Междуречье, начинается новая жизнь. Ведь завтра они проснутся на левом берегу, в безопасности.

Наивные… Орда-то никуда не делась.

Я стоял на мосту и смотрел, как мои «нашёптыши» уходят в темноту. Слышно было, что в Пустом городе всё жарче разгораются бои. Да и Дикий Шёпот радостно ревел, празднуя чью-то смерть. Последние отряды объединённого войска пробивались к спасению. А мои «нашёптыши» прикрывали их, принимая на себя основной удар демонов. Я стоял и продолжал создавать новых. Даже подумал, что некоторых «нашёптышей» свои же наверняка зарубили. Уж очень песчаные воины напоминали в темноте демонов. Ладно, мне пару лишних Ишеров не жалко…

Людей на мосту становилось всё меньше. Сперва иссякли повозки. Последние телеги с ранеными, прогремев по каменным плитам, скрылись в воротах крепости. Затем поредели группы бегущих пехотинцев. А потом и вовсе стали прорываться только одиночки.

Последним из них был молодой парень. В разорванном плаще, с кровью на лице и культёй вместо левой руки. Он как-то смог остановить кровь, но шёл, едва держась на ногах.

А потом стали прибывать демоны… Нет, пока на мост не наваливались, но напор усиливался с каждой чашей. Я чувствовал это по тому, как гибли мои песчаные воины. Они ещё держались в городе, ещё рубили гухулов и Кровавых Перстов, ещё отбрасывали врага от моста. Но их становилось всё меньше, несмотря на то, что я создавал новых и новых бойцов. А вот демонов скапливалось всё больше. Орда напирала, и я видел, как на том берегу, на улицах Пустого города, собирается вражеское войско.

Бурусы возвышались над морем уродливых голов, как живые холмы. Их было больше, чем прошлой ночью. Рядом вышагивали пустынные храи — огромные, с когтями и ядовитыми шипами. А в небе мелькали тени креоров — высших летающих демонов, что кружили над Пустым городом, выжидая удобный момент для атаки.

Я стоял, смотрел и понимал одно: если мост не сожгут сейчас, мы не удержим его. Никакие песчаные воины не помогут. Никакой строй. Нас просто-напросто сметут.

— И где огонь? — пробормотал я, обернувшись на островную крепость. — Иритис, иух ты помойный, где твой, иухи-его-подери, огонь⁈

Но крепость молчала. Орудия на её стенах не стреляли. Я стиснул зубы, стараясь не думать о том, что Иритис меня обманул и решил бросить на мосту до утра. Хотя, честно говоря, подобные мысли в голове и мелькали.

Я дважды открывал рот, чтобы отдать приказ отступать. Но всякий раз останавливал себя.

Когда со стен крепости, наконец, ударили баллисты, демоны уже хлынули потоком на мост.

Первый горшок с зажигательной смесью пролетел над нашими головами. Я проводил его взглядом: он описал высокую дугу и разбился о доски в сотне скачков впереди. Жидкое пламя разлилось по камню, потекло в воду — и в темноте вспыхнул яркий цветок. За ним — второй, третий, ещё и ещё… Баллисты били часто, методично, и вскоре вся деревянная часть моста была залита огнём.

Горшки падали ближе и ближе к нам. В какой-то момент стало страшно, что и нас накроет.

— Отходим! — заорал я. — Назад! Все назад!

Мои люди начали отступать, сохраняя строй. Мы пятились к острову, а я продолжал создавать песчаных воинов, чтобы прикрывали наше отступление.

А вот демоны, твари такие, не отступали, нет.

Наоборот, ринулись вперёд с удвоенной яростью. Словно понимали, что мост вот-вот будет потерян. Будто сама орда, единым разумом, осознала: ещё немного, и придётся искать пути через реку. А демоны воду очень не любят. Летающие, и то избегают над ней долго находиться.

Гухулы начали бросаться в пламя, как обезумевшие. Псевдоплоть на их телах плавилась, стекала чёрными лужами и, смешиваясь с огнём, гасила его. Прокладывая путь остальным, гухулы гибли десятками: пламя пожирало их, и они оседали грудами дымящейся плоти. А на их место сразу же вставали новые.

Я видел, как один гухул, весь в огне, прорвался через «нашёптышей» и рухнул в воду, оставив за собой дымящийся след. За ним так же прорвался второй, третий. Умирая, они заливали пламя собой, своими телами, своей псевдоплотью, и огонь на мгновение слабел. В какой-то момент мне показалось, что демоны всё-таки смогут прорваться. Что их хватит, чтобы затоптать пламя и проложить дорогу орде.

Но крепость била снова и снова. Всё новые горшки летели над водой, разбиваясь о камни и дерево, и пламя разгоралось с новой, уже неудержимой силой. Баллисты на стенах работали без остановки — их расчёты понимали, что второго шанса не будет. Горело всё, что могло гореть.

Горела деревянная часть моста, и балки с треском лопались, разбрасывая снопы искр. Горели каменные плиты, облитые горящей жижей — и даже камень, казалось, плавился в этом аду. Горела вода вокруг моста — зажигательная смесь растекалась по поверхности реки, и Тихая пылала, как факел. Яркие отблески плясали на волнах, в их свете я видел, как мечутся тени.

Демоны, мои песчаные воины… Всё смешалось в огненном хороводе, и невозможно было отличить, где заканчивается пламя и начинается псевдоплоть.

Я ещё создавал песчаных воинов. Жаль, они теперь жили недолго. Пламя было таким жарким, что песок плавился, и мои бойцы рассыпались, не успев толком помахать топором. Огонь не щадил никого. Он пожирал демонов, моих воинов, дерево, камень, воду… Он был третьей силой в этой битве, и он не признавал ничьей стороны.

С треском, который перекрыл даже шум пламени и рёв орды, обвалилась первая секция моста. Огромные горящие балки, доски… Всё это рухнуло в воду, подняв тучу пара и дыма. Белое облако взметнулось над рекой, и в нём на мгновение исчезли и демоны, и «нашёптыши».

А когда пар рассеялся, я увидел, что на месте пролёта торчат одинокие пеньки каменных подпорок и течёт тёмная вода Тихой. Демоны, что были на этом пролёте, улетели в глубину вместе с обломками. Мои песчаные воины — тоже. Что-то погасло в воде, а что-то продолжало гореть, плывя по течению, и Тихая уносила эти огоньки на юг.

За первым пролётом рухнул второй. Потом третий. Мост разваливался на глазах, секция за секцией, и я наблюдал за его падением, как заворожённый. Это было страшно и в то же время красиво. Огонь делал свою работу. При этом он ещё и ревел, вскидывая языки пламени к тёмному небу, к далёким звёздам. Облака пара вырывались в воздух, закрывая обзор туманом.