Монарх Душ: Нет пути домой (СИ) - Гримм Александр - Страница 25

Да, упорства мне точно не занимать.

Нехотя скинув с себя одеяло, попытался сесть. Далось мне сие нехитрое действие с трудом и зубовным скрежетом. Ну хоть рука двигается — уже хорошо.

А ведь могло быть и хуже. Намного хуже. Наверное, если бы не посмертный подарок О́ни, то лежать бы мне на этой кровати ещё как минимум два дня. А так, благодаря его столь своевременной кончине, я уже к вечеру, ну или в крайнем случае к завтрашнему дню буду в полном порядке. Спасибо эманациям смерти за это.

Кстати о них, об эманациях. Вчера я так толком и не успел как следует оценить количество сил, полученных после смерти демонического мечника, но сегодня на трезвую голову могу с уверенностью заявить: Морена высоко оценила этого парня. Такого количества энергии я не получал ещё никогда.

Осталось лишь дождаться, пока вся эта энергия усвоится моим потрёпанным телом. И в особенности правой рукой — та всё ещё выглядит весьма паршиво. Вся в фиолетовых кровоподтёках, с россыпью красных пятен в виде полопавшихся капилляров. Одним словом, видок у неё тот ещё. А уж что творится под кожей — и вовсе лучше не знать. Наверняка порванные мышцы — это лишь малая часть полученных мной вчера травм.

Но, несмотря на это, я рад.

Улыбка сама наползла на лицо. Мне всё же удалось добиться своего. Пусть и по воле случая, но я наконец обзавёлся своей первой, действительно ценной душой.

Правда, имелась одна существенная проблема. Тело, будь оно неладно, пока что не способно справиться с мастерством древнего самурая, а потому возвращаться домой нет никакого смысла. Да и что-то мне подсказывает, что для достижения моих целей одной, пусть и весьма сильной души, будет всё же недостаточно. Мне потребуется куда больше сил. А ещё времени…

— Какое странное жилище, — внезапно раздался совсем рядом чужой голос.

От удивления я вздрогнул и сразу же бросил взгляд на источник звука. На самом деле я уже знал, кого должен там увидеть, но от этого картина перед глазами не стала выглядеть менее сюрреалистично.

Справа и чуть позади, рядом с кроватью стоял он — самурай, перенесшийся в наше время прямиком из эпохи Эдо.

— Так странно, я знаю, что увиденное должно меня поразить, — потёр щетинистый подбородок обладатель Красной души, — но удивиться почему-то не получается. Неужели это как-то связано с моей смертью? Быть может, богиня Идзанами в своей непостижимой мудрости лишает умерших всех лишних чувств? А ты как думаешь, юный господин?

На самом деле, вопрос весьма интересный. Я и сам порой его себе задавал. Но сейчас меня куда больше волновал другой вопрос: как, ради всех богов, он здесь оказался⁈

Неужели его вчерашняя самодеятельность — это не единичный акт своеволия, а обычная данность? Выходит, более сильные души и впрямь обладают собственной волей — а иначе как бы ещё без моего зова он мог здесь появиться?

Все души, которых я встречал прежде, не обладали и толикой подобной автономности. Да и полноценными душами их можно было назвать с большой натяжкой. Они, скорее, походили на фрагменты или осколки личности, без ярко выраженных чувств и большого количества воспоминаний. Этакая сухая выжимка, экстракт из накопленной за годы жизни информации. Но не всей, а лишь самой ценной.

Правда, это касалось лишь Серых душ, возможно, с цветными ситуация обстояла несколько иначе.

— Смерть стирает всё лишнее и обнажает суть, в этом ты абсолютно прав, — собравшись с мыслями, ответил я, после чего попытался перевести разговор в немного иное русло. — Скажи, что ты помнишь из прошлой жизни?

Услышав вопрос, самурай задумчиво замер и даже прикрыл свой единственный глаз, видимо, погрузившись таким образом в собственные воспоминания.

— Многое, — спустя время, нехотя ответил он. — Но не всё. Я помню кровавые битвы, ночи любви и вкус сакэ на губах. Помню, как впервые взял в руки настоящий меч, как отсек свою первую голову, как потерял семью и как обрёл благословение Цукуёми-но-микото. Все самые яркие моменты жизни всё ещё хранятся в моей памяти. Исчезли лишь серые будни.

— Что последнее ты помнишь? — подался я с интересом ему навстречу.

В этот момент самурай распахнул правое веко, и я заметил, как преобразился его взгляд. От былого спокойствия не осталось и следа. Теперь в его единственном глазу отражался холодный стальной блеск.

— Руины Киото, парящую от яда землю и отрубленную голову Ямато-но-ороти у моих ног. А ещё — небо цвета молодой сирени.

Услышав эти слова, я поначалу напрягся, но затем довольно быстро взял себя в руки. Нет, этот давно истлевший самурай явно что-то путает. Видимо, его хвалёная Идзанами не только подтёрла у мечника все ненужные чувства, но и смешала сны и настоящие воспоминания в одну кучу.

Ямато-но-ороти, Уроборос, Ёрмунгандр, Мировой змей, Пожиратель Солнца — в разных культурах его называли по-разному. Но все, кто когда-либо встречал это могучее существо, сходились в одном: противостоять ему практически невозможно. А уж серьёзно ранить и подавно.

Тут же речь шла о чём-то куда более весомом. Целая отрубленная голова! Поверить в такое было попросту невозможно. По крайней мере, не после нашумевшего пять лет назад видео. Именно тогда Фиолетовое бедствие по имени Ямато-но-ороти «посетило» один из прибрежных курортов Перу.

Я отлично помню тот день. Мы всей семьёй сидели в гостиной и, прильнув к огромному экрану, следили за тем, как гигантский многоголовый змей стирает квартал за кварталом, превращая некогда цветущий город в груду оплавленных ядом обломков.

Тогда его тоже пытались остановить. В ход шло всё: авиация, артиллерия, межконтинентальные ракеты и, само собой, способности последователей богов. Но даже всей этой совокупной мощи не хватило, чтобы его сразить. Самое передовое вооружение, силы, дарованные богами, и смелость на грани отчаяния — ничего из этого не помогло. Мировой змей исчез сам с рассветом. Силам ООБ не удалось его одолеть. Лишь задержать и вымотать. Это был предел наших возможностей.

В тот день мы потеряли много достойных последователей богов и в очередной раз убедились в том, что существ, приходящих вслед за фиолетовым небом, наши предки не просто так нарекли Бедствиями. Именно поэтому мне так сложно поверить в историю одноглазого самурая. Скорее всего, его память просто сильно пострадала при переходе на ту сторону.

Однако сообщать ему об этом не было никакой нужды. Пусть и дальше счастливо пребывает в плену иллюзий. Тем более что от него мне нужны не воспоминания о прошлом, а его богатый боевой опыт. В нём-то я как раз и не сомневался. Одноглазый самурай мне всё уже доказал.

— Эй, юный господин, — снова напомнил о себе мой незваный гость, при этом взгляд его почему-то не отрывался от моей правой руки. — Скажи, как давно ты получил божественное покровительство?

— Шестнадцать лет назад, — честно, как на духу, ответил я, уже понимая, куда он клонит.

После моего ответа самурай вполне ожидаемо нахмурился. Хоть ему и ничего неизвестно о нынешней классификации силы, но, по крайней мере, глаза у него на месте. Один так уж точно. А ещё он явно не дурак и способен верно оценить последствия своего вмешательства, отпечатанные на моей правой руке.

— Мир так сильно изменился после моей смерти или… — последние слова самурая повисли в воздухе. Но мне и так понятен его посыл.

— Или, — даже как-то злорадно ответил я.

Мысль о том, что собственный слуга упрекал меня в слабости, поднимало откуда-то из глубин души жгучее негодование. А ещё несвойственный мне азарт.

— Вот значит как, — задумчиво потёр он подбородок. — Но столь ли это важно? Незакалённый клинок — всё ещё клинок. Им тоже можно рубить головы, нужно лишь правильно рассчитывать силы. Юный господин, почему бы тебе просто не запечатать всю доступную тебе силу в правой руке? Раз уж мы не можем закалить всё твоё тело, то почему бы просто не сосредоточиться на самой важной части?

Запечатать силу в правой руке? О чем это он?

— Что ты имеешь в виду? — настал мой черед хмуриться.