Ненужная жена, или Чудеса алхимии - Лин Айлин - Страница 1

Annotation

Я очнулась в чужом мире в теле Шарлин, брошенной жены барона, с младенцем на руках.

Муж ждал наследника, а получил дочь. Разочаровавшись, он сослал нас в заброшенное поместье и решил, что на этом моя история закончена.

Но быть жертвой я никогда не умела. Я химик и умею делать лекарства, знаю цену знаниям и не собираюсь ждать милости от тех, кто уже однажды меня предал.

Я превращу этот запущенный дом в крепость, найду способ заработать на безбедную жизнь и никому не позволю отнять у меня дочь.

Подписка.

Проды по Пн, Ср, Пт.

Спасибо всем за лайки и комментарии!

Мия Лаврова, Айлин Лин

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Г

Конец ознакомительного фрагмента.

Мия Лаврова, Айлин Лин

Ненужная жена, или Чудеса алхимии

Глава 1

Мне никогда не снились сны. Царство Морфея для меня лишь чёрная бездна, куда я погружалась до утра. Сегодня всё было иначе. Мне привиделось, будто сижу, прижимая к груди крохотного, в пелёнках, младенца и плачу. По комнате, нервно размахивая руками, ходил высокий мужчина. Когда-то он был хорош собой, но годы сидячей жизни наложили свой отпечаток: округлое брюшко, дряблые руки и ноги. Черты лица искажены брезгливой гримасой, тонкие губы подрагивают от злости.

- Ты, Шарлин, дочь торгаша, я вывел тебя в люди, дал возможность жить в приличном доме, - орал мужик, - никаких манер, воспитание, как у свинопаса. Одна твоя рожа чего стоит. И что? Что получил я взамен за свою доброту и щедрость? Девочку? Мне нужен наследник! Только это и требовалось от тебя!

- Хенрай, - чужим голосом отозвалась я, - ведь Дженни наш первый ребёнок, мальчик ещё родится, вот увидишь. Не прогоняй меня, как я буду жить одна в деревне?

- А мне плевать!!! - мужик, брызгая слюной, орал мне в лицо. - Никчёмная женщина. Да ты глянь только на себя, рожа, как свиное рыло, щёки словно булки. Смотреть противно. Мне снова прикажешь ложиться с тобой в постель? Ну уж нет, с меня хватит. Ваши вещи собраны, экипаж сейчас подадут. Выметайся. - последние слова он сказал, стоя на пороге комнаты, затем громко хлопнул дверью.

Я вздрогнула и очнулась.

- Присниться же такое, - провела по лбу, вытирая испарину, длинная ночнушка запуталась в ногах.

Рывком села на кровати.

- Что происходит? - голос мой звучал иначе.

Вообще всё было иначе!

В темноте не разглядеть комнаты, но это точно не моя квартира и вообще, последнее, что я помню Помню Голова гудела, как трансформатор. Меня зовут Светлана, никакая не Шарлин. Бородина Светлана Сергеевна. Вот моё имя. Говорить вслух не решилась, звук голоса, вдруг изменившегося, откровенно пугал. Перед мысленным взором всплыла картина моего обычного рабочего дня.

***

- Светка, что вечером будешь делать? - Таня откинулась на спинку кресла, устало потирая веки.

Я молча пожала плечами, все мои вечера были свободны после развода с мужем. Кирилл мечтал о наследнике. Долго. Очень долго. Сердце ёкнуло от застарелой боли. Бесплодие. После бесконечных мытарств по больницам приговор всё же прозвучал. Я не могу иметь детей. Мы накопили денег на ЭКО. Эмбрионы не прижились.

- Мои, - продолжала Таня, - сорвались сегодня к свекрови. Идём в кино, или в кафешке посидим?

- А давай, - улыбнулась коллеге.

Кто меня ждёт дома, телевизор? Вечера - самое страшное время суток, потому я и сидела на работе до последнего.

Оглушительный резкий звук заставил нас вздрогнуть, а затем и выскочить из-за своих рабочих мест. Через доли секунды сработал затвор аварийной вытяжки.

- Светка, сигнализация! - паника завладела Таней мгновенно, она кинулась к двери, дёргая её изо всех сил.

Вот только, когда вентиляция переключается в аварийный режим, из-за перепада давления двери вечно заклинивает. Татьяна почти повисла на ручке, когда к ней подбежал Миша.

Фармацевтическое производство - дело не только благородное, но и крайне опасное. С учётом того, что наше высокое начальство вечно экономило на безопасности труда.

Я обернулась: на центральном пульте тревожным багровым светом горела надпись: «Критическое превышение ПДК».

- Утечка, - внезапно севшим голосом озвучила увиденное, - хлористый водород, - развернулась к коллеге, будто она могла чем-то помочь.

Только мне бежать было поздно: из-под уплотнителя вырвалась струя пара. Тяжёлое белёсое марево не поднималось вверх, лениво растекаясь по полу, окутывая стойки стеллажей, подбираясь всё ближе. Вдох дался с трудом, от кислой вони перехватило дыхание.

- Света! - Таня успела нацепить респиратор, многие из коллег тоже. - Светка, быстрее, бежим к аварийному выходу!

Однако я стояла ближе всех к эпицентру. Кашель раздирал лёгкие, горло сжимали спазмы, ядовитый туман сжигал кожу.

- Света! - крикнула Таня, которую за руку кто-то волок вон из цеха.

Ещё один смертельный вдох, в глазах потемнело

***

Так я в больнице! Потому и обстановка незнакома. Улыбнувшись в темноту, постаралась устроиться поудобнее, пока до моего взбудораженного сознания не дошло, что выжить мне бы никак не удалось.

А вдруг? Ведь мог же кто-нибудь вытащить меня на руках из цеха? Или умерла? Тогда, где я? В самом деле, не дали же мне возможность отоспаться, прежде чем волочь в рай или ад. Я была атеисткой, но как иначе представить собственную смерть? Великое ничто? Не-е-ет. Меня наверняка успели вытащить. Может, Федя? Он как раз был за стеллажами. Точно, спасли. Медицина не стоит на месте, кому это знать, как ни мне, химику-технологу крупнейшего фармацевтического предприятия региона.

Сердце бьётся, руки вот они: ощупала я себя, даже ожогов не чувствую. Жива. Вдохнула полной грудью, в горле не саднит и не першит. Странно. Что за чудо-препарат мне ввели?

- Спокойно, Света - сказала я тихо и шокированно захлопнула рот.

Голос был чужим.

Грудь болит. Ну да, как раз из-за выброса. Положила ладонь и ужаснулась, бюст разбух, точно его накачали изнутри, по рубашке побежала тонкая тёплая струйка. Рядом послышалось странное писклявое покряхтывание, затем раздался детский плач.

Меня колотило точно от озноба, глаза потихоньку привыкли к темноте, я различила узкую кровать, на которой лежала, а рядом колыбель, откуда и доносился плач. Это кошмар. Просто сон. Так бывает. Нанюхалась дряни, вот и мерещится всякое. Ребёнок не умолкал, заливаясь всё громче и требовательнее. Сейчас от его крика я и проснусь. Дверь комнаты открылась, лучики свечи ударили по глазам.

- Мадам, - согбенная старушка прошаркала к постели, - вам плохо? Дженни плачет, - она поставила свечу на стол, склонившись к колыбели, взяла на руки маленький пищащий свёрток, - крошечка, ещё и мокренькая, - засюсюкала старуха.

Я боялась даже пошевелиться.

- Ну же, мадам, - женщина буквально впихнула мне младенца, - нужно покормить. Вам плохо? Вечером на вас лица не было.

- Э-э-э, да-а-а, - проблеяла в ответ, - плохо.

Старушка покачала головой:

- Молоко у нас кончилось, а в деревне в такой час никто и двери не откроет. Надо покормить самой.

Я перевела взгляд на мокрую рубашку.

- Погодите, помогу вам.

Старушка ловко расстегнула мне одежду, поддерживая ребёнка, из выреза показалась большая грудь, женщина приложила младенца, почти обняв меня. Дитя жадно приникло, быстро зачмокав, а я чуть не закричала от боли, вздрогнув и разжав руки. Бдительная старушка не дала ребёнку упасть. Думая, что его отрывают от груди, младенец присосался ещё сильнее.

- Держите, мадам, аккуратнее.

Я смотрела на кроху, даже боль отступила на второй план. Маленькая девчушка с пухлыми щёчками блаженно закрыла глаза, причмокивая. Придержала её тельце руками, облокотилась на подушку, которую заботливо подоткнула мне под спину старушка.