Воевода (СИ) - Василенко Владимир Сергеевич - Страница 6

— Так значит, ты остаёшься здесь из-за неё? — подтолкнул я его к продолжению. — Что случилось? Она в плену у Стылых?

Он шумно вздохнул через ноздри.

— Хуже. Если я всё правильно понял, то она и ведёт всю эту орду. С этим идолом было что-то неладное ещё до того, как Алтана стала Солнечной Невестой. Будто что-то… извратило его изнутри. Вогулы ведь солнцу поклонялись, как и большинство местных племён. Но потом пошли совсем другие разговоры. Об истинных хозяевах тайги, что придут с востока. И о том, что скоро в новом мире будет лишь вечная зима. И останутся лишь те, кто не боится холода. Кто сроднится с ним.

— То есть началось всё с этой шаманки? — спросил Путилин, наклонившись ещё сильнее вперёд, будто пёс, почуявший след. — Она обратила в Стылых своих соплеменников и повела эту орду дальше?

— Я… не видел её уже больше полугода, — неохотно ответил Кречет, и я снова мягко надавил Мороком, внушая ему мысль, что нам можно доверять. — Но могу сказать точно — Чунгарский стан был разорён вогулами, которых вела за собой она. И многие из них уже тогда превратились в Стылых.

— А сама Алтана?

— Сложно сказать. Её я во время бойни видел только издали. Но её ездовой индрик тоже выглядел как-то… по-другому.

— Индрик? — недоверчиво переспросил я. — Это такой здоровенный изменённый олень?

— Сам ты олень, — усмехнулся Кречет. — А с той зверюгой не дай бог столкнуться в тайге.

— Да я в курсе. В одной из экспедиций моего отца такой зверь чуть весь отряд не положил. Но меня удивило, что ты сказал «ездовой».

— Ну, говорю же, у этого идола силища огромная. Так что его Сорни-Най ездит на индрике. Впрочем… Как я слышал, Алтана теперь взяла себе другой титул. Она теперь Ёлпынг-Най. Не Солнечная невеста, а… что-то вроде Ледяной.

Мы на некоторое время замолчали, переваривая услышанное.

— Что ж, теперь стало понятнее, откуда пришла орда и кто её ведёт, — наконец, задумчиво кивнул Путилин. — Может, ты знаешь и как убить эту Снежную королеву?

— Вот как раз убивать её мне бы не хотелось, — процедил Кречет с заметной угрозой в голосе. — И именно это я и хотел с вами прояснить.

— Неужели надеешься, что её всё ещё можно расколдовать? — спросил я.

Он повернулся ко мне. Взгляд серых цепких глаз впился в меня так, что стало немного не по себе.

— А представь себя на моём месте, князь, — негромко сказал он. — А на месте Алтаны — свою Раду. Убил бы ты её сразу, или всё-таки искал шанс всё исправить?

Я промолчал, стиснув зубы. Переглянулся с Путилиным. Тот тоже молчал, с мрачным видом пощёлкивая суставами на пальцах.

— Да уж, Иван, задал ты нам задачку… — наконец, сказал он. — Кто ещё знает?

— Никто. Ну, может среди беженцев из Чунгарского стана есть кто-то, кто догадывается. Но в целом, я насчёт этого помалкиваю. Вам рассказал лишь по одной причине. Не хочется, чтобы в решающий момент мы встали друг у друга на пути.

— Но, не разбив яйца, яичницу не приготовишь, — пожал плечами Путилин. — Как победить Стылых, не убивая их предводительницу?

— Та ваша шаманка, Дарина, говорила, что вся смерть кощеева — в Резонаторе. Может, если уничтожим эту глыбу — то и Алтана от морока очнётся?

— Это тоже задачка с подвохом. В духе народных сказок, — поморщился Путилин. — Приди не пешком, не на лошади, не голый, не одетый, не с гостинцем, не без подарочка… Глыбу, конечно, надо разрушить. Тогда мы лишим Стылых ядра их силы. Но это ведь огромный кристалл ледяного эмберита! Если его кокнуть, мгновенно высвободится такая прорва энергии… Никто не выживет в радиусе пары вёрст! А может, мы и вовсе катаклизм какой-нибудь вызовем.

— То-то и оно, — озадаченно крякнул Кречет. — Богдан вчера грозился решить всё кавалерийским наскоком. Вообще, мне обычно нравится такой подход. Но не в этот раз. Этот ларчик не кувалдой надо открывать, а отмычками.

— Что ж, будем иметь в виду, — сухо проговорил Путилин, откидываясь на спинку сиденья. — У тебя на этом всё?

— А вам этого мало? — с наигранной обидой отозвался Кречет. — Я вам, знаете ли, очень личный секрет доверил, хотя знаю вас всего второй день. Если честно, даже не собирался, но… очень уж гостеприимно вы меня встретили.

Он усмехнулся, поймав взгляд Рады. Та поспешно спряталась обратно за спинку сиденья. Всё-таки слушает, любопытная варвара.

— Что ж, раз уж мы решили говорить откровенно… — Путилин снова выпрямился, разглядывая Кречета, будто соперника на ринге перед началом боя. — Мы готовы учесть твои… особые обстоятельства. Но нам нужно понимать — ты точно с нами? Или собираешься вести свою игру?

— Насчёт этого можете не беспокоиться. Слово я своё держу. Да и вообще, человек я рисковый, но не дурак. Сейчас надо собрать в кулак все силы, иначе против орды не выстоим. Да и времени у нас не так уж много.

— Это ещё почему? — нахмурился я. — Ты ещё что-то знаешь, чего не знаем мы?

— Ну, не буду портить сюрприз, — усмехнулся Кречет. — Но птички напели мне, что запасов продовольствия в крепости — шиш да маленько. Едва хватало на то, чтобы гарнизон перезимовал. А мы согнали сюда гражданских со всей округи. Вот и думайте.

Мы с Путилиным невольно переглянулись.

— В общем, на долгую осаду не рассчитывайте, — припечатал атаман. — Ну, и на скорое подкрепление из Томска, я так понимаю, тоже надеяться нет смысла. Так что… Я пока тоже в душе не чаю, как нам одолеть эту ораву Стылых. Но сделать это надо быстро.

Глава 2

После вчерашней метели окрестности Тегульдета выглядели так, будто тут сроду не ступала нога человека. Сугробы были похожи на песчаные дюны — они обволакивали ландшафт длинными наплывами, скрывая под своей толщей большинство неровностей. На ветвях деревьев тоже осели массивные округлые шапки. Сам снег был ярко-белый, слепящий на солнце, так что я смотрел вниз, щурясь и прикрывая глаза козырьком из ладоней.

Рядом со мной, прямо на заиндевевшем бревне, служившем перилами на внешней стороне крепостной стены, сидела и беспечно болтала босыми ногами Албыс в своём человеческом обличье. Короткая рваная рубаха, похожая на тунику, едва прикрывала ей бёдра, широкий ворот сполз вправо, обнажая одно плечо, грива огненно-рыжих волос спускалась ниже лопаток.

— Ну скоро ты? — зевнула она со скучающим видом, оглядываясь на меня. — Полетели уже!

Я заканчивал последние приготовления, проверяя, надёжно ли закрепил подсумки с артефактами. Весь вечер их вчера готовил, потратив изрядную часть «полуфабрикатов».

Это были несложные, хорошо испытанные в деле конструкты — Око с привязкой к материальной основе, плюс небольшой кристалл электрического эмберита в качестве источника энергии и этакого усилителя сигнала. Дальность действия за счёт этого увеличил в несколько раз. А если получится задуманный мной фокус, и все эти штуки я смогу объединить в единую сеть, то дальность вообще будет почти не ограниченной — я смогу по цепочке дотягиваться от одного Ока к другому, хоть в самый дальний конец сети.

Один из артефактов я уже приладил прямо тут, на углу башни, для надёжности припаяв эту конструкцию с помощью клей-камня — особого сорта эмберита, разрастающегося при повреждении и образующего что-то вроде быстросохнущей монтажной пены.

На капризы Албыс не обращал внимания. Ей не удалось меня провести — я знал, что несмотря на показную насмешливость, она нервничает. Она ещё вчера почуяла приближение Стылых, и не на шутку испугалась. А сейчас поторапливает меня как раз потому, что понимает — чем раньше мы произведём эту вылазку, тем меньше шансов, что нарвёмся на неприятности.

У меня у самого страха пока не было. Наоборот, хотелось уже, наконец, хотя бы издалека взглянуть на эту орду — чтобы понять, с чем мы имеем дело.

— А тебе самой уже доводилось встречаться со Стылыми? — спросил я вслух. На стене я был один, так что можно было не прятаться. — Почему ты их так боишься?

— Я? — насмешливо фыркнула ведьма. — Ты что-то напутал, Пересмешник.