Нарушитель правил (ЛП) - Рейн Пайпер - Страница 63

Что-то определенно происходит.

— Ладно, — говорю я. — Что происходит?

— Ничего, — тут же выпаливает Хейзел.

Я смотрю на нее.

Она перестает подпрыгивать на месте.

— Ничего не происходит, — произносит она, на этот раз медленнее, с преувеличенным спокойствием человека, которого проинструктировали по этому вопросу, и он заготовил ответ.

Я награждаю Деккера обвиняющим взглядом.

Он смотрит в потолок.

— Хейзел, — произношу я.

— Деккер должен кое-что...

— Хейзел, — осаживает Деккер.

Она зажимает рот обеими руками.

Я отставляю кофе.

Хейзел буквально вибрирует, все еще прижимая руки ко рту, ее глаза огромные, и она переводит взгляд с Деккера на меня.

Деккер вздыхает.

— Прости, — бормочет Хейзел.

— Все нормально, — он достает из кармана коробочку, открывает ее и ставит на поднос с завтраком.

Простое. Классическое. Кольцо с круглым бриллиантом-солитером. Идеальное и такое «мое».

Хейзел издает из-за ладоней звук, который даже не назовешь словом.

— Я люблю тебя с одиннадцати лет, — говорит он. — Слишком много лет я был осторожен, сдерживал себя и пытался все контролировать, и с меня абсолютно точно хватит, — он берет кольцо. — Я хочу на тебе жениться. Хочу жить в этом доме, ходить в «Портиллос», сидеть в школьных актовых залах и узнать, как будут звать собаку, потому что оба знаем – мы ее заведем.

Хейзел смеется, а я закатываю глаза. Вероятно, насчет собаки он прав, но я намерена побороться до последнего.

— Я хочу делить с тобой каждую самую обычную вещь. Только с тобой. До конца своей жизни, — он не отрывает от меня взгляда. — Выходи за меня, Пен.

— Как думаешь, что сказать, Хейзел?

Хейзел вскакивает на ноги, и поднос шатается.

Деккер быстро перехватывает его и переставляет на комод.

— На всякий случай. Нам не нужно, чтобы завтрак оказался на тебе, хотя он, вероятно, не так уж и хорош. Кстати, кулинарные курсы входят в часть предложения руки и сердца.

— Скажи «да», мамочка. Я уже согласилась, — она протягивает руку.

Я смотрю на Деккера. Обожаю то, как он краснеет.

— Ты спросил у нее?

— Пен, я все еще жду ответа, — говорит Деккер, держа кольцо двумя пальцами.

— Да, конечно, — я протягиваю руку, и он надевает кольцо мне на палец.

Хейзел плюхается мне на колени и кладет свою ладонь поверх моей – бриллиант и ее цветочек сверкают в лучах солнечного света, льющегося из окон.

— У нас парные, — говорит она.

— Парные, — подтверждаю я.

Затем она бросается на шею Деккеру, и он ловит ее – так, как делает это всегда, – а я больше не могу сдерживать слезы.

— Мы можем позвонить Монро? — спрашивает Хейзел куда-то ему в плечо.

— После завтрака, — говорю я.

— Мы можем позвонить дедушке?

— После завтрака, — отзывается Деккер.

— Мы можем...

— Хейзел. После завтрака.

Она театрально вздыхает и выпутывается из его объятий, слезая с кровати.

— Ешьте быстрее. Мне нужно позвонить куче людей.

Она уходит. Мы слушаем, как ее шаги удаляются по коридору, а затем закрывается дверь ее комнаты.

Деккер забирается в постель рядом со мной.

— Я люблю тебя.

— Я люблю тебя.

Я прижимаюсь к нему, он обнимает меня за плечи, и мы лежим в утреннем свете дома, который нуждается в покраске, а возможно, и в капитальном ремонте.

Но все это не имеет значения, потому что единственное, что у нас в этом доме в избытке – это любовь.

Возможно, на это ушли десятилетия, но мы пришли к этому, и только это имеет значение.

Глава 56

@deckerDavis43: На прикрепленном фото три сложенные стопкой ладони. Снизу мужская рука, посредине – женская, сверху – крошечная детская ручка. И три кольца: строгое обручальное на его пальце, классический солитер на ее и маленькое колечко в виде цветка на самой крохотной ручке.

Чикаго, шт. Иллинойс