Обнулённый. Дилогия (СИ) - Гато Макс - Страница 33

— Всё верно, — подтвердила Айрис. — Кир служил моей семье наёмником. Мы оказались в Пределе в одно и то же время и решили держаться вместе.

Остап выпрямил спину и подобрался, едва заслышал историю Айрис. Не знаю, сколько в ней правды, а сколько лжи, но история явно произвела на старосту впечатление.

— Прошу меня простить, но я пока не могу сообщить о вас в Аббатство, — Остап слегка склонил голову. — Мы потеряли с ними связь около седмицы назад. Как только связь наладится, я передам весть о вашем прибытии брату.

Айрис никак не отреагировала на слова старосты и повернула голову в сторону стеллажей, разглядывая книги на полках. Остап на секунду укоризненно посмотрел на стоявшего в дверях Райнера, словно пожурил его за то, что всадник не расспросил нас сразу, а затем вернулся к разговору.

— Врать не буду, история у вашего отряда необычная, — Остап подался вперёд и облокотил руки на стол. — Если вы действительно помогли людям Юрия с охотой, донимать вас попусту не буду. Если соврать решили, то отправлю к барону, и дело с концом.

— Нам врать никакого смысла нет, — пожал плечами я. — Да и в Бракмур мы шли не на завалинке лежать. Если есть работа какая, готовы за неё взяться. И я это не про лес валить говорю, хотя и это можем.

— Работы тут непочатый край, коли меч в руке держишь крепко, — одобрительно кивнул Остап. — Монстры, люди, ведьмы. Всех несёт в Бракмур, как мух на мясо. Поскорее бы вернулся Юрий, а то уже и в селе воду мутят.

— Юрий не вернётся, — тут же сказал я. — Когда ведьма обернулась в зверя, он первый попал под удар. Ну и…

Я опустил последнюю часть фразы, когда увидел, как меняется в лице Остап.

— Боги, за что мне это, — тихо проговорил Остап и осенил себя жестом богини Вереи. — Барон будет недоволен.

Остап откинулся на спинку стула и поднял голову к потолку.

— У него была семья? — невзначай спросил я.

Остап опустил голову вниз и встретился со мной взглядом.

— Да, осталась взрослая дочь в Шторрен-форте.

— О ней есть кому позаботиться? — уточнил я.

— Барон своих людей не бросает, — пожал плечами Остап. — Даже в такое тяжёлое время.

Учитывая, как барон обошёлся с распределением делянок между Аббатством и Хольцем, я мог бы и поспорить. Но не стал.

— Если всё действительно так, как ты говоришь, Кир, — продолжил Остап. — То помощь мне и правда потребуется. Зайдите ко мне через пару дней, а пока не отлучайтесь далеко. Я пришлю за вами человека, когда будет нужно.

Остап поднялся на ноги, давая понять, что разговор окончен. И мы поднялись вслед за ним. Мы вышли в сени вместе с Райнером, забрали оружие и покинули дом старосты. На крыльце в голову ударил прохладный воздух.

— «Угол» всё так же спозаранку принимает гостей? — спросил Бертран.

— А как же, — усмехнулся Райнер. После услышанной истории Айрис он всё чаще на неё косился. — Старик Белен часами кружки натирает, как будто эль от этого вкуснее станет.

Бертран улыбнулся, а Райнер добавил:

— На этом и разойдёмся. Здесь вам не Хольц, так что постарайтесь не влезать в неприятности.

Райнер развернулся и, не дожидаясь нашего ответа, вернулся в дом. Мы остались стоять на крыльце одни.

Небо потихоньку начинало светлеть, и вместо ночного спокойствия на улицах постепенно наступила утренняя суета. Со стороны кузницы уже раздавались глухие удары молота, а перед домом старосты ходили люди: женщина куда-то тащила корзину, а в обратную сторону шёл запряжённый в тележку ослик. На нас прохожие особого внимания не обращали.

— Ну что, вроде пронесло? — тихо спросил Бертран.

— Пока сказать сложно, — ответил я. — «Угол» это местная таверна, правильно я понимаю?

— Она тут совсем близко, за поворотом, так что не заблудитесь. Рынок ты уже видел, — Бертран махнул рукой. — А я бы пока проверил старых знакомых. Судя по словам Остапа, ситуация в Бракмуре сейчас не ахти. Будет лучше знать, что происходит, чем лезть вслепую.

— Хорошо, по рукам, — согласился я. — Тогда мы продадим трофеи и снимем комнаты в таверне. Встретимся там, когда у тебя получится узнать последние новости.

— Договор, — согласился Бертран. — Только это, маскировку бы вам поменять.

Он многозначительно покосился на волосы Айрис, которые при свете дня сильно выбивались из местных пейзажей. Видимо, на него произвела впечатление история о связи ведьмы с паладином из Аббатства.

— А то уж больно в глаза бросаетесь.

В сером утреннем рассвете я впервые смог толком разглядеть, как выглядела изменившая образ Айрис. На ней было черное платье из плотной ткани с открытой шеей, облегающее фигуру в талии. Длинные рукава сужались к запястьям, подол доходил почти до щиколоток, а разрезы по бокам позволяли ей свободно двигаться, не путаясь в юбке. Коричневые кожаные сапоги на удивление органично дополняли ее образ. Если бы я не видел ее разрушительную магию воочию, то мог бы принять Айрис за путешествующую дочь купца.

— Так это даже и хорошо, — ответил я, отводя взгляд. — Во-первых, никто не заподозрит в Айрис ведьму, уж слишком она не похожа на описания молодых охотников. А во-вторых, на нас точно обратят внимание, куда бы мы ни шли.

— Тебе виднее, Кас… — Бертран оборвался на полуслове. — Кир. Просто постарайтесь не влипнуть в неприятности без меня.

— Не могу ничего обещать, — улыбнулся я.

Бертран покачал головой, развернулся и ушёл, оставив нас наедине с Айрис.

— Ну что, тогда сначала на рынок, — предложил я. — Как обменяем деньги и заработаем пару монет, озаботимся жильём и завтраком.

— Хорошо, — согласилась она.

Мы двинулись в направлении рынка. Чем больше людей встречалось на пути, тем очевиднее становилось, что Айрис действительно привлекала внимание. Женщины у колодца проводили нас долгим взглядом, а двое стражников на перекрёстке откровенно пялились. Айрис не обращала внимания на любопытствующих, её фиалковые глаза скользили по вывескам. Её точно стоило расспросить про семью и брата, но без нужды лезть в её дела я не стану. У каждого из нас свои секреты. Главное, чтобы эти секреты не вышли нашему отряду боком.

Мы вышли на широкую площадь, заставленную прилавками и палатками. Большая часть была сколочена на скорую руку, а владельцы сидели прямо на земле или на табуретах и неторопливо раскладывали нехитрый товар. Но вокруг площади виднелись более основательные лавки с пёстрыми вывесками.

День только начинался, но вокруг уже гудела жизнь. Торговцы зазывали первых клиентов, лавки открывали свои двери, а между прилавков сновали телеги и детвора. Я подошёл к прохожему, невысокому мужику в фартуке, который разглядывал на прилавке глиняные горшки.

— Доброго утра. Не подскажешь, где здесь можно обменять монеты и продать трофеи?

Мужик оторвался от созерцания горшков и поднял глаза, тут же впившись ими в Айрис.

— Уважаемый, монеты где меняют? — строже произнёс я и щелкнул пальцами в воздухе.

— А, монеты, — спохватился он. — Это можно в лавке у Саввы, он один грамоту на обмен имеет. Вывеску с весами ты ни в жизнь не пропустишь.

При упоминании Саввы прохожий заметно нахмурился.

— Непростой человек этот Савва? — решил уточнить я.

Мужик помялся, скривился и махнул рукой в сторону палаток.

— Не знаю я. Иди давай, не стой у прилавка.

Он отвернулся, скрестил руки на груди и с ещё большим вниманием начал разглядывать горшки.

Я не стал лишний раз допытываться и пошёл к краю площади, куда нас направил прохожий. Лавку мы нашли быстро. Это оказалось двухэтажное здание из сероватого дерева с широкими витринами, яркой вывеской и добротной дверью. Даже снаружи чувствовалось, что хозяин не бедствует.

Едва я подошёл к двери, как услышал приглушённые голоса.

— Так не пойдёт, торгаш, — послышался хрипловатый наглый голос. — Ты не выполнил условия сделки. Че думаешь, если ты из Компании, мы с тебя шкуру не спустим? Сам ведь знаешь, что бывает с предателями.

— Ничего я не знаю, — ответил второй, более серьёзный и взрослый голос. — В тот раз я отгрузил вам товар без ошибок. А что вы с ним сделали потом, уже не моя забота. Так ей и передай.