Обнулённый. Дилогия (СИ) - Гато Макс - Страница 13

— Людей потерять побоялся. А Михей… — я посмотрел в сторону плачущей Марфы и оборвал фразу.

Свен тяжело выдохнул и быстрыми шагами подошёл ко мне. Я всё так же не поднимал меч. Он подошёл вплотную, положил мне руку на плечо и ожесточённо зашептал:

— Язык за зубами не держится, а, наёмник? Или забыл, как сам весь израненный к нам пришёл?

— Не забыл, — тихо произнёс я.

— Так если тебя твари лесные так разворотили, то что с моими… — остервенело зашипел Свен, но спохватился и добавил едва слышно: — Помер ваш Михей. Как пить дать, помер. Я не стану отправлять своих людей за ним в могилу.

Староста отпустил моё плечо и смотрел на меня снизу вверх тяжёлым взглядом. Я покачал головой и сунул меч в ножны.

— За своих людей ты сам ответ держишь. И если такой ответ тебе по душе, так тому и быть, — сказал я и мотнул головой в сторону Марфы. — А я здесь никто, «на птичьих правах». И ответ за меня ты не держишь.

— Ну так я и в деревне тебя не… — начал было Свен, но я тут же прервал его.

— Я пойду искать Михея.

Марфа подняла голову. Лицо у неё было мокрое от слёз, глаза красные, но в них зажглось что-то похожее на надежду.

— И вправду пойдёшь, сынок? — прошептала она.

— Пойду, — подтвердил я. — Слово даю.

— Я с тобой, — вступил в разговор Бертран. — Уж не серчай, но местный лес я за дюжину зим исходил побольше твоего.

— Ни в коем случае, — Свен развернулся к Бертрану. — Наёмника я пущу, а вот тебя…

— Брось ты, Свен, — по-простецки ответил ему Бертран. — Или забыл уже, что и я не местный?

Свен цокнул языком и покачал головой. Я ждал, что он начнёт спорить, уговаривать и запрещать. Но он только махнул рукой.

— Делайте что хотите, — сказал он глухо. — Но чтоб вернулись к закату. Оба.

Свен развернулся и зашагал прочь, тяжело ступая и опираясь на палку. Мужики зашевелились и отпустили Марфу. Она с трудом стояла на ногах, а ее седые волосы выбивались из-под платка.

— Вы только найдите его… — прошептала она.

Один из лесорубов взял её под руку и повёл вглубь деревни, вероятно, к её дому.

Вы получили задание: найти следы пропавшего лесоруба. Награда: 25 ед. опыта.

— Выдвигаться лучше на рассвете, — сказал подошедший ко мне Бертран. — Поспи ещё немного. Силы в Сером лесу будут нужны нам обоим.

— Спасибо, — поблагодарил его я.

— Не бери в голову, — поморщился он как человек, который не привык принимать благодарности. — Я и сам уже потихоньку в лесу искал, пока Свен не видит. А с тобой мы уж точно дальше зайдем.

Только сейчас я позволил себе выдохнуть и немного расслабиться.

— Отдохни, Кассиан, — едва слышно сказал Бертран и хлопнул меня по плечу. — Нас ждёт долгий тяжелый день.

— А в Пределе бывают другие? — задал риторический вопрос я.

Бертран усмехнулся и ничего не ответил. На этом мы с ним и разошлись. Я вернулся в свой сарай и завалился на сено. Нужно было поспать хотя бы ещё пару часов. А утром собрать припасы и перевязать руки. И неплохо бы ещё… закончить мысль я не успел и погрузился в сон.

Проснулся я рано и первым делом направился к колодцу, чтобы умыться. Рассвет только начал размывать тьму над частоколом. Я облился ледяной водой и двинулся к избе знахарки.

Дверь была приоткрыта, и в щель тянуло запахом трав. Я постучал костяшками по косяку. Ответа не последовало. Я постучал ещё раз и немного подождал. А затем вошёл внутрь под звук скрипящих половиц.

Внутри было сумрачно. Единственное окно выходило на восток, но солнце ещё не поднялось над деревьями, и в избе царил серый предрассветный полумрак.

Дана сидела за столом спиной ко входу. На столе перед ней лежали россыпи сухих трав, разложенные по кучкам. Она перебирала их тонкими пальцами и отделяла стебли от листьев. Время от времени она подносила горсть к лицу, щурилась и откладывала в сторону. Над столом висел густой пряный аромат, от которого слегка кружилась голова, но Дана, казалось, этого не замечала.

Какое-то время я просто наблюдал за её увлеченной работой, а потом едва слышно кашлянул.

— Ой! — буквально подпрыгнула на стуле Дана. — Кир, я тебя не заметила.

Она повернулась ко мне и сдержанно улыбнулась, поправляя волосы.

— Тебе не стоит сидеть спиной к двери, — мягко произнёс я. — Или тогда хотя бы запирай дверь.

На лице Даны были следы бессонницы: тени под глазами, бледность, но её взгляд был твёрдым.

— Очередная мудрость наёмника? — устало фыркнула она.

— Что-то вроде того, — пожал плечами я.

Дана пошла мыть руки.

— Садись, — произнесла она. — Посмотрим на твои ладони.

Я сел на привычное место на лежанке и дождался, пока она закончит с подготовкой и опустится передо мной. Уверенные руки Даны перехватили мои, и она умело размотала повязки на моих ладонях.

— Ц-ц-ц, — поцокала она языком. — Как же они заживут, если ты их каждый день сбиваешь в кровь?

— Как-нибудь заживут, — ответил я.

По ощущениям, раны действительно начинали понемногу затягиваться. То ли дело было в той самой безопасной зоне, о которой меня оповестила система, то ли в лекарской помощи Даны.

Дана нахмурилась и дальше работала в тишине. Она быстро промыла раны, нанесла мазь и закончила с перевязкой. Но не спешила отпускать мои руки и не поднимала голову.

— Я знаю, — тихо произнесла она.

— О чём?

— Не прикидывайся дураком, Кир, — Дана подняла на меня свои блестящие изумрудные глаза и немного надула щёки. — Вы с Бертом собираетесь идти в чащу, искать Михея.

— Ну, еще неясно, придется ли нам идти в чащу, — сказал я. — Может, лесорубы пропустили его где-то у делянки.

— Неправда! — чуть громче выпалила она и крепче сжала мои руки. — И у ближней, и у дальней делянки уже каждую травинку обыскали. А вам теперь идти дальше в лес.

— Дана, — мягко произнёс я и перехватил ее ладони. — Я этим на жизнь зарабатываю. И неплохо, кстати, справлялся. Тут всего-то нужно пройтись и пошариться чуть-чуть по лесу…

— В том-то и дело! — щёки Даны немного покраснели, и она опустила глаза. — В том-то и дело, что справлялся. Раньше справлялся.

Я не смог сдержать улыбку. Деревенская девчонка заметила, что я слабоват для наёмника. Каких чудес только на свете не бывает.

— Во-первых, — начал я и двумя пальцами поднял ей подбородок. — Если собираешься сказать человеку гадость, то имей смелость смотреть ему прямо в глаза.

Если до этого Дана смотрела куда-то в пол, то сейчас тут же поймала мой взгляд, и я на секунду сбился из-за её неожиданной открытости.

— А во-вторых — я и вправду потерял почти всю свою силу.

— И тебя это совсем-совсем не волнует? — тихо спросила Дана, глядя мне в глаза.

— Волнует, конечно, — усмехнулся я. — Но что ж мне теперь, за других прятаться?

— Ты ещё и смеёшься… — обиженно произнесла Дана, и её щёки раскраснелись ярче янтарных волос.

Это было настолько умилительно, что я в голос рассмеялся. Мой смех, наверное, разбудил раньше срока не одного лесоруба в деревне. Дана улыбнулась и покачала головой. Когда я наконец отсмеялся, она спросила:

— Зачем тебе это? В лес идти, Михея искать… Ты же чужой здесь, никому ничего не должен.

— Может, и так, — пожал плечами я. — Но всё равно возьму и сделаю. Не потому что должен, а потому что хочу.

В этот момент дыхание Даны сбилось, и она замерла, не решаясь поднять глаза.

— Обещай, что вернёшься, — промолвила она.

— Обещаю.

Дана крепче сжала мои руки и поднялась на ноги.

— Тебе пора, — тихо произнесла она. — Дядя Бертран говорил, что вы пойдёте с рассветом…

— Ага, — прищурился я. — Это Бертран тебе сам рассказал или опять из-за избы подглядывала?

Дана упёрла руки в бока и начала возмущаться:

— А когда это я… — она тут же осеклась, вспомнив, как смотрела за мной у колодца вчера.

— Всё-всё-всё, тебе пора! — смутилась она и суетливо вернулась к травам на столе. — Точно пора!

— Пора, так пора, — легко согласился я, пряча улыбку. — До вечера.