Падший ангел для генерала (СИ) - Теплова Арина - Страница 14

Я округлила глаза. Нет, ну все же какой наглый гад.

— Не придумывайте! Ничего мне не понравилось!

Он недовольно прищурился. А в следующий миг поддался всем телом ко мне и склонился к моему лицу. Карета была довольно узкой, поэтому его большое тело оказалось всего в тридцати сантиметрах. Я занервничала от его угрожающей близости. Он дерзко оскалился мне в лицо.

— Понравилось, — хрипло заявил он, подняв руку и лаская пальцами мой подбородок. — И внешне я тебе по нраву, и все остальное тоже…

Вдруг я поняла, что он не просто видел все мои воспоминания, но, похоже, еще и все почувствовал, как чувствовала я это в тот момент.

Вот копченая кочерыжка! И зачем я пустила его в свою голову? Теперь он будет думать, что я, как глупая дурочка, влюбилась в него и хочу чего-то большего. Но это было не так!

Я часто заморгала, ощущая, свое сбивчивое дыхание. И это точно случилось от его близости.

Вмиг все мое существо яростно взбунтовалось. Нет, он мне не нравился! Не нравился!

Так и хотелось врезать ему по его красивой, самодовольной физиономии.

— Это все ваши фантазии, герцог! — вспылила я, выставляя перед собой руку, уперев ладонь в его грудь, показывая, что его близость мне неприятна.

Он глухо рассмеялся и отодвинулся от меня, снова сел прямо на своем сиденье.

— Успокойся. Я не собираюсь тебя принуждать, Ирене. Я просто подожду…

Я, закусив губу, отвернулась от него.

Нет, ну что за навязчивый, озабоченный мужлан? И как с ним ехать вместе еще пять дней? Просто невыносимо!

Глава 19

Мне повезло, и на следующий день Альваро пересел на коня. Теперь я ехала одна в карете, и меня это вполне устраивало. Встречались мы теперь с моим хозяином только за обеденной трапезой и на ночной стоянке в трактирах. Но я старалась не говорить с ним и больше молчала. Да и герцог не особо жаждал со мной общаться. Он всё больше проводил время со своим другом Фернандо.

Следующие четыре дня прошли вполне сносно. Единственное, мне пришлось помогать Альваро делать перевязки и следить, чтобы его комната и комната его друга на постоялых дворах были в порядке. Пока в этом заключались мои обязанности, как объяснил мне герцог.

Я следила, чтобы на постоялых дворах в их комнатах были свежие полотенца, чистое белье на кроватях, вода для умывания и мыло, которые приходилось выбивать с трактирщиков с боем. Как я поняла, в это время мыло было очень дорогой, ценной вещицей. А вода, чтобы помыться, вообще роскошью. Поэтому два раза за это время я мылась вслед за герцогом Ортега, потому что рабыне отдельной ванны не полагалось. В той же воде, что до того таскали слуги в ванную герцога, и тем же остатками мыла. Но я не была брезглива и считала, что лучше быть вымытой хоть так, чем вонять и быть пыльной от грязной дороги. Как я заметила, остальные четверо приближенных Альваро и его друг Фернандо не мылись вообще.

Фернандо был со мной вежлив и приветлив, и никогда не заострял внимания на моём плачевном положении рабыни. И я была благодарна ему за это.

На пятый день пути мы наконец достигли окраин Далусского графства, именно сюда и был направлен герцог. Здесь климат был не таким жарким, как в столице королевства, откуда мы ехали, и скорее напоминал лето в средней полосе России. Градусов двадцать, или чуть более того. И мне это нравилось больше. А то изнуряющая жара днём была просто невыносима.

В тот день мы остановились в довольно приличном трактире на ночлег. Я, как обычно, договорилась с трактирщиком об ужине, попросила подать герцогу и Фернандо лучшие мясные блюда и херес, а мне и остальным — что обычно ели постояльцы. Таково было распоряжение герцога. Я была вегетарианкой, и поэтому суп или второе с овощами было для меня вполне приемлемо. А люди Альваро были неприхотливы в еде.

Во время ужина в шумной трактирной трапезной я сидела с доном Ортега и его другом за одним столом. Остальные люди герцога расселись за соседним. Хотя я хотела есть за другим столиком, но герцог приказал сесть с ними, заявив, что моя компания его забавляет. Я промолчала и присела с Альваро и Фернандо, чувствуя себя каким-то забавным зверьком, над которым герцог постоянно подшучивал или отпускал колкие замечания в мою сторону при каждом удобном случае все эти дни. Я видела, что ему нравится задевать меня, но не сердилась, потому что он делал это как-то по-доброму. Но то, что он был ко мне неравнодушен, я это чувствовала.

Герцог с другом уминали закуски с маринованной рыбой, а также жирную мясную паэлью, которая называлась «Микста», с большими кусками мяса и овощами. Я же, как и остальные люди герцога, довольствовался супом-гаспачо и чурросом — жаренными палочками из сладкого теста.

Я чувствовала себя неуютно под мрачным взглядом Альваро и под насмешливым и изучающим взором Фернандо.

В конце трапезы в трактире появился некто. Одетый в форму гвардейца и отдав честь, он вручил дону Ортега какую-то бумагу с сургучной печатью. Посыльный быстро покинул трактир, а герцог развернул бумагу.

— Уфф, — с облегчением выдохнул Альваро, после того как прочел документ. — Король оставляет за мной замок Горонсо. И даже всех, кто служит там. Но есть неприятное.

— Что же? — спросил Фернандо.

— Мне запрещено покидать пределы Далуссии. А еще надо навести порядок с разбойниками на приграничных землях. Военный гарнизон Рогона, расположенный в миле от моего фамильного замка, в моем подчинении.

— Смотри как все удачно, хоть не заскучаешь в этой глухомани, — пошутил Фернандо.

— Заскучаю? Там всего триста солдат и офицеров. Против тысяч бешеных басков. Нас перережут как котят.

— Что так траурно, Альваро? — похлопал его по спине Фернандо. — Ты же умелый полководец, что-нибудь придумаем.

— Король так же думает. Пишет, что если мне удастся убрать эту чумную заразу от границ королевства, то, возможно, обвинение в заговоре будет с меня снято.

— Вот, не все так уж плохо.

— Плохо, Фернандо. Этот приказ короля явно похож на смертный приговор. Только оттянутый во времени. С тремястами солдатами против многотысячной армии наемников-басков выстоять невозможно. Сдохну в первом же бою, ну или во втором.

— Что за малодушие? Ты же умелый воин!

— Умелый, не спорю. Но я могу сражаться сразу с пятью, но не сотней. Это приговор.

— Давай сначала приедем на место и узнаем, как там все обстоит. А потом уже и будем думать о плохом и что делать.

— Ты прав, друг, — согласился Альваро, опрокидывая в себя очередной бокал с хересом. — И все же я рад, что ты поехал со мной. Поддержка настоящего друга всегда пригодится.

Мужчины продолжали обсуждать ситуацию, совершенно не обращая на меня внимания. У меня же пропал аппетит.

Я слышала, как они говорили о крепости и той местности, куда мы ехали, о военном гарнизоне и ситуации на границе. Там было ох как неспокойно. Точнее, шли открытые военные действия. Дикое местное население — баски жаждали стать подданными другого королевства и постоянно устраивали вооруженные кровопролитные бунты в тех местах. И, похоже, усмирять их и отправили Ортега.

Хотя я понимала логику короля: если уж посылать в ссылку провинившегося, то по крайней мере с пользой. А что, как я знала теперь, Альваро слыл лучшим военачальником королевской армии, потому именно его и отправили на неспокойную северную границу.

Я бледнела всё больше, совершенно не желая никуда ехать. Если моя рабская участь была ещё полбеды, то погибнуть в военной мясорубке в этом самом Рогоне мне вовсе не хотелось.

Глава 20

Мое нервное состояние заметил Фернандо и вдруг заявил:

— Смотри, наша девочка совсем побледнела. Тебе нехорошо, милая?

— Я в порядке. А что, мы правда едем на войну?

Фернандо рассмеялся в полный голос. А Альваро помрачнел.

— Да, дорогуша, — кивнул друг герцога. — Неужто боишься, что какой-нибудь разбойник или несколько захватят тебя в плен для забавы?