Матиас Тульманн. Охотник на ведьм (сборник) - Вернер К. Л. - Страница 10

Сама карета продолжала двигаться по инерции, вспахивая землю. Бреш с почти нечеловеческой ловкостью вскочил на перевернувшуюся карету, ухватился за самый верхний борт и поехал вперед, будто ребенок на санках.

Фергрим Острое Железо перекатился на спину и громко застонал, пытаясь разогнать искры, пляшущие перед глазами. Когда его зрение прояснилось, гном пробормотал еще одно проклятие, увидев, как гигантский силуэт кареты скользит прямо к нему. Закрыв лицо руками, он приготовился к сокрушительному удару. Но ничего не произошло. Гном открыл глаза и посмотрел сквозь пальцы. Огромное облако пыли вздымалось вокруг него, и в центре него лежала разрушенная карета, остановившаяся так близко, что Фергрим мог достать до нее, просто вытянув руку.

Сидящий на карете Бреш громко расхохотался, потрясенный тем, что пережил это испытание. Кучер приподнялся и почти соскользнул на землю, но тут чья-то рука сомкнулась вокруг его лодыжки, превратив спуск в падение. Кучер застонал, схватившись за ногу. Когда он поднял глаза, то увидел, что дверца кареты распахнулась, а из-под обломков вылезла растрепанная фигура охотника на ведьм. Его пистолет исчез, но в руках он сжимал длинный меч. Тульманн свирепо посмотрел на раненого Бреша, в его глазах читалась жажда убийства.

— Поторопись, Матиас! — раздался крик с порога храма. Штренг стоял на верхней ступеньке лестницы, сжимая в руках арбалет. — Твари почти закончили драку за мясо лошадей. Скоро нападут на нас!

Матиас Тульманн спрыгнул на землю и приземлился рядом с Брешем.

— Я почти готов оставить тебя на растерзание упырям, — прошипел он резким голосом.

Охотник на ведьм схватил кучера за тунику, с трудом поднимая его на ноги.

— Но тебя ждет петля, — прорычал Тульманн. — Таких подонков, как ты, надо вешать.

Охотник на ведьм толкнул Бреша вперед, следуя за ко выдающим возничим.

Позади них из-под обломков медленно, тяжело выползали другие фигуры. Сначала баронесса, поднятая снизу мощными руками. Женщина мгновение посидела на карете, а затем, бросив взгляд на приближающихся упырей, соскользнула на землю. Когда следующий пассажир показался из двери, аристократка уже бежала в храм, задрав юбку до колен.

Каким-то чудом никто из находившихся в карете не получил повреждении серьезнее синяков. Вскоре из обломков выбрались все остальные. Последним освободился грузный купец Штейнмец, которого вытащил его дородный телохранитель Равна. Толстый продавец водки замер, увидев тощие голодные фигуры, уже заканчивающие пиршество. Вымазанные запекшейся кровью лица повернулись в его сторону. Какое-то мгновение человек и упыри молча смотрели друг на друга. А потом это мгновение прошло. Окровавленные рты чудовищ открылись, из истощенных тел вырвался вой. Этот звук, словно призыв к оружию, заставил десятки существ вскочить на ноги. Толпа тощих демонов бросилась к перевернутой карете.

— Священный молот Зигмара, — пробормотал Штейнмец после того, как его желудок опустел. Равна потянул хозяина за руку, пытаясь заставить его двигаться. Но тучный человек застыл на месте, не сводя глаз с быстро приближающейся орды. Наконец телохранитель столкнул Штейнмеца с вершины кареты. Грузный торговец ударился плечом о землю и закряхтел от боли. Он огляделся вокруг, как будто удар вернул его к реальности. Затем заорал и бросился бежать к открытым дверям храма со скоростью, которая казалась невозможной для человека с его телосложением.

Равна вылез следом за хозяином и спрыгнул вниз в тот момент, когда толстяк ударился о землю. Наемник увидел Фергрима, сидящего у подножия лестницы. Похоже, гном все еще не отошел от шока после полета с задней части кареты. Равна схватил Фергрима за талию своей мускулистой рукой и поднял тяжелого гнома, потом бросил взгляд через плечо, и глаза его расширились от ужаса, когда он увидел тощую фигуру, карабкающуюся по карете.

— Не самое удачное место, чтобы собираться с мыслями, инженер, — заметил наемник, шагая по лестнице через две ступеньки и торопясь как можно быстрее попасть в храм.

Пара упырей бросились за ним, рыча и огрызаясь, как дикие псы. В тот момент, когда Равна со своей тяжелой ношей достиг верха лестницы, один из упырей издал крик боли, развернулся и с грохотом покатился вниз по лестнице — между его ребер торчал арбалетный болт. Другой упырь вцепился в телохранителя когтями, из его пасти повисла нить кровавой слюны. Когти заскребли по задней пластине брони наемника, поцарапав металл, но не причинив вреда человеку. Упырю повезло меньше — тонкое лезвие меча пронзило его бок. Равна промчался мимо Фельдхеррна, тот уже успел вытащить свой меч из тела умирающего чудовища. Картежник бросил один-единственный взгляд на дюжину других монстров. несущихся к лестнице, и поспешил за наемником.

Деревянные створки с грохотом захлопнулись за спиной Фельдхеррна, почти перед самым носом первого упыря. Штренг и баронесса фон Редер изо всех сил сдерживали двери. Фельдхеррн быстро вложил меч в ножны и набросился на тяжелые, окованные бронзой врата как раз в тот момент, когда они начали медленно прогибаться внутрь. Равна посадил Фергрима на одну из скамей, которыми была завалена ветхая молитвенная комната. Гном фыркнул, когда его поставили на землю. Наемник посмотрел на бледную фигуру Лидии.

— Посмотри, сможешь ли что-нибудь сделать для него, — крикнул Равна девушке, бросаясь к дверям, чтобы помочь удержать голодную толпу людоедов снаружи. Он даже не взглянул на Штейнмеца, съежившегося за старым подиумом и бормочущего давно назревшую молитву об отпущении каждого из своих многочисленных грехов.

Вес и неистовое рвение упырей почти сломили силу четырех человек, отчаянно пытавшихся удержать вход, и двери начали потихоньку поддаваться.

— Знаете, однажды я сбежал из Рейксфангской тюрьмы, — громко сказал Фельдхеррн, стараясь перекричать упырей. — Мне вдруг сейчас показалось, что отделение головы от туловища огром судьи Ваулькберга было бы не таким уж плохим концом.

Штренг поменял стойку, пытаясь добавить веса верхней части тела, и, бросив взгляд на картежника, ухмыльнулся его шутке. Вдруг за его спиной он увидел фигуру, облаченную в алое и черное, идущую к ним из глубины зала.

— Помог бы, Матиас, — проворчал помощник охотника.

Вместо ответа охотник на ведьм вытащил оставшийся пистолет. Тульманн подошел к дверям и внимательно осмотрел их. Увидев дыру в досках, он приставил к ней дуло пистолета и нажал на спусковой крючок. Из-за двери донесся громкий вопль боли, и давление на арку ослабло. Охотник на ведьм с улыбкой приветствовал четырех человек, державших дверь, и спокойно убрал дымящееся оружие в кобуру.

— Это отпугнет их на какое-то время, но я бы предложил разбить несколько скамей и укрепить дверь. Когда солнце наконец угаснет, уверен, они попытаются добраться до нас снова. — Тульманн обернулся, его черный плащ взвился вокруг него. — Зигмар поймет эту необходимость. Найдите несколько гвоздей в келье священника. Также нас интересует окно за алтарем и боковая дверь рядом с кладовой. Я рекомендую укрепить и эти входы, пока наши друзья снаружи не вспомнили о них. — Охотник на ведьм развернулся и направился прочь.

— А что собираетесь делать вы? — спросила баронесса.

— Допрошу своего пленника, — ответил Тульманн, не оборачиваясь.

Бреш, связанный по рукам и ногам, лежал на полу кельи старого жреца в задней части храма. Тульманн достал кожаные ремешки из седельных сумок лошади Штренга — обе лошади, как охотника на ведьм, так и его помощника, были доставлены в храм последними.

Кучер боролся с путами, пытаясь высвободить запястья, когда услышал ужасный топот сапог охотника на ведьм. Бреш оторвал взгляд от пола и слегка вздрогнул, увидев хмурое лицо Тульманна.

— Не лучший день твоей жизни, а? — усмехнулся охотник на ведьм. Он с демонстративной дотошностью достал несколько стальных игл из мешочка на поясе, а затем наклонился к перепуганному человеку и злобно улыбнулся. — Неужели в детстве тебе не рассказывали истории о том, что зло всегда получает по заслугам?