Его величество случай. Роман в рассказах - Медиевская Татьяна - Страница 26

— Почему, почему ты не хочешь переехать в отдельную комнату? Он тебе предлагает прекрасные варианты! Почему ты не хочешь мне счастья?

Медленно, чтобы от волнения не уронить на ноги горячую сковородку, дочь поставила её на плиту. Затем холодно, разглядывая палевые розочки на мамином халате, ответила:

— Мама, это несправедливо! Он предлагает мне уехать из хорошей комнаты в многонаселённую коммуналку в трущобе. Ты знаешь, что я ездила и смотрела его варианты — один другого хуже.

Мама отвернулась от дочери и жёстко сказала:

— Ты уже взрослая, побывала замужем и должна жить отдельно. Тут нечего обсуждать! Бери то, что он предлагает!

Напоминание о неудачном замужестве разозлило Нину. Она, с трудом стараясь сохранить спокойствие, ответила:

— Не понимаю, почему, почему такая спешка? Я сейчас…

Мама перебила дочь:

— Я, я… ты всегда думаешь только о себе и…

Дочь перебила маму:

— Ну послушай меня! Сейчас я шью себе новое зимнее пальто. Скорнячка из обрезков старой бабушкиной беличьей шубы соберёт воротник и оторочку подола. Расплачусь за пальто и начну откладывать на первый взнос за однокомнатную кооперативную квартиру. Ты же знаешь, что я много работаю.

Мама резко покачала головой, и из её пышного шиньона выпало на пол несколько шпилек. Дочь подобрала шпильки и подала маме. Та вставила их в причёску и ответила:

— Как ты не понимаешь, что тебе никогда, никогда не заработать таких денег!

Дочь вспыхнула и зло сказала:

— Посмотрим! А вообще-то мне и здесь хорошо. А в коммуналку в трущобе я ни за что не поеду!

Мама угрожающе встала руки в боки, топнула ножкой в атласном тапке с помпоном и выкрикнула:

— Ах так! Ах так! Тогда не смей брать наше подсолнечное масло!

Дочь такого от родной мамы не ожидала. Она вся съёжилась и почти шёпотом спросила:

— А что, тебе жалко?

Губы у мамы сжались до щёлочки, затряслись, и она прокричала:

— Да, да, мне всё для тебя жалко! Не смей брать ничего нашего: ни масла, ни мыла, ни стирального порошка! Мне для тебя даже нитки жалко!

У Нины всё поплыло перед глазами, обида и гнев переполняли её. Вот-вот разорвут её в клочки. Нина схватила с плиты сковородку и швырнула её о пол рядом с мамой. Та вскрикнула и убежала в свою комнату, закрывшись на ключ. Дочь быстро оделась и выскочила на улицу. Погуляла, умыла снегом горящее лицо и вернулась домой. Отмыла пятно от сковородки на линолеуме, но вмятина осталась. Нина попила чаю с хлебом с вареньем и легла спать.

Сегодня утром Нина, боясь встретить маму и отчима, без чая поехала в институт. Когда вечером она вернулась домой, её с объятиями и поцелуями встретила сестрёнка. Ни мама, ни отчим из своей комнаты не вышли. После ужина сестрёнка ушла спать, а Нина села за курсовую работу. На стене над головой раздражающе громко тикали часы, мешая сосредоточиться.

В кухню вошёл отчим. Он, отвернувшись от падчерицы, сказал:

— Ты вчера очень, очень обидела свою маму. Ты понимаешь, что вместе с нами тебе жить нельзя?

Нина гордо ответила:

— Это и моя квартира тоже. Я тут прописана! Выгнать меня не имеете права!

Отчим не ожидал от падчерицы такого отпора. Он долго глядел на неё, будто пытаясь уничтожить взглядом. Нина подумала, что у него глаза выпучены, как у селёдки на блюде. Нервно, то снимая, то надевая очки, отчим сказал:

— Я устал предлагать тебе варианты. Соглашайся, соглашайся, а то хуже будет!

Нина, с отвращением глядя на его волосатые руки, торчащие из рукавов пижамы, с деланой улыбкой спросила:

— Вы мне угрожаете? Ничего вы со мной не сможете поделать!

Дряблые щёки отчима покрылись пятнами, он сжал кулаки и прохрипел:

— Я тебе устрою жёлтую жизнь! Вот посмотришь! Жёлтую жизнь!

— Я вас не боюсь! — с вызовом ответила падчерица.

Отчим ушёл в мамину комнату и закрыл за собой дверь на ключ.

Нину трясло. Зубы со скрежетом непроизвольно сжимались. Она тщетно пыталась сосредоточиться на курсовой работе, но буквы расплывались от слёз. Горло саднило. Она решила попить горячего молока и вышла в коридор к холодильнику. Проходя мимо маминой комнаты, дочь невольно услышала вздохи и ахи. Она плотно закрыла кухонную дверь, чтобы не слышать звуков любовных утех. Нина согрела молока и принялась за учёбу.

Вдруг она услышала громкий надсадный кашель и хрип, затем вскрик мамы. В кухню вбежала полуодетая мама. Она кричала:

— На помощь! Он не дышит! Кажется, он умер! Посмотри!

Дочь вошла в их комнату. Отчим лежал ничком на тахте. Багровое лицо уткнулось в подушку, его дряблое желтоватое тело со спущенными трусами неестественно скрючено. Нина испугалась. Что делать? Стала звонить в скорую, там никто не брал трубку. Она помнила, что недалеко от Измайловского рынка есть станция скорой помощи.

Пообещав маме привезти скорую помощь, она оделась и выбежала на улицу. Ночь, мороз, ни души, страшно, а бежать далеко. Нашла станцию скорой помощи, а там закрыто. Стучала, кричала, но бесполезно. Только привлекла внимание хулиганов. Они тёмной массой начали окружать девушку. Нина вырвалась и помчалась домой.

Мама сидела на кухне. Дочь сообщила, что скорая закрыта. Они вместе вошли в комнату. Отчим лежал в той же позе, но прикрытый одеялом. Они нашли зеркало, и падчерица приложила его ко рту отчима. Мама боялась. Нине тоже страшно, но она сделала это. Зеркало не помутнело. Отчим — покойник.

Нина разбудила сестрёнку. На её вопросы спросонья: «Что? Почему? Зачем?» — старшая сестра ответила, что у отчима заразная болезнь и пока они поживут у папы. Сёстры собрали вещи и покинули квартиру.

В три часа ночи они позвонили в дверь к папе. Выбежала мачеха с притворными возгласами: «Ах, доченьки мои!» Нина шёпотом сообщила папе причину их прихода. Папа уложил дочек на тахту, жену — на узкий диван, а сам устроился рядом на полу. Сестрёнка сразу уснула, а к Нине сон не шёл. Стоило ей закрыть веки, как перед глазами возникал труп отчима. Чтобы отогнать это страшное видение, она мысленно продолжила препирательство с ним: «Ты обещал мне жёлтую жизнь, а сам окочурился!» Нина размечталась о том, что теперь папа сможет вернуться и они заживут как прежде.

Дочь слышала, как папа шёпотом рассказывает мачехе, что произошло. Та в ответ: «Пусть поживут! Какой разговор!» — а сама со страхом подумала, что теперь муж может вернуться обратно в семью. Мачеха подозревала, что он по-настоящему любит не её, провинциалку, а жену Валю.

Папа дочек тоже не мог уснуть. Он думал, что теперь, может быть, его Валечка примет его назад. Он так измучился, тоскуя по ней.

Мама закрыла дверь, где лежал покойник, и позвонила подруге. Та обещала утром приехать. Мама легла на постель Нины и решила, что никогда не простит дочери, что она оставила её наедине с трупом.

А труп лежал ничком на тахте и не думал ни о чём. Пусть люди думают. Квартирный вопрос решился сам собой…

Невеста

Женитьба — дело серьёзное!

Всё уже произошло — только что Рома представил меня своим родителям как будущую жену. Отец его обрадовался, а мама расплакалась — наверное, из-за моего не соответствующего торжественности момента наряда: ситцевый халатик и шлёпанцы.

Как же это случилось? Как я этого добилась? Сама не пойму!

Я люблю Рому уже полгода, и он тоже меня любит. Я чувствую это, я знаю. Но Рома очень робок, наверное, поэтому он и не решается сделать мне предложение. Только позавчера мы вернулись с ним из Домбая, переполненные впечатлениями: снежные горы, солнце, любовь! Вернулись в Москву каждый к своим родителям.

Я звоню Роме на другой день на работу, спрашиваю, когда вечером встретимся, а он как-то холодно мне отвечает, что некогда и вообще много работы, и вешает трубку. У меня от этих слов и, главное, тона голова закружилась, я стала задыхаться, сердце чуть не выскочило. Выпила валерьянки. Вот бы заплакать, но слёз не было. У меня в голове не укладывается, как такое можно говорить после всего, что с нами было!