Пустой. Пенталогия (СИ) - Скабер Артемий - Страница 163

Росток пятой ступени? Многовато… Этот Сорин Лин точно не даст взять себя живым. Если его прижмут, будет биться насмерть. Это тебе Не Гирт и не Дин. А нам ещё нужен второй ученик, причём из другой школы. Смотрим дальше.

Задание третье.

«Внешние Загоны. Помощь при переводе зверей поздней стадии Ростка в усиленную клетку. Требование: пять смен и наличие артефакторного оружия. Вклад – 100.»

Зверь поздней стадии Ростка… почти Узел? Пять дней переводить зверей, которые могут разорвать любого из нас? Так ещё и артефакторное оружие требуется. Моё копьё навряд ли потянет на такое, но пока это самое… подходящее мне.

И последнее: «Участие в закрытой тренировке второго круга. Роль – сопротивление при отработке первых техник.: Защитные печати не гарантируются. Срок отработки – одна неделя, по две тренировки в день. Вклад – 100.»

Сопротивление? То есть тебя бьют. Стебли учатся новым техникам, и им нужны те, на ком отрабатывать. Защитные печати не гарантируются. Выходит там можно умереть даже быстрее, чем на других заданиях?

– Это значит, нас будут использовать как мешки, – прошипел кто‑то рядом.

– Нет, – хмыкнул Варис. – Мешки не кричат.

– Очень смешно, – буркнул Тавр в ответ.

Ниже висели мелкие задания. По двадцать, по пятнадцать, по десять вкладов. Все они куда более безопасные, вот только на их исполнение тоже отводят по несколько дней. Я посчитал и не выйдет заработать двести вкладов за две недели.

Сарн стоял у самого края доски и не смотрел на верхние листы, лишь вниз. Одр тихо подвинулся вперёд и оттолкнул меня. Когда я поднял взгляд, то он уже сорвал лист с задание. Загоны? Я их хотел взять! У меня там была почти знакомая самка Нурра, а ещё мой новый глиф, дуга и ответы. Сделал полшага вперёд, чтобы его остановить, но Одр приложил жетон к листу.

Бумага вспыхнула на мгновение. По краю прошла тонкая золотая нить, и в нижней строке проступило: «Одр».

Шалх…

– Ты уверен? – спросил я тихо.

Одр повернулся ко мне.

– Там спокойнее и честнее, – пожал он плечами.

– Что? – поднял бровь

– Зверь не врёт. Школа врёт. Стебель врёт.

– Почему у тебя «честнее», когда у всех оно зубастое? – встрял Тавр.

Одр скрутил свой лист в трубочку и отошёл от доски. Я смотрел на пустое место и злился. Нужно было быстрее хватать, но не узнать все задания тоже было глупо. Вот только оно лучше всего подходило именно мне. Я охотник… Ладно, никто не торопится брать самые опасные. Придётся выбрать из оставшихся трёх.

Тавр читал задание связанное с тренировкой Стеблей.

– Тебя там сделают куском мяса, – хмыкнул Варис, не отрывая глаз от другого листа.

– Я провалился, – пожал плечами Тавр, – потому что давил. Сосуд держал, а я толкнул. Эстер сказал, Рейланд предупреждал. Нужно, что‑то менять.

– Не стоит, – повернулся Варис к сыну дружины.

– Мне нужно научиться не толкать, когда меня толкают. А научиться этому можно только когда меня кто‑то толкает. И сильно. Чтоб я понял разницу между «удержать» и «продавить».

Он сорвал лист и протянул свой жетон к нему. Вспышка и ещё одно имя на самом опасном задании. Мелкие уже разбирали, их почти не осталось, Сарн сделал то, о чём не догадался никто. Он приложил свой жетон сразу к пяти листам.

Перевёл взгляд обратно, когда Варис уже сорвал ещё одно, то где нужно поймать должника. Выбора у меня не осталось. Пока я всё взвешивал и просчитывал, остался только один лист. Сопровождение груза в составе каравана до Весового Леса. Что это такое и что меня ждёт я не знал.

Протянул руку к листу и тут меня дёрнули назад, один из парней захотел его забрать себе. Ага, сейчас, больше я свою возможность не упущу. Рваный шаг, схватил его за плечо и дёрнул, он тут же упал.

Сорвал лист и тут же не думая, приложил свой жетон. Бумага под ним немного нагрелась. На нижней строке проступило «Рейланд».

 Глава 3

Бумага плотнее любой, что я видел раньше, по краю её шла тонкая золотая нить, а от моего жетона в нижней строке тянулся неровный след, в котором проступило моё имя. Не чернилами и не углем. Чем‑то изнутри пергамента.

Пальцами ещё касался листа, когда услышал за спиной хрипловатый голос. Один из парней, тот, что вчера сидел напротив меня в столовой, шумно выдохнул и буркнул в свой лист:

– Тут же требования Ростка…

– Как нам такое выполнить? – раздалось рядом.

– Мы же не подходим… – потянул кто‑то третий, и его пергамент тихо хрустнул в пальцах.

Кайр у стены не торопился. Замер с тем же ровным лицом, с которым полчаса назад вёл нас через двор, и давал доске сделать свою работу. Двух или трёх пульсаций ему хватило оглядеть всех, кто держал бумагу, после чего он провёл ладонью у самого верха доски, не касаясь.

– Требование на листе, – выдал старший ученик, – не запрет. Это предупреждение. Для нормального исполнителя.

Кто‑то у меня за плечом коротко вдохнул.

– Если стоит «Росток девятой ступени», значит, такой ученик имеет шанс сделать работу и вернуться целым. – продолжал он говорить и обвёл ещё раз взглядом. – Вы не нормальные исполнители. Вы Листья, которые не проросли даже с пилюлей. У вас два пути. Брать мелочь снизу, и через две недели уйти за ворота. Или лезть выше своей стадии и доказать, что школа ошиблась, когда списала вас.

Под рёбрами у меня стянуло от узнавания ситуации. Несколько лет передо мной в деревне ставили примерно такой же выбор. Тащить слабому и голодному норму взрослого мужчины, но получить еду или не делать этого и голодать, а после меня ещё и накажут.

– Заданий с высоким вкладом для Зерна в городе не существует, – продолжил Кайр, не повышая голоса. – Серьёзная работа Зерну никем не доверяется. Поэтому школа уже пошла вам навстречу. Договорилась, чтобы заказчики допустили вас к тому, для чего вы не годитесь.

Он чуть скривил рот.

– Если справитесь… это скажет о вас больше, чем все ваши прошлые тренировки. Если Зерно выполнит работу Ростка, значит, в нём ещё есть что растить. Если не вытягивает – школа ничего не потеряла.

Пространство вокруг доски держало тишину. Только сейчас заметил, что с другой стороны стояли Стебли и смотрели на нас, пока мы держали листы с заданиями в руках, и каждый из этих листов уже не казался шансом.

В голове у меня медленно щёлкало. Так вот зачем была доска. Не вторая попытка и не помощь. Просто хитрый способ просеять. Тех, кто переживёт, школа возьмёт обратно и заметит. Тех, кто не переживёт, школа спишет чужими руками, и никто потом не назовёт это её виной. «Сухой лист» идёт на чужое задание и не возвращается. Школа развела руками. Заказчик пожал плечами. Город переступил.

– У всех на лицах одно и то же, – тихо заметил Варис рядом, так, что услышал только я. – Будто мы только что сами, выбрали свой способ умереть.

– Способ выжить, – поправил я.

– Это если повезёт.

Тавр поморщился и сжал свой лист сильнее, чем следовало. Он успел уже разок надорвать угол, тот теперь свисал маленьким ушком.

– Сто очков, – выдал он наконец. – Сто.

– А нужно двести, – ровно ответил Варис.

Тавр посмотрел на меня, ожидая, что я что‑то скажу, но слов у меня не было. Всё ясно. Чтобы получить вторую пилюлю, нужно два таких задания. Я сорвал один лист и теперь стоял с половиной пути.

– Гирт, Лиара и Эсса проглотили пилюлю и стали Стеблями, – произнёс Варис в воздух перед собой. – Мы проглотили пилюлю и получили по два задания… Каждое из которых может нас убить.

– Спасибо школе за заботу, – буркнул Тавр.

– А ты что ожидал чего‑то другого? – Варис коротко хмыкнул. – Если ты сильный, с тобой считаются и ты живёшь. А если слабый… то аккуратно подводят к яме и дают выбрать, с какой ноги прыгать.

В горле у меня что‑то царапнуло. Я вспомнил первую пилюлю. Как сила раскрылась внутри ровной волной, как Зерно у меня в груди впервые за всё это время повело себя так, будто действительно может стать чем‑то большим. И как третий глиф между бровей сделал свой первый оборот, забрал часть этой силы и пустил куда‑то ещё.