Пустой. Пенталогия (СИ) - Скабер Артемий - Страница 142

– Поэтому и думает.

Тавр на это принялся что‑то отвечать, но я уже не слышал. Поднялся с койки и накинул накидку.

– Ты куда? – Парень повернул голову.

– Во двор.

– Зачем?

– Воздух.

– Что у тебя за манера? – Тавр потянулся, – куда‑то уходить, когда нормальный разговор начался. Только мы девушек начали обсуждать, так ты уже куда‑то бежишь.

– Это не нормальный разговор, – хмыкнул я в ответ.

– Ну да, ну да. Иди тогда куда ты там собирался.

Дверь за мной закрылась. В коридоре уже было тихо. Лампы на стенах горели низко, масло пахло чем‑то сладковатым и пыльным. У выхода в общий двор я никого не встретил, лишь стражника у малых ворот корпуса, тот, что днём проверял жетоны. Он только повёл подбородком.

Двор школы ночью был другим, чем днём. Камень под подошвой высох и остыл, и через тонкую кожу сапог холод полез в стопы. Две луны стояли в небе высоко, одна за другой. Поэтому тени от навесов лежали двойные и со смещением. Воздух был плотный и тяжёлый, в нём стоял слабый запах дров.

Я отошёл от ближайших стен и сел у одного из навесов на каменный выступ. Дыхание выровнял медленно. Мой первый день меня не устраивал, как бы я ни гнал эти мысли они возвращались снова и снова.

Всё тело требовало отдыха, но я слишком хорошо понимал: если завтра будет так же, я просто не справлюсь. Нужно что‑то придумать и прямо сейчас, пока голова ещё держится.

Меч… С ним пока тяжелее всего. Потребуется много времени и практики. Необходимо найти промежутки, в которых я могу возвращаться к нему и тренироваться сам. Ещё попросить у учителя одолжить мне один из деревянных.

Зерно, вмятина, глифы, которые я вбил в источник. Как бы я ни хотел об этом размышлять – это бесполезно, во всяком случае сейчас. Время потрачу, силы, а результата не получу. Пока не дойду до Ростка. Потом вернусь к этому. Может быть, учитель по глифам что‑то расскажет… Хотя просто так никто никакой информацией делиться не будет. Снова во всём разбираться самому.

– Росток… – повторил я себе ещё раз. – Вот что сейчас действительно важно и то на чём я должен сосредоточиться.

А для этого нужно освоить новое созерцание школы Равновесия. Спина у меня сама выпрямилась. Колени развёл на ширину, ладони положил на бёдра, как показывал Эстер, и закрыл глаза.

Первое, к чему он велел обращаться, – кожа, от макушки до пят. Я попробовал. В первый заход потянул так, как тянул всегда. Рот сам собрался в трубку, грудь поднялась, поток повело вниз в зерно. Я остановил движение на половине. Зерно дёрнулось.

Не туда.

Закрыл рот плотно, не дал ему втянуть. Сосредоточился на коже, но она закрытая. Энергия неба стояла снаружи плотным фоном. Я попробовал снова представить её сетью. На внутренней поверхности плеч у меня прошла короткая дрожь. Поток коснулся. Прошёл по коже снаружи, как ветер. Я не успел его удержать. Зерно тут же подобрало то немногое, что просочилось внутрь, и подобрало слишком жадно. Пульсации сбились.

Открыл глаза, чтобы проверить. Двор был пуст, луны стояли на месте. Закрыл глаза снова и второй заход провёл иначе. Не «всё тело сразу», тело у меня большое, и кожи на нём много. Удержать внимание на всей одновременно у меня не выходило. Только плечи, от ключиц до краёв. Стянул внимание в одну эту полосу, не давая ему расплываться. Поток зашёл не глубоко и не быстро. Остановился в верхнем слое. В мышце я его удержал тем, что не отпускал внимание.

Сделал то же с местом, что подмышками и по бокам. Кожа там тоньше, и поток зашёл легче. Теперь поясница и ниже. Срыв на четвёртой пульсации помешал концентрации. Вся энергия, что собралась в теле тут же рванула в зерно. Я свалился с камня и схватился за грудь. Источник распух и давил изнутри. В глазах пошли чёрные крути.

Когда успокоился, снова забрался на камень. Плечи, рёбра, поясница, бёдра, кисти. По очереди и чуть‑чуть. Каждый участок не больше нескольких вдохов. Удерживать в верхнем слое тела. Кожа запульсировала и словно стала горячей. Всё внимание сосредоточил на участках кожи. Заставлял себя ни о чём не думать и не дать сбою Зерна помешать.

Мышцы свело короткой судорогой. Голень дёрнулась первой, потом плечо и задняя поверхность бедра. Я держал. Кости заломило, словно кто‑то медленно их расклинивал изнутри. Пот выступил на висках. Сначала одна капля, потом дорожка. По шее и под ключицу.

Всё в моём теле пыталось мне помешать и отвлечь. Время тянулось, срыв шёл за срывом, но каждый раз у меня получалось всё быстрее начать и чуть дольше задержаться. Кожа уже не стала проблемой, а за ней и мышцы. Где я возился дольше всего – так это кости и внутренние органы.

Но и там поймал свой ритм, сделал пятнадцать вдохов. Попытки шли одна за другой и в какой‑то момент я перестал их считать. А потом поймал себя на странном ощущении внутри. Вроде бы всё горело, ломило, пульсировало, но… стало как‑то спокойно.

Вот оно! Я смог повторить созерцание школы Равновесия от кожи и до самых органов, а потом до источника. Это не было полной победой. Скорее, первый ровный след на грязи после сотни сорванных шагов. Сделал ещё один нормальный круг и ни разу не сорвался.

Открыл глаза и устало выдохнул.

Двор стоял пустой. Лунный свет лежал на камне косыми лужами. У дальней стены, у самого входа, на узком каменном выступе сидел… человек? После созерцания зрение немного плыло, когда я сфокусировался, то понял, что это… Одр и он смотрел на меня.

Глава 12

Тело собралось раньше головы. Я не дёрнулся, лишь повёл взгляд по двору и убедился, что нас двое. Лун всё так же стояло две, ветер шёл по верху стен ровной полосой, в то время как Одр не двигался.

Слишком наблюдательный, слишком часто говорит в точку. Сегодня – про меч. В первый вечер – про знак, который шёл через комнату не от моей руки. В коридоре – про дефект, который иногда форма для будущего роста. Каждый раз ровно в то место, которое никто, кроме меня не знает.

Сколько он видел? Хотя это не так важно. Кто‑то его послал? Я перебрал имена и каждое отбросил по разной причине. Школа пути и Сейна? Не думаю, что я настолько важная птица, чтобы целая школа направила сюда человека, чтобы отомстить мне. Скалец? Да он имеет знакомства с разными людьми, но чтобы запихнуть своего в школу…

Нет, не сходится. И один и второй не успели бы так быстро всё организовать. Кто я для города? Деревенский без рода. Если за мной кого‑то приставили, значит, я не тот, кем себя считаю. Поднялся медленно, чтобы не показать, что меня этим зацепило. Колени слушались плохо.

Одр с выступа не двинулся, поэтому направился к нему.

– Долго смотришь? – поинтересовался я.

Он моргнул и сфокусировал свой взгляд на мне. Не знай я его так, как уже знаю, подумал бы, что он созерцал, так же как и я.

– Не считал.

Голос вышел тихий, ровный, без всякого оттенка. Я ждал хотя бы какой‑то напряжённости или виноватости. Он не оправдывался и не объяснялся. И в этом «не считал» сидело столько простоты, что я на пульсацию засомневался. Может, и правда он тут случайно, просто совпало, что мы оба оказались тут.

– Что тебе нужно? – не сводил с него взгляда.

– Ничего. – Одр повёл плечом, отделившись от тени. – Просто ты интереснее всех остальных.

Меня не проймёшь это странной лесть. Я сел на соседний выступ рядом с ним. Одр развернулся, но не ко мне, а к пустому двору. Так у нас в деревне сидели рядом с тем, к кому пришли не по делу, а прост, чтобы быть рядом. Только Одр пришёл по делу. В этом я больше не сомневался.

Я прикинул его как противника. Тело худое, длинное, в плечах узкое. Кисти крупные. Шею он держал так, что плечи никогда не уходили вверх. Судя по тому, что я видел… он хорош. Просто так с ним не получится справиться, если он попытается на меня напасть… Непробиваемость на руки и режущий в шею. Сейчас, в темноте, без свидетелей, я бы успел.