Пустой. Пенталогия (СИ) - Скабер Артемий - Страница 118

Я повторил это про себя.

– Узла? – поднял бровь.

– Узел идёт после Ростка. – Кайр глянул на меня через плечо. – Ты не знал?

– Нет.

– После Ростка – Узел. После Узла – Сердцевина. – Пауза. – Те, кто достиг сердцевины, редкость в городе. У нас в школе только великий глава на такой стадии.

Мы двинулись дальше. В голове не укладывалось Узел, Сердцевина… а ещё даже не Росток. Всё, что в деревне казалось вершиной, здесь оказалось даже не лестницей… лишь первым камнем у ступеней. Действительно небо огромно, как и его путь.

– А за… – попытался спросить.

– Есть! – тут же оборвал меня парень. – Да за Сердцевиной есть ещё стадии. Но не забивай себе этим голову. Рано слишком.

Я захлопнул рот. Сам не заметил, как открыл его. Что же там за монстры? В груди вдруг стало так тепло. Теперь я знаю куда мне расти дальше. Росток, Узел, Сердцевина. Это только начало.

Странное ощущение, словно до этого я видел только на десять шагов, а теперь могу узреть на тысячу. Взгляд снова зацепился за форму.

– А чёрное? – спросил я.

– Чёрная полоса по краю одежды – главы и старшие мастера. Стадия Узла десятая ступень. – Кайр помолчал немного. – Ровэн – он в голубом с чёрным. Такой в школе один, он почти достиг сердцевины. Скоро у нас будет два учителя такой стадии. Ни в одной другой школе такого нет.

Я вспомнил давление от него. Не волна, а земля другой плотности. И то, что Сейна перед ним стояла прямо и говорила ровно. Она его не боится? Или она тоже очень сильная?

От этой мысли стало немного не по себе. Я теперь её враг. Но то как говорил с ней Ровэн. Он был уверен в себе и своих силах.

– Но почему?.. – снова попытался узнать. В этот раз меня не перебили. – Если он так силён и ещё глава школы, а сам сидит там и принимает деревенских?

Кайр помолчал немного. Мы проходили через второй двор – меньше первого, без площадок, просто переход между зданиями.

– Ну не только деревенских. Просто, ему скучно, – ответил он. Голос стал осторожнее. – Всё своё время он тратит на возвышение и чтобы как‑то развлечься… принимает учеников.

– Это странно, – сказал, то что было на уме.

– Да, – согласился Кайр и замолчал, давая понять, что продолжать не будет.

Он знал что‑то ещё и не хотел говорить или не посчитал ненужным объяснять мне. Странный мужик, подумал я ещё раз о Ровэне.

Мы прошли мимо ещё одной площадки. На этой никого не тренировали, просто стояли несколько парней в белом и говорили. Когда мы приблизились, один из них – невысокий, с внимательными глазами – посмотрел на меня. Так смотрят, когда оценивают и уже начали делать выводы.

Я отметил его и пошёл дальше.

– А ты сам? – спросил я у Кайра. – Какая ступень?

– Росток, восьмая, – гордо заявил парень.

Я не ответил сразу, переваривал это в голове. Восемнадцать лет – восьмая ступень ростка. В деревне, Ксур стал старейшиной, а он девятая ступень зерна и добился своей силы годами. А этот парень в школьной накидке, что ходит по ровным камням, уже выше любого, кого я знал.

Действительно небо даёт каждому как захочет. Ещё раз посмотрел на Каира. Я должен, нет, я обязан… До восемнадцатилетие добраться до восьмой ступени ростка. Цель стала ярче и чётче.

– Ты молодец, – сказал я честно.

– Среднее по городским меркам, – пожал плечами Кайр. – Те, у кого хорошие наставники и нужные пилюли, в восемнадцать бывают и выше.

Выше? Значит, есть и такие? Значит, то, что я считал своей скоростью… это ничто? Потому что не с кем было сравнивать. Тут просто другой мир. Я это понимал умом ещё у ворот, когда стоял и смотрел на белые стены. Но сейчас это стало числом. Восьмая ступень ростка в восемнадцать лет – средние успехи по их меркам…

Мы свернули в ещё один двор и я снова остановился, чтобы оглядеться.

Здесь было тренировочное поле. Широкое, открытое, с утоптанной землёй, на которой трава не росла. На поле стояло человек двадцать в белых накидках и у каждого в руках было деревянное оружие.

Палки разной длины, некоторые с утяжелёнными концами. Перед ними ходил мужчина в накидке серой с золотой полосой и что‑то объяснял. Показывал хват, угол наклона, положение ног. Ученики повторяли.

– Когда начинаются занятия? – спросил я у Кайра.

– Завтра с утра. Сегодня тебе только устроиться.

– Чем занимаются на базовом обучении? – решил узнать, что меня ждёт.

– Основы. – Парень пошёл дальше, а я за ним. – Энергия неба, как её принимать правильно и как она работает внутри. Тело – как его развивать, чтобы зерно не опередило. Первые техники. Базовые. Умение не сдохнуть от руки или оружия противника. Потом это проверят на экзамене.

Техники? Меня научат новым техникам? От этой мысли вдруг стало так хорошо. Мы прошли мимо поля. С другой стороны от него было ещё одно здание, длинное, с широкими воротами и открытыми внутрь дверями. Оттуда доносился звук металла о металл – ровный, ритмичный.

– Что там?

– Мастерская, – сказал Кайр. – Таким как ты, туда пока нельзя.

Пока. Значит, потом можно.

– А что такое экзамен? – спросил я.

– В середине базового класса. Проверят: стал ли ты ростком и какой ступени, смог ли освоить техники, физические возможности. Кто проходит – остаётся в школе и идёт дальше. Кто не проходит – выходит.

– Выходит – это как? Выгоняют?

– Свободный ученик может уйти сам в любое время. – Кайр пожал плечами. – Те, кто под обетом, – других вариантов нет, они просто остаются на нижних работах. Но свободный платит за полное обучение. Если он не смог пройти экзамен, то уходит. Да, и чтобы дальше двигаться, придётся раскошелиться. Основной курс обучения стоит куда дороже. Уж поверь мне… – парень поморщился и почему‑то потрогал шею.

– Платить снова? – уточнил я.

– Да, – кивнул Кайр. – А ты что думал, принёс ядра и тебя до самой смерти будут: кормить, давать жильё, одежду, оружие и ещё и учить? Ну что с тебя взять… Деревенский и наивный.

Меня немного задели его слова. При чём тут откуда я? Просто спрашиваю, как тут всё работает. Выходит, если я захочу остаться дальше, то нужно снова раздобыть ядра зверей на пути возвышения и куда больше. А может быть зелёные? Узнаю об этом обязательно.

Выходит, если в середине базового курса, я не пройду экзамен – меня выгонят и все моя ядра сгорят? Нет! Я пройду его, чего бы мне это не стоило.

Мы вошли в здание через боковую дверь. Коридор, каменный пол, высокий потолок. Стены гладкие, штукатурка плотная. Двери по обе стороны, деревянные. Из‑за одной доносился монотонный голос. Кто‑то читал вслух, ровно, без интонаций.

– Учебный корпус, – сказал Кайр. – Занятия, библиотека, комнаты учителей.

– А где буду жить я?

– Покажу, – улыбнулся парень. – Не переживай, на улице не придётся.

Мы прошли через коридор, вышли во двор поменьше, с дорожками между чем‑то вроде грядок. Земля там была взрыта, как будто недавно копали.

– Что здесь? – я кивнул.

– Не важно.

Следующее здание было другим. Выше, шире. И в каждом окне – стекло. Прозрачное, без пузырей и трещин, в деревянных рамах. В нашей деревне не было стекла нигде. Ни в одном доме.

Я остановился на секунду и посмотрел на ближайшее окно. Через стекло был виден свет от свечи или очага – жёлтый, тёплый. Просто свет. Но то, что он проходил сквозь прозрачную твёрдую вещь, казалось мне невероятным.

– Здесь живут, – сказал Кайр.

Он толкнул тяжёлую дверь.

Внутри был широкий коридор и несколько масляных ламп на стенах. Каменные стены, деревянный пол, натёртый до блеска. По обе стороны от входа длинные скамьи. На одной сидел парень в белом и зашивал рубаху, низко опустив голову. Поднял взгляд, когда мы вошли. Оценил нас, меня дольше и опустил голову обратно.

У стены слева стол. За ним человек лет пятидесяти, широкий, с короткой седоватой бородой. Одежда без знаков, просто серое. Смотрел в деревянную дощечку, которую держал в руках.

– Новый, – произнёс Кайр. – Свободный ученик, базовый набор. Прошёл приём сегодня.