Горький дым (СИ) - Волков Тим - Страница 45

Заводиков, подобных тому, куда прибыл Иван Палыч, в городке имелось немало. Обычное краснокирпичное здание типичной фабричной архитектуры, одноэтажное, приземистое с выбитыми стеклами и покосившимся крыльцом. Раньше здесь была какая-то красильня или дубильный цех, и с тех времен, наверное, должно было бы хоть что-то остаться, по крайней мер, доктор на это надеялся, получив на заводик карт-бланш.

В левом крыле, судя по целым стеклам, располагалась контора. Здесь еще теплилась жизнь, правда, было непонятно, чем именно управляла контора? Сдавала в аренду оставшиеся площади каким-нибудь частным артелям? Очень может быть.

Видно было, что в конторе засуетились: услыхав звук мотора, подбежали к окнам, заметили автомобиль…

Пожав плечами, Иван Павлович запахнул пальто и вошел внутрь, оказавшись в длинном узком кабинете с тремя конторским столами, двумя кульманами и массивным резным шкафом со стеклянными дверцами, явно оставшимся от прежних хозяев. А вот висевший на стене телефонный аппарат, явно был новым! Еще внутри имелась круглая печка-голландка, вычурного вида вешалка и старый диван.

За столом у входа сидел круглолицый толстяк лет сорока пяти, в серой толстовке и коричневых довоенных брюках. Еще один стол занимал худосочный интеллигент с рыжеватой бородкою и в пенсне, у кульманов же возились молодые ребята, лет по двадцати пяти, один — курносый блондин самого задорного вида, и второй — флегматичный узколицый брюнет. Одежка их разнообразием не отличалась — все те же толстовки, телогреечки да застиранные брюки-галифе.

— Товарищ, вы к кому? — глянув на посетителя, важно осведомился толстяк. — Вам назначено?

— Здравствуйте! — сняв шапку, доктор широко улыбнулся. — Я Петров, из Москвы, из наркомата. Вот мой мандат…

— А, Иван Павлович! — просиял толстяк. — Как же, как же, о вас уже телефонировали! Ждем-с. Уж все глаза проглядели. Значит, вы — новый внешний управляющий?

— Да-да, на какое-то время, — кивнув, заверил визитер.

— Очень приятно! Комельков, Иван Афанасьевич, ведущий счетовод! — круглолицый кивнул на «интеллигента» — А этот вот, наш главный инженер, Вадим Андреевич Кротов.

— Вадим Андреевич, — выскочив из-за стола, Кротов протянул руку. — Ну, и вот — помощники мои, инженеры. Недавно закончили институт! Товарищ Раков и товарищ Агаян.

— Игорь! — улыбнулся курносый блондин Раков.

— Сергей! — Агаян смущен улыбнулся.

— Значит, все же, решили восстановить производство? — потер бородку Кротов. — Химическая артель?

— Скорей, химико-биологическая, — повесив на вешалку пальто, Петров развел руками. — Посмотрим, как пойдет.

— А что выпускать будем? — оживился Раков. — И в каких объемах планируется?

— Леденцы! — глядя на вытянувшиеся лица конторских, Иван Павловичи едва сдержал смех. — «Ландрин» или «Монпасье». В промышленных объемах!

— Леденцы! — ахнул Агаян. — А… а где сахар возьмем?

— Глюкозу сделаем!

— Глюкозу? А из…

— Из рогоза и опилок!

На какой-то миг в конторе повисла тишина. Слышно было, как во дворе завыла бродячая собака.

— Из опилок… — тихо протянул Комельков. — А сможем? Мы ж пока только арендой занимались…

— Ничего, ничего, — подойдя к вешалке, Петров вновь надел пальто. — Для начала пройдемте-ка в цех. Посмотрим, что там у вас осталось.

— Да, да, извольте-с! — заулыбался счетовод. — Вадим Андреевич, покажете? И вы, ребята, тоже сходите.

— Было бы, чего показывать, — накинув тужурку, главный инженер поправил пенсне. — Однако, надо, так надо. Пошли.

От прежней красильни остались три больших котла, один из которых оказался с трещиной, но два других вполне можно было приспособить к делу. Ну и разместить установки площадь вполне себе позволяла.

— Ничего, заведем дело! — потер руки Иван Павлович. — Я вам сегодня все подробненько объясню! Да, нужно нанять рабочих — привести в порядок цеха. Подмести, вставить стекла и все такое. А уж потом и производство запустим, ага!

Вот тут доктор Петров лгал. Не по своей воле, а по приказу товарищей из ВЧК! Речь шла вовсе не о производстве… А о его имитации!

Глава 21

Да, именно так — завод-приманка! Который должен привлекать всех моих (и не только моих) врагов, одновременно отвлекая их от Люберцев, где развернулась самая широкая маскировка. Именно там, в Люберцах, инженер Петр Ильич при активной помощи железнодорожного механика Лебедева разворачивал сейчас самое настоящее производство! В ближайших планах было запустить еще несколько установок, выйдя, так сказать, на промышленный масштаб.

Работа в люберецких цехах шла весьма деятельная, и под тщательным прикрытием. Цех, где производили глюкозу, переименовали в «лакокрасочный», там и в самом деле делали лаки и краски для покрытия автомобильных кабин, вот только это производство вовсе не было главным.

Перед отъездом из Звенигорода Иван Павлович телефонировал в Люберцы, громко — чтоб слышали все вокруг — справившись о наличии фурнитуры.

— Как там со стеклами, есть стекла? Хватает? Хорошо… И фанеры хватает? Ну, скоро купим пресс! Лаки да краски у нас, слава Богу, свои… А фурнитура? Как с фурнитурой? Что-что? Дверных ручек не хватает? И замков? Безобразие! Сегодня лично заеду на Металлический!

С видимым раздражением бросив трубку, доктор развел руками:

— Ох, товарищи, как же трудно всем сразу руководить! Никуда не денешься — приказ Совнаркома! У самого Феликса Эдмундовича знаете, сколько должностей? То-то! Что уж там говорить. А в Люберцах мы тоже леденцы хотели… Да что-то плохо пошло! Вот ВСНХ и решил тамошний завод перепрофилировать. Здесь, у вас, разместить экспериментальные установки для производства глюкозы и леденцов, в Люберцах же развернуть завод по изготовлению автомобильных кабин и кузовов. А потом, глядишь, и сами автомобили начнем выпускать! С Фордом контракт подпишем!

— Да-а… — восхищенно протянул Игорек Раков. — Автомобили, это вам не леденцы! Тем более — Форд…

— Ничего! — прощаясь, Петров негромко засмеялся. — Зато своим леденцами мы всю Россию накормим! Никто от голода не помрет.

На Металлический завод, расположенный на Южной окраине Москвы, близ улицы Дербеневской, Петров заехал лишь ближе к вечеру и сразу же заглянул в отдел снабжения и сбыта, где его уже знали.

— А, Иван Павлович! Заходите, заходите! — Федор Пращенков, инженер по сбыту, шустрый молодой человек с узкой бородкой, радушно предложил чайку.

Доктор не отказался, тут же начав деловой разговор.

— Фурнитура? — выслушав, Пращенков удивленно развел руками. — Ну, так Иван Павлович, дорогой! Мы ж все отправили! В полном соответствии с заказом. Так что напрасно вы… Вот, сами смотрите…

Сбытовик вытащил из ящика пухлую кипу бумаг:

— Вот накладные… вот расходные ордера… И оплата уже прошла — смотрите!

За окном, во дворе, украшали рождественскую елку. Слышались детские крики и смех.

— Вижу, вижу, — покивал Иван Павлович. — И прошу извинить. Видать, неверно меня информировали. Ну, что ж — спасибо!

— Да не за что, Иван Павлович. Мы свою работу делаем.

— И — тем не менее… Кстати, за чай тоже спасибо — вкусный! Я вам в следующий раз бубликов занесу!

Надев пальто и шапку, доктор вдруг обернулся на пороге:

— Все забываю спросить… Конкуренты наши не объявлялись? Про фурнитуру не спрашивали?

— А ведь, знаете, были! — Пращенков хлопнул себя по лбу. — Заработался! Совсем забыл сказать, хоть вы и просили.

— Ну-ну-ну? — снова усевшись на стул, насторожился Иван Павлович. — И кто ж приходил, что спрашивал?

— Да с утра еще какой-то высокий мужчина заглядывал. В кожанке, в автомобильном шлеме. Такой представительный с усами… На бывшего офицера похож! Вашим цехом интересовался — сколько фурнитуры туда пошло, да по какой цене! Я ему даже прейскурант дал, это ведь не тайна. Тем более… вы же не просили молчать…

— Нет-нет, вы все правильно сделали, — Петров мягко улыбнулся. — Он как-то представился?