"Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 98

И вот тогда, впервые за всю миссию, в голове защёлкнуло:

А может, глава Синдиката ошибался?

Он говорил, что портал ограничивает проходящих — по воле Абсолюта, по законам «баланса». Что сильный не пройдёт, потому что «мир ещё не готов». Классика. Всегда найдутся те, кто приписывает волю системе, лишь бы не признать, что не всё под контролем.

Но теперь…

Абсолют не чувствуется.

Здесь тишина, чуждая его цифровому всевидению.

А монстр… он не был связан ни с Синдикатом, ни с Абсолютом, ни даже с обычной логикой существования.

Может, это место и правда вырвано из-под его власти?

Зона, оставшаяся от других, кого даже Система не смогла поглотить?

Я выпрямился, глядя в пыльную даль.

Если это правда — значит, я не просто в задании.

Я — на территории чего-то чужого.

Деревня появилась внезапно.

Без предупреждения. Без маркеров. Без рун на подходе.

Просто — тени строений, силуэты разрушенных крыш, стены, склонившиеся, как старики, что забыли, зачем встали.

Я остановился на границе — не из осторожности, а от… ощущения.

Здесь всё было слишком тихо. Даже ветер обходил деревню стороной, будто сам не хотел связываться с тем, что здесь осталось.

Я шагнул вперёд.

Первый дом — глинобитная конструкция, вросшая в песок. Трещины. Следы когтей? Или ветра? Невозможно понять.

Второй — частично обвалившийся, но внутри будто кто-то… чистил пол? Нет, иллюзия. Просто так упал свет.

Я осмотрел улицу — ничего. Ни тел. Ни останков. Ни личных вещей.

Как будто всё живое просто ушло, оставив тела позади.

И вот тогда это началось.

Сначала — вспышка боли в висках.

Потом — звук, будто кто-то прошептал мне в ухо изнутри черепа.

Слова я не понял. Только дрожь. Мозг, словно провалился в себя.

Мир накренился. Ноги перестали слушаться.

Я пошатнулся, пытаясь удержать равновесие. Всё плыло. Камни под ногами превратились в зыбкую глину. В груди ударила волна тяжести, как будто меня погрузили в сгущённый воздух.

Я успел подумать:

"Вот и вся разведка. Даже не крикнуть в рацию."

Я рухнул на землю.

Пыль в лицо. Глухой удар в плечо. Затем тень.

Кто-то склонился надо мной. Расплывчатая фигура — не разобрать черт, не понять, кто.

Живой? Враг? Призрак?

Я попытался дотянуться до кинжала — пальцы не слушались. Только слабый судорожный жест.

Затем — резкий рывок. Кто-то схватил меня за шиворот доспеха. Потянул. По земле. Лицо цеплялось за пыль, щёка поцарапала камень.

Сознание рвётся клочьями.

Мышление не фокусируется. Внутри — только кашель, дрожь и растекающаяся боль.

Я где-то там, глубоко, услышал свой голос, отдалённый, как эхо:

"…похоже, Земля уже не увидит своего героя…"

"…и Марина…"

Та, кому обещал вернуться живым.

"…прости, Марин… не в этот раз…"

Мир стал жидким. Текучим. Распадающимся.

Сознание возвращалось с хрипом.

Медленно, неохотно, будто я тянул себя из болота, где за ноги цеплялись корни и пальцы мертвецов.

Сначала — ощущение тела.

Оно было… неправильным.

Слабым. Тяжёлым. Без опоры. Я не чувствовал под собой пола. Руки тянули вниз наручники — меня подвесили, растянув, как тушу на крюках.

Я попробовал двинуться — тщетно.

Мышцы дрожали, но не подчинялись. Ни силы, ни резерва, ни отклика от средоточий.

Они были… заглушены.

Я чувствовал их, где-то глубоко внутри, как сны на грани пробуждения. Но вытянуть — не мог. Словно вокруг тела стоял кокон, впитавший всю волю.

Я снова просто человек.

Не посланник. Не воин. Просто тело — измученное и скованное.

Где-то рядом, за спиной, послышался голос.

— Не ожидал, что очнёшься.

После удара Мозголома большинство остаются… ну, как бы это сказать… овощами. Пустыми. Внутри — только дыхание и медленная смерть.

Я поднял голову — едва.

Перед глазами всё плыло. Свет был тусклым, будто лампы горели сквозь слой пепла.

Шаги приближались. Тяжёлые, неторопливые. Человек — или не совсем человек — подошёл сбоку. Я разглядел очертания: высокая фигура, лицо закрыто наполовину маской, блеск металлических пластин на руках. Но это не был доспех Абсолюта. Ни стиля, ни рун. Скорее — кустарная мощь, собранная из чужих обломков.

— Посмотри на себя, — продолжил он с издёвкой. — Вся надежда Земли. Шавка Абсолюта, восславленный герой, неотправленная открытка Марине…

Я вздрогнул. Он знал имя. Он слишком много знал.

— Не напрягайся, — усмехнулся он. — Мы читаем следы. А в тебе их слишком много. Заносчивость, вера, вина. Хороший набор. Приятно будет поиграться.

Он наклонился ближе. Его глаза — чёрные, сухие, как пепел в выжженной печи. Без зрачков. Без эмоций.

— Знаешь, что самое забавное?

Ты выжил. Устоял перед ударом Мозголома.

Такое бывает… раз в десятилетие.

Он хмыкнул.

— Но всё это ничего не значит. Потому что ты здесь. Потому что тебя поймали.

А теперь у тебя будут весёлые последние дни жизни, шавка. Я лично прослежу, чтобы ты прожил каждый из них очень осознанно.

Он встал, не торопясь.

— Если выживешь — снова поговорим. Но не рассчитывай.

Тишина. Дверь. Звук затвора. Темнота стала гуще.

А я висел, глядя в серый потолок, и впервые за долгое время почувствовал страх.

Не за себя. За то, что Марина так и не узнает, что я пытался вернуться.

Время тянулось вязко. Без счёта. Без перемен.

Я не спал — не мог. Не двигался — не мог. Только думал.

И мысли… были неутешительными.

Ментальная защита?

Ха. Хорошая шутка, Игорь.

Я гордился ею. В мире ящеров, где разум пробивали напрямую, меня ни разу не смогли продавить. Тогда я думал — непрошибаем.

А теперь?

Один удар — и я валяюсь овощем.

А после этого… кто-то прочёл мои мысли. Имя Марины, слова из прошлого, чувства, которые я прятал под кожей.

Они это увидели.

Значит, защита — не абсолют. Просто в тех условиях, с теми техниками, она была выше среднего. А тут… Тут совсем другие силы.

Я вздохнул — с трудом. Рёбра ныли.

Где я?

Пустошь? Нет. Атмосфера другая. Воздух тяжёлый, но без песка. И нет характерного запаха ветра. Здесь — замкнутое пространство. Стены — глушат эхо. Возможно, подземный уровень. Глубокий.

Кто они?

Не Синдикат — это точно. Те играют по правилам. Да, правила — кровавые, но всё же правила. Здесь же — дикость, скрытность, ненависть к Абсолюту. Причём личная. Горячая. Осознанная.

А ещё — Мозголом.

Тот, кто вырубает всех.

Но не убивает сразу.

Значит, я нужен им живым. Пока.

Значит, есть шанс.

Я замер, прислушиваясь к себе.

Средоточия по-прежнему молчат. Как будто завязаны. Но где-то глубоко я чувствовал их пульсацию. Тонкую, слабую, но — живую.

Если я смогу вырвать хотя бы одно — шанс появится.

Не бежать. Бессмысленно. Но — дождаться момента.

Собрать энергию. Почувствовать слабость системы.

И тогда…

Я закрыл глаза.

Тогда я ещё покажу этим ублюдкам, кто такая «шавка Абсолюта».

Пытки начались не сразу.

Сначала — ожидание.

Тишина.

Голод.

Одиночество.

Скукоживание человека в теле.

Они знали, что делают. Сначала лишить ощущения времени. Потом — капать.

Первые визиты — без слов.

Металл. Электроды. Иглы, скользящие под ногти.

Я не кричал. Поначалу из упрямства. Потом — просто не было сил.

Они не задавали вопросов. Не интересовались кодами, миссией, ни черта.

Они наблюдали.

Изучали, как реагирует тело. Где начинается дрожь. Где выстреливает адреналин. Где ломается дыхание.

Потом — пришли с голосами.

Визуальные проекции. Лица, похожие на знакомые. Голоса, которые я знал.

Марина, из тумана.

Командир из первой миссии.

Даже отец.

Они говорили:

«Ты подвёл».

«Ты стал игрушкой».