"Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 378

Я продолжал наблюдать за отрядом, стараясь держаться на расстоянии. Их поведение всё больше напоминало работу разведчиков. Они не шли прямо, как патруль, и не прочёсывали местность хаотично, как охотники. Их маршрут был выверенным.

Они внимательно осматривали землю. Один присел и провёл когтем по пыли, будто проверяя следы. Другой поднёс к морде камень, облизал его, затем отбросил в сторону. Несколько раз они останавливались у костей, задерживались у оплавленных камней, и каждый раз это выглядело так, будто они сверялись с чем-то невидимым.

Меня кольнула мысль: это или плановый обход территории, или поиск кого-то конкретного. И слишком уж многое указывало на второе. Их внимание к следам, синхронность действий, жесты — всё говорило о том, что они выслеживают чужака. Может быть, меня.

Я замер и едва осмеливался дышать, наблюдая из-за камня. Если они ищут меня, значит, мой бой с охотником не остался незамеченным. Значит, хозяева знают, что здесь появился кто-то лишний.

Но при этом меня не отпускало другое чувство — любопытство. Эти отряды шли не наугад, их движения подчинялись логике, которую я пока не понимал. Вопрос рождался сам собой: что дальше? Что именно они ищут, кроме следов чужаков? Какой план у тех, кто стоит над ними?

Отряд вскоре свернул в сторону, скрываясь за холмами. Я остался один среди костей и оплавленных камней, но пустошь уже не казалась безмолвной. Где-то там, впереди, был центр этой системы. Место, ради которого туманники прочёсывают окрестности и ради которого сюда стянуты силы.

Мысль, что я движусь в ту же сторону, грела и пугала одновременно.

Я шёл следом, стараясь не упускать из виду силуэты теневиков. Их было восемь, и двигались они так, будто знали каждый камень под ногами. Туманники продолжали осматриваться. Каждое их движение было слишком осмысленным. Один останавливался и склонялся над землёй, другой поднимал голову и втягивал воздух, третий внимательно оглядывал камни, будто те могли скрывать следы.

Я держался на расстоянии, прячась в складках местности. Местами приходилось ложиться на землю и проползать между редкими кустами или застывать у скалы, пока туман заволакивал мою фигуру. Невидимость помогала, но рядом с ними я уже не чувствовал её абсолютной надёжности. Слишком уж внимательными были их глаза, и казалось, что в них отражается больше, чем простая картинка.

Теневики двигались осторожно, но при этом уверенно. Это не была слепая охота — они шли по невидимой тропе, которую я, несмотря на все старания, пока не замечал. Их жесты и редкие короткие звуки, больше похожие на шипение, выдавали сложную систему сигналов. Стоило одному приостановиться, остальные мгновенно синхронно повторяли его движение.

Я наблюдал и постепенно начинал ощущать странное чувство — будто они вели меня за собой. Не напрямую, не специально, а как проводники, даже не подозревающие о своей роли. Всё в их поведении говорило о том, что впереди их ждало что-то важное. Они не суетились, не спешили и не позволяли себе отклоняться от курса. Каждый шаг был частью большего плана.

И я поймал себя на мысли: может быть, и правда стоит идти за ними. Иногда враг ведёт к целям лучше любого союзника.

Я ещё не видел ничего впереди, но ощущение приближалось, словно набатный звон в глубине сознания. Сначала это было лёгкое давление на виски, потом — странная дрожь в груди, будто сердце начинало биться в ином ритме, подстраиваясь под чужую мелодию. Воздух вокруг становился плотнее, как перед грозой, когда небо ещё чистое, но уже знаешь: через минуту ударит молния.

Каждый вдох давался тяжелей. Казалось, что я втягиваю не воздух, а вязкую ткань. Она липла к лёгким, и даже магия требовала больше усилий. Земля под ногами вибрировала едва уловимо, словно под ней текли глубинные реки силы. Сначала я решил, что это игра воображения, но чем дальше шёл, тем отчётливее становилось ощущение: рядом источник, и он настолько мощен, что не скрыть даже от случайного путника.

Теневики двигались быстрее, будто тоже чувствовали это. Их глаза сверкали в тумане ярче обычного, жесты стали короче, торопливее. Я почти физически ощущал, как они натянулись, как струны. Они шли к чему-то, и я теперь знал — к месту силы.

Я остановился на миг, позволив себе просто вслушаться в пространство. В груди звенело, как если бы кто-то тихо ударил по камертону. Магическая ткань мира колебалась, её волны расходились во все стороны. Таких ощущений я не испытывал со времён храмов. Но там всё было организовано богами, выстроено для испытаний. Здесь же всё выглядело иначе: дикая мощь, грубая и необузданная, но подчинённая чьей-то воле.

Мысль пришла сама собой: я близко. Очень близко. И это не просто крепость теневиков — это сердце земли, в которое они вцепились зубами.

Холмы разошлись, и передо мной открылось зрелище, от которого я на миг задержал дыхание. Среди серых камней возвышалась крепость, будто выросшая из самой земли. Низкие, но толстые стены сливались с холмами так, что заметить её издалека было почти невозможно. Угловатые башни врезались в небо, словно зазубренные клыки, а по их краям мерцал слабый красноватый свет — сигнальные огни или руны.

Патрули туманников ходили по периметру, но не так, как в городах, где они действовали по привычке. Здесь чувствовалась выучка. Движения были чёткими, и казалось, что каждый знает своё место в этой схеме. В проходах стояли часовые, внимательно смотревшие не только наружу, но и внутрь, словно боялись не вторжения, а того, что охраняли.

В самом центре крепости я заметил свечение. Оно било снизу, пробивалось сквозь щели и разломы в камнях, будто там под землёй дышал сам мир. Красновато-золотые всполохи вспыхивали, угасали, но ни на миг не исчезали. Они били в глаза даже через туман, и от этого света исходило то самое ощущение силы, которое я чувствовал всё время пути.

Я прижался к камню и позволил себе несколько секунд наблюдения. Мысль напрашивалась сама собой: место силы. Настоящее, дикое, неподконтрольное. Но настолько охраняемое, что любая попытка прорваться внутрь обернётся самоубийством.

Я сжал зубы. В прошлые разы у меня бывало искушение рискнуть, прорваться, проверить границы. Но здесь всё выглядело иначе. Эта крепость не для того, чтобы укрыться от внешнего врага. Она для того, чтобы держать под контролем то, что внутри.

И я впервые за долгое время ясно сказал себе: нападать не буду. Вечно лезу в каждую ж... передрягу. Так и помру в расцвете лет, не оставив наследников.

Я задержался дольше, чем следовало, и заметил нечто странное. От самого сердца крепости, из того сияющего разлома, исходила тонкая линия. Она не была видимой для обычного глаза — скорее, ощущаемой. Но стоило сосредоточиться, и нить словно проступала из воздуха, дрожащая, как раскалённый в зное воздух над дорогой.

Я включил энергетическое зрение, и всё стало очевидно. Поток силы уходил из центра крепости в одном направлении, пробивая землю под ногами, растекаясь невидимой рекой. Он был настолько плотным, что даже без магии его можно было почувствовать: лёгкий толчок в груди, дрожь под подошвами.

Нить тянулась далеко, скрываясь за холмами, и я понял — это не замкнутое место силы. Оно работало на что-то большее, связанное с другими узлами. Словно жилы в теле, оно питало огромный организм.

Я прищурился, наблюдая за патрулями. Они не смотрели на эту линию — для них она была привычной, частью мира. Но я не мог отвести глаз. Вопросы роились в голове: куда уходит поток? Сколько таких мест ещё существует? И что будет, если одно из них уничтожить?

Принять решение было просто. Нападать на крепость смысла не имело. Но проследить за этой нитью я мог. Она сулила ответы, которых я давно искал.

Я отступил от склона, скрылся за туманом и двинулся вдоль невидимого потока. Каждый шаг давался легко — не потому, что дорога была удобной, а потому что сама энергия словно втягивала меня вперёд, подталкивала, направляла.

И я подчинился этому зову.