"Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 277

— Благодарю, — кивнул я.

Марина отвернулась, надулшись, будто я отказался не от предложения вступить в род, а от её руки и сердца.

Похоже, обиделась.

Хотя я, вроде, всё чётко объяснил.

Интерлюдия. Зал приёмов рода Журавских. Город Владимир.

Тишина в зале после ухода Игоря длилась недолго. Марина развернулась к Лидии с возмущённым лицом:

— Ну он и… — она замялась, подбирая слово. — Или неблагодарный, или дурак. Почему он отказался? Мы же предложили ему помощь, крышу, статус! Он что, не понимает, какой шанс упустил?

Лидия спокойно смотрела в бокал с лёгким напитком и, кажется, даже улыбнулась краешком губ:

— Он всё делает правильно.

— Правильно? — вспыхнула Марина. — Ты серьёзно? Мы ему руку протягиваем, а он гордо уходит в закат, как последний идиот! Что в нём такого особенного, чтобы позволять себе подобное?

— Всё, — ответила Лидия и наконец посмотрела на племянницу. — Он не из тех, кого можно привязать к себе обещаниями. Не тот человек, которого стоит загонять в рамки и ждать чудес. Хочешь, чтобы он был полезен — создай условия, в которых он сам захочет остаться.

— И ты сделала выводы по пятиминутному разговору?

— Ты, видимо, забываешь, кто возглавляет разведку, — голос Лидии стал чуть жёстче. — Он приехал с Марфой Васильевой. Уже это настораживает. И кто бы ни был её информатор — она не таскает случайных людей на приёмы. А ещё… он унизил Черновых. Прямо посреди дворца. Публично. Без магии. Без показного пафоса.

Марина фыркнула, но Лидия не дала ей вставить ни слова:

— Сканеры зафиксировали, что у него мифическая основа. А теперь угадай, сколько человек с такой основой способны избить троих равных по классу противников в одиночку? Причём — подчёркиваю — без заклинаний. Просто перегрузив их защиту. Без истощения. Без усилия.

Марина отвела взгляд.

— Есть два варианта, — продолжила Лидия. — Либо он скрывает свой реальный уровень, либо он обладает знаниями, позволяющими использовать силы гораздо эффективнее. А может быть, и то, и другое.

— И ты предлагаешь… что? — буркнула Марина. — Держаться к нему поближе?

Лидия усмехнулась.

— Это предложение. Ты же не любишь приказы.

— Ещё чего, — фыркнула Марина и отвернулась.

Я вышел за ворота столицы ближе к вечеру — хотел пройти хотя бы пару километров засветло. На КПП лишь кивнули, проверив отметку о пропуске. По глазам было видно — узнали. В голосе охранника прозвучало почти сочувствие:

— Один? Ночью? За внешнюю стену? Не советую, у нас даже трущобы вон — за забором. Тут свои твари водятся.

— Зато у них свои понятия о свободе, — ответил я и пожал плечами.

Уходить в ночь в одиночку — плохая идея, и я это понимал. Но и оставаться не хотелось. Слишком шумно, слишком много взглядов и разговоров, в которых каждое слово что-то значит. Сейчас мне хотелось тишины. И дороги.

Полученная карта оказалась весьма ценной. Там были указаны все стабильные порталы, линии снабжения, города, отмеченные присутствием родов и аристократии. Интересное совпадение: мой замок, ставший зародышем будущего города, оказался самым южным из всех известных точек. Дальше — пустота. Или неизвестность.

А может, и не пустота вовсе?

Кто вообще сказал, что кроме этих двенадцати городов ничего не осталось? Да, старые границы давно стёрлись, спутниковая связь работает через раз, карты поверхностны, а переходы между регионами зачастую блокированы зонами аномалий или нестабильными порталами… Но ведь Евразия — не маленький двор. Не может быть, чтобы всё остальное испарилось.

Может, там выжили другие?

А может, не выжили. Или выжили те, с кем лучше не встречаться.

Но пока я шел вдоль обочины, разглядывая редкие огни за чертой внешней стены, в голове пульсировала только одна мысль:

"Если мы хотим изменить мир, нужно сначала понять, какой он остался."

Темнело. Воздух наполнялся сыростью и тихим шорохом жизни, прячущейся по краям разрушенной цивилизации. Я удалялся от города, не ускоряя шаг — хотелось прочувствовать дорогу. Впереди проступали силуэты — не люди. Кто-то приземистый, с вытянутыми лапами и чересчур длинными шеями, кто-то высокий, будто составленный из костей и щупалец. Монстры.

Они смотрели. Я чувствовал их взгляды. Но не приближались.

И я не тянулся к энергии. Пусть живут. Если они не ищут смерти — я не стану ею.

Город растворился позади. Свет ушёл, и в небе замерцали слабые полосы северного сияния — остаточные выбросы магии сказывались и здесь. И в этот момент я почувствовал… сдвиг. Пространство надломилось. Пульсация.

Слева, на пологом склоне, воздух задрожал, будто над раскалённым металлом. Потом — резкий всплеск давления, искажение цвета, и в воздухе, словно капля масла в воде, начало формироваться нечто.

Портал.

Я остановился, дыхание замерло. Инстинкты вопили — готовься. Я знал, что стабильные порталы открываются ровно, беззвучно, как двери на автоматике. А этот — нестабильный. Живой. Враждебный.

Энергия под кожей вздрогнула. Я медленно поднял руку, впуская ток в мышцы. Тело налилось силой, сознание обострилось. Ни одной вспышки. Ни одного жеста. Я просто стал готовым.

— Ну давай, — пробормотал я, глядя, как из центра портала начинает выползать чья-то тень.

Шаг вперёд — и весь лес вокруг будто затаил дыхание.

Портал завершил формирование и начал выпускать монстров.

Сначала один — чёрный, блестящий, с длинными лапами и челюстями, как ножи. Потом второй. Потом третий. Они вываливались, будто спотыкались о край разрыва в пространстве, но мгновенно приходили в себя, вставали и начинали шевелить усиками, ориентируясь.

Муравьи.

Размером с телёнка. С толстой, плотной бронёй, покрытой наростами. С глазами-бусинами, в которых отражался мир искажённо, как в стеклянных линзах.

— Ну, бывает, — выдохнул я, щёлкнув пальцами.

С воздуха срезало пыль и листья, когда вокруг портала сформировался купол. Плотный, тугой, как мыльный пузырь, только сотканный из слоёв воздуха и давлений. Надёжный. Внутри него — только я и муравьи.

Вторая рука поднялась сама собой. Едва заметное движение — и первая пуля выстрелила в голову ближайшего.

Звук был глухим, но отдача — сочная. Пуля, сжата до плотности металла воздухом и ускорена, пробила внешний слой хитина, но остановилась на втором. Тварь зашаталась, но не умерла.

— Плотненькие, — хмыкнул я и перешёл в ритм.

Один выстрел — шея. Второй — сочленение передней ноги. Третий — основание головы. Муравей рухнул, издавая скрипящий звук.

Остальные встрепенулись. Улавливают вибрации? Или запах?

Мне всё равно.

Я уже танцевал. Шаг в сторону, короткий импульс под ноги — и я поднялся в воздух, зависнув метрах в трёх над землёй. Внизу копошились твари, неуклюже поднимались, а я поливал их дождём из точечных, пробивных ударов.

Броня трещала, но держалась. Только если попасть точно в сустав, в глаз, под панцирь — тогда они сдавались.

Один из них подпрыгнул, ударил по куполу снизу. Купол дрогнул, но выдержал.

— Не надо, — бросил я, резко погасив полёт и рухнув вниз.

Пятка вогнала одного в землю, и я тут же перекатился, уходя от клешней другого. Тот успел развернуться, но в этот момент я поднырнул под его брюхо и впрыснул в воздух короткий, узконаправленный импульс — как шило, только магическое. Щелк! — и муравей задёргался.

Через несколько минут на поляне осталась только я, да ворох переломанного, испускающего зелёную слизь хлама. Броня — ещё пригодится. Энергии в этих тварях — почти нет. Средоточия — на удивление слабые.

— Ну и мусор вы теперь выбрасываете, — пробормотал я, проверяя трупы на предмет ядер.

Одно. Всего одно ядро, и то едва тянет на первую ступень.

Зато вдалеке из леса начали раздаваться звуки: чавканье, шорох, посвисты.

Кто-то понял, что ужин готов.

Я выключил купол, бросил остатки портала на расхищение ночным падальщикам — и ушёл в темноту, ни разу не обернувшись.