"Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 260

— Не распространяется, — подтвердил он. — Здесь — ничейная зона. Остались только мародёры, одиночки и призраки старой жизни.

— Второй вопрос. Почему вы сюда полезли? — мой голос оставался ровным. — Вас же могли убить.

— Потому что выбора нет, — вмешался второй. — Работы нет. В новые города без приглашения не попадёшь. А если и попадёшь — максимум возьмут в первую линию защиты от монстров. Срок жизни — неделя. А так… хоть что-то вытащить и продать. Жрать ведь хочется.

— Значит, вы из трущоб?

— Да, — неохотно. — Южный сектор. Там всё… плохо.

— Третий вопрос, — я прищурился. — Что вообще произошло за это время? С момента, как появилась система?

Саша заговорил, будто выученное повторял:

— Сначала начали образовываться пустоши. Прямо среди городов. Районы исчезали, целые кварталы — в никуда. Остальное начали отгораживать. Потом появились первые пробуждённые. Таких сразу забирали роды. Создали Совет Двенадцати. Потом — армию. Вели зачистку.

— Недавно выбрали царя, — добавил Илья. — Павел Романовский. Его род с самой большой силой.

— Пустоши отступили. Но не исчезли. Остались десятки порталов в другие миры, — продолжил Саша. — Теперь элита через них торгует. Ресурсы, знания, техника. Кто контролирует порталы — тот и вершит правила.

— Конфликтов нет?

— Вроде бы. Или нам никто не докладывает. Народ говорит, что всё стабильно. Только прав у простых — нет. Снова феодализм, только с магией и монстрами.

— Простые ничего не стоят?

— Только если ты не талант, — горько усмехнулся Илья. — А где нам, из трущоб, таланты искать? Нас даже проверять никто не будет. Так и живём: мусор, подработки, грабежи.

Я молча кивнул. Всё шло именно туда, куда я и боялся.

— Ладно. А скажите мне ещё одно. Ядра монстров. Много ли они стоят на Земле?

Они оживились.

— Ещё бы! — сказал Саша. — Даже ядро первого уровня — на вес золота. Их ведь почти не достать. В жилых зонах — редко бывают прорывы. А если случаются — родовые войска купируют быстро. Чтобы народ не пострадал и ресурсы не утекли.

— Простой человек — не успеет даже подойти, — добавил Илья. — Всё схвачено. Мы вот мечтали хотя бы кусочек вытащить, сдать скупщикам… но даже выйти в зону нестабильности — уже смертельно.

Я перевёл взгляд на запылённый чемодан в глубине спальни. Потом снова на этих двоих.

— Уходите, — тихо сказал я. — И забудьте, что кто-то был в этой квартире. Ничего не рассказывайте. Живыми остались — уже подарок.

— Мы… мы не скажем, — выдавил Саша.

— Никому, — добавил Илья. — Честно.

Они поспешно двинулись к двери. Без лишних слов. Без взгляда назад.

Когда за ними щёлкнул замок, я остался один. В собственной квартире. В мёртвом районе. В новом мире, который ещё назывался Землёй, но стал чем-то совсем другим.

И теперь — я вернулся.

Я ещё долго стоял в темноте квартиры. Смотрел на полустёртые отпечатки на полу, на пыльные книги, на чемодан, который так и не успел увезти. Потом подошёл к двери, отворил и вышел.

На улице царил полумрак. Дождь не шёл, но небо было затянуто плотной серой пеленой, сквозь которую даже солнце пробиться не решалось. Воздух пах ржавчиной, влагой и чем-то тлеющим — будто само время медленно догнивало на ветру.

Двор был тем же… и другим.

Качели всё ещё стояли — одна перекошена, вторая заржавела до корня. Трава, некогда аккуратно постриженная, теперь поднялась по пояс. Асфальт покрыт мхом, в трещинах — корни, будто деревья решили вернуть себе город.

Всё вокруг выглядело мертвым. Но не окончательно. Скорее, как оставленный организм, в котором кое-где ещё дёргаются остатки жизни.

Я пошёл по заросшей дорожке. В ботинки забивалась пыль, мелкие камни. Слева здание супермаркета — витрины разбиты, внутри темно. Справа — остов автомобиля, обросший плесенью. Гулких звуков нет. Только слабое эхо собственных шагов.

Я не видел границ.

Но чувствовал, что где-то они есть.

Я свернул к подъезду и поднялся по старым лестничным пролётам — всё выше, на крышу.

Металл двери был проржавевшим, но я легко выдавил её плечом. Ржавчина сыпалась на плечи, но мне было всё равно.

Ветер ударил в лицо. Не резкий — скорее, равнодушный.

И вот она — стена.

Я сразу её заметил. Она тянулась вдоль горизонта, прямая, массивная, с обнажёнными ребрами металлических опор и вставками из странного, переливающегося материала. Похожего на пластик… но не совсем. Технологии новых родов?

Она была живой. Нет — живая была её сторона. Там, за ней, колыхался свет, вспыхивали редкие огни. Я разглядел движения — робкие, как отблески костров в пустыне. Люди? Машины? Монстры?

Я не знал.

А с этой стороны… был я. И тлен.

Здесь всё угасло. Словно мир по эту сторону стены был осуждён и просто ждал приговора. Ни звуков, ни запахов, ни движения. Только ветер. Только холодные серые цвета и тени, которые больше не отбрасывает ни один живой человек.

Я стоял, вглядываясь в ту сторону, где мерцала новая цивилизация. Где за стеной начиналась Земля, которая решила отрезать свою мёртвую плоть.

Меня.

А может, всё это и было нужно. Чтобы видеть суть. Чтобы не забыть, зачем я вернулся.

Я стоял, глядя на стену, что отрезала новую Землю от забытого прошлого, как вдруг услышал шорох.

Низкий, скребущий. Словно кто-то тянул когти по бетону.

Я обернулся.

В нескольких шагах от меня, на краю крыши, стояло нечто, что когда-то, возможно, было собакой.

Теперь это существо походило скорее на ошмёток плоти, насаженный на кости, облепленные опухшими мускулами. Глаза — пустые, молочные. Морда изуродована, шея перекручена, а из пасти капала густая белёсая пена, как у больного бешенством. Под кожей проступали чёрные жилы, пульсирующие с каждой секундой всё быстрее.

Монстр заскрипел зубами и скалился, медленно двигаясь вперёд.

Я не стал ждать. Правая ладонь взлетела — и воздух сжался в плотную пулю.

Взмах — и удар. Почти беззвучный, но с кинетической силой. Выстрел ветра.

Но зверь дёрнулся в сторону — уклонился. Слишком быстро. Слишком... разумно.

А потом поднял морду к небу и издал протяжный, жуткий вой.

Он был не один.

Через миг ему ответили. Сперва один голос, потом второй, третий — десятки, сотни. Вой заполнил воздух, будто сам город поднялся из могилы, и его рваная плоть требовала нового мяса.

Топот.

Я услышал его, прежде чем увидел. Они приближались. Со всех сторон. По крышам, по стенам, по балконам. Прыжки, удары когтей, рваное дыхание.

Тварей становилось всё больше. Они сновали по развалинам, перепрыгивали с крыши на крышу, сбиваясь в стаю. Некоторые неслись на четырёх лапах, другие — на двух, обретя жуткое подобие человеческой осанки. Их морды были искажены, тела покрыты лишней плотью, костяными наростами, шипами и язвами.

Я обвел взглядом круг, в центре которого оказался. Уже несколько десятков. И все — смотрели на меня.

— Значит, и дома мне не дадут отдохнуть, — пробормотал я, прикасаясь к груди, туда, где под кожей пульсировала татуировка.

Доспех откликнулся.

По телу прокатилась холодная волна, и следом — вспышка света. На плечах выросли сегменты тёмного металла, грудь покрыла броня, а руки стали продолжением оружия. Я чувствовал, как ядро внутри оживает. Снова.

Вдох. Выдох.

И в тот же миг — взмах рукой.

Десятки ледяных игл разлетелись веером — в каждую сторону, как ответная молния на жажду крови.

Первые твари взвыли. Несколько упали, пронзённые в грудь, в глаз, в шею. Остальные — бросились вперёд.

Бой начался.

Я двинулся навстречу стае, скользя по бетонной крыше, уклоняясь, отшвыривая, пробивая ледяными клинками плоть и панцири.

Они были голодны. А я — зол.

Слишком долго я шёл домой.

И теперь этот город — снова мой.

Полчаса.

Ровно столько продолжался бой.

Теперь на крыше было тихо. Только ветер, уносящий запах крови, и редкие капли мутной влаги, падающие с неба.