"Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 200

За день мы пережили несколько стычек. Монстры — ни о чём. Лезли как мясо, без тактики, без силы. Раньше я бы их уничтожал одним взглядом... но сегодня приходилось "повозиться". Делал вид, что устаю, что трачу силы, что стараюсь — так, чтобы быть своим, но не угрозой.

Это раздражало. Сдерживать силу — всё равно что сжимать кулак, зная, что можно было бы снести пол-леса одним ударом. Но пока так было нужно.

— Через пару дней будем в Торговом, — сказал кто-то из отряда, устроившись рядом. — Говорят, там проще живётся. Свобода действий, работа по контракту, маги-одиночки не в загоне.

Я кивнул. Да, туда я и шёл. Там я смогу устроить себе укромный уголок для экспериментов. Там, возможно, найду хоть часть ответа на вопрос: как уйти отсюда дальше.

Ночью я не спал. Вместо этого прокручивал в голове бои, наблюдал за техникой применения магии у других и составлял в уме новую схему плетения — взрывную, но направленную, с элементами изолированной задержки. Хотелось уже попробовать, но до города — ещё два дня. Значит, подождём.

Интерлюдия. Где-то в далёкой галактике.

Полумрак зала был плотным, как вино. Стены, казалось, дышали — не воздухом, а давлением. Здесь не было окон, не было времени, не было лишних слов. Только двое.

Младший стоял на одном колене, не поднимая головы.

— Один из серых миров открыт, — произнёс он. — Ищейки обнаружили следы одного из артефактов Первородных. Но сам артефакт уже исчез. Кто-то опередил нас.

Тишина затянулась, как всегда, но ответ всё же прозвучал — не громко, но так, что воздух вокруг задрожал:

— Это… не очень хорошо.

Фигура в центре зала поднялась, медленно подошла к стене, где стоял массивный стеллаж. Несколько витрин из чёрного стекла отбрасывали едва заметные отсветы.

— С момента великой битвы прошло слишком много времени, — продолжил он. — Их разум мог… притупиться. Всё же их души были заточены в мёртвый металл и разбросаны по всей грозди миров. Ни один из них не вернулся прежним.

Он провёл пальцем по стеклу первой витрины. За ней — щит, тускло мерцающий внутренним светом. Во второй — изогнутый браслет, исписанный знаками, которых не было ни в одной известной системе. В третьей — корона. Изломанная, будто кто-то попытался её уничтожить, но не смог.

Остальные шесть постаментов — пусты. Без намёка на то, что когда-либо были заполнены.

— Если одному из них удастся вырваться, — тихо сказал он, не поворачиваясь, — это станет проблемой. Для всех нас. И в первую очередь — для тех, кто думает, что управляет порядком.

Младший не проронил ни слова. В этом зале сомнения не допускались. Только приказы. Только расчёт.

И время. Которого становилось всё меньше.

Утро встретило нас резким порывом ветра и гулом, от которого земля дрожала под ногами. Над горизонтом колыхалась аномалия, полупрозрачная и мутная, как треснувшее стекло, сквозь которое пробивалась извивающаяся тень. Через пару секунд стало ясно — из портала пыталось выбраться нечто крупное и ящероподобное. Лапа, покрытая чешуёй, когти, морда с зубами... и всё это — застрявшее, не имеющее полного контроля над телом.

— Пока он там застрял, можно прирезать, — лениво сказал я, оглядывая остальных. — Быстрая охота, трофей и, быть может, хороший ужин.

На меня посмотрели как на законченного идиота. Один из магов, тот, что всегда старался держаться поближе к центру отряда, фыркнул:

— Дракон, пусть даже молодой, это тебе не жирный кабан в лесу. Сожрёт и не подавится. Хочешь сдохнуть — твой выбор. Мы пойдём.

— Не знали, что ты из самоубийц, — добавил другой. — Похороним, если что. Если найдём, что хоронить.

Я пожал плечами. Ну, конечно. Меньше десятка человек, точнее разумных, ни одного желания заработать славу или ресурсы. Осторожные, как крысы, трусливые, как обычные горожане. Неужели в этом круге все такие?

Пока они удалялись, я остался. А в голове… в голове всплыл рецепт супа, найденный на том самом камне, который по ошибке назвали обелиском. Основной ингредиент — мясо молодого дракона, желательно свежее. Я тогда посмеялся. Подумал, что даже для мира магии — это перебор. Кто вообще будет варить суп из дракона?

А теперь... теперь мне казалось, что в том рецепте был смысл. И да, он мне больше не казался таким уж бесполезным. Похоже, пришло время проверить его на практике.

Я шагнул вперёд, вытянув руку и начав плетение, в котором закладывалось всё: скорость, мощь и точность.

— Ну что, завтрак... ты идёшь ко мне или мне идти за тобой?

Я приблизился осторожно, подбирая удобный угол для атаки. Дракон, застрявший наполовину в аномалии, рвался наружу с таким остервенением, что казалось, он вот-вот прорвёт границу реальности. Чешуя переливалась синим и золотым, а из пасти вырывались сгустки огня, обжигая воздух. Один такой сгусток пролетел рядом, и только активированный заранее доспех, напитанный энергией, спас меня от участи подгоревшего шашлыка.

Щит задрожал, энергия в нём таяла, словно масло на раскалённой сковородке. Один рывок — и я уже перекатом ухожу за камень, ощущая, как от жара хрустят волосы. Чуть задело — а всё равно ощущение, что кожа вскипела.

— Ага, значит ты всё же не овощ. Плохо... — пробормотал я, отдышавшись.

Пару секунд я размышлял: доспех долго не протянет, а лезть в огненный фонтан — сомнительное удовольствие. Но вот только отступать... не в моём стиле.

Я вынырнул из укрытия, и в груди вместо страха заклокотал азарт.

— Серьёзно, я не справлюсь с курицей-переростком? Да я таких на завтрак ем. Ну, максимум — на обед, если пересолено…

Снова взмах руки — и два вихря начинают формироваться. Один — водяной, другой — каменный, специально для подавления пламени и пробивания шкуры. Но прежде чем атаковать, я ищу слабое место. Похоже, его задние лапы ещё не вышли из аномалии — значит, подвижность ограничена.

Отлично. И я всегда любил бой с ограниченными условиями… для противника.

— Ну что, суповой набор. Сейчас посмотрим, кто из нас подгорит первым.

Вихри взвились в воздух, взревели, сталкиваясь с огненной стихией, вырвавшейся из пасти дракона. Пламя с ревом рванулось вперёд, заглатывая вихри, но те не отступали. Минуты две они боролись за господство, пока в небе не раздался хлопок — и всё стихло. Огонь погас, вихри рассыпались в пыль. Ничья?

Дракон всколыхнулся и издал рык, больше похожий на разочарование. Он хотел вырваться на свободу, а его заставляют играть в войнушку с каким-то мелким магом.

— О, не злись. Это только начало, — пробормотал я, и в ладони начало формироваться копьё. Каменное, с остриём как у гарпуна. Простое, грубое — но оно изменилось через секунду.

Стихии начали покрывать его одна за другой. Сначала жар солнца — огонь, затем налёт инея — лёд, следом воздух, что заставил поверхность копья вибрировать. Камень треснул, но остался цел — за ним пришла вода, впитавшаяся в поры, и наконец — молния, заструившаяся тонкой паутиной. Копьё сияло, как артефакт из легенд.

Я улыбнулся.

— Ну что, ящерица. Посмотрим, понравится ли тебе мой подарок.

Копьё пульсировало в руке, готовое к броску, а в голове вспыхнула мысль, яркая, как молния:

«А давно ли я стал получать удовольствие от этого? Стал кровожадным? Или всегда был, просто магия сняла тормоза?..»

Я не стал отвечать. Сейчас был бой — а вопросы к себе я задам потом. Если останется, кому.

Копьё вспарывает воздух, сверкая всеми стихиями разом. Оно оставляет за собой раскалённую борозду и вонзается прямо в пасть дракона в тот самый момент, когда тот собирается выпустить новый столб пламени.

Вспышка. Грохот. И рык боли.

Глава 24

Пламя вырывается, но уже не в полную силу — копьё пробило внутреннюю часть пасти, разрывая ткани, прежде чем рассыпаться в пепел под давлением огня. Даже будучи уничтоженным, оно сделало своё дело: дракон впервые за бой вскрикнул от боли.