"Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 181

Поначалу я просто кувыркался. Иногда успешно. Иногда — получая под дых воздухом.

К обеду у меня получалось пробегать рывком три-четыре метра и не падать.

К вечеру — я уже мог атаковать с ускорением, смещаться и уходить от удара, опережая движение противника.

— У тебя талант к выживанию, — прокомментировал Тирон. — Даже когда не умеешь — всё равно умудряешься не умереть.

— Это мой скрытый дар. Неудобный, но полезный.

После очередного ускорения я почувствовал, как тело будто «щелкнуло» — словно пазл стал на место. Движение не было идеальным, но оно было моим. Не инстинкт, не копирование, а понимание.

Перед глазами мелькнула надпись:

"Освоена техника: Быстрое перемещение.

Длительность ускорения: 2.3 секунды

Максимальная дистанция: до 10 метров

Физическая нагрузка: высокая

Стабильность: удовлетворительная"

— Это твоя стартовая точка, — сказал Тирон. — Если продолжишь тренироваться, продлишь окно до пяти секунд. А там уже и серьёзные вещи станут тебе доступны.

Я кивнул и вытер пот.

— Остался один лишний ключ, — пробормотал я. — Пора узнать, кто предложит за него что-то полезное. Или интересное.

Я не спешил — просто бродил по лагерю, прислушиваясь к голосам, лавируя между торговцами, магами и бойцами всех мастей.

Но стоило повернуть за одну из палаток, как меня окликнули.

— Кальден?

Я поднял взгляд — и чуть не усмехнулся.

Синдикат. Почти в полном составе. Двадцать человек, выживших из двадцати трёх.

Пыльные, поцарапанные, кто-то с перевязкой, кто-то с новым оружием, но живые и собранные.

В центре стоял их командир — крепкий мужчина с густой бородой, которую он, похоже, подравнивал заклинанием точности.

— Удивлён, что вы выжили, — честно признался я.

— Взаимно, — кивнул он. — Говорили, ты один спалил полк сектантов и зверушку из ада прихлопнул.

— Слухи немного преувеличены. Всего-то один полк. Ну и зверушка. Ну и ещё немного катакомб…

Командир усмехнулся и перешёл к делу:

— У тебя есть лишний редкий ключ. Мы считали. Ты всегда был немного… эффективнее других. Предлагаю сделку.

Руна улучшения доспеха за ключ. Без торга. Цена честная, особенно для своих.

Я задумался. Руна, по сути, значила многое. Особенно если она совместима с моим доспехом, который уже достиг четвёртого уровня.

Я кивнул:

— Покажи руну.

Он достал металлический цилиндр, покрытый плавными линиями и выжженными знаками. Энергия пульсировала, резонируя с моим доспехом, будто старый друг протянул руку.

Я передал ему один из ключей. Сделка была заключена.

В тот же день, в тишине у костра, я активировал руну.

Она раскололась, растворившись в воздухе, и потоком впиталась в доспех.

Ткань и металл вновь зажили, изменились. По краям накинутой на плечи накидки проступили новые символы. Сам доспех стал плотнее, массивнее, и вместе с тем — легче. Магия не просто усилила его, она переписала основу.

Перед глазами вспыхнуло:

"Доспех посланника Бога Войны

Уровень: 5/7

Сопротивляемость: высокая

Стабильность плетений: улучшена

Слияние с носителем: 72%"

Я выдохнул.

— Осталось совсем чуть-чуть. Хотя, зная этот мир, — сказал я себе, — «чуть-чуть» может затянуться до конца жизни.

Позади Марина что-то буркнула о том, что "самовлюблённый герой наконец-то перестал сверлить доспех взглядом" — и мы двинулись обратно в центр лагеря.

Мы с Мариной устроились у края лагеря, чуть поодаль от самых шумных палаток и торговых рядов. Вокруг царила привычная суета: кто-то торговался за амулеты, кто-то скупал свитки с подозрительными подписями, кто-то тренировал магические плетения прямо в воздухе, выписывая искрящиеся фигуры. Лагерь кипел, словно улей, но нас это волновало всё меньше.

— Значит, всё-таки вдвоём? — спросила Марина, потягивая воду из фляги.

Я кивнул:

— Безопасность в группе — это, конечно, хорошо. Но вот делить всё найденное на двадцать ртов — нет. Даже если трофеев будет много, срывешься с ног, а потом получишь полтора кольца и кусок кости от древнего артефакта.

— А потом слушаешь, как командир объясняет, что «вклад у всех одинаковый, ведь вы все вместе стояли рядом». — Марина фыркнула. — Было уже.

— Вдвоём проще. Если попадётся что-то ценное — решим, кому нужнее. Если попадётся что-то опасное — вместе и сдохнем, — отозвался я и усмехнулся. — Романтика.

Она усмехнулась в ответ, но в её взгляде было серьёзное согласие.

— Впрочем, если попадётся что-то очень ценное, — добавил я, — я первый, кто предложит продать это и купить себе дом. С видом на болота и сторожем из скелета с колокольчиком.

— Только если у колокольчика будет встроенный свиток с варевом на случай, если я решу остаться у тебя в гостях.

— Учту, — отозвался я, проверяя содержимое кольца. Щит, клинок, несколько свитков, три запасных артефактных амулета, фляга, три ядра, один запасной доспех, на всякий случай. И ключ. Один. Самый нужный, если не считать эпический и личный, но до их использования ещё дожить нужно.

Мы подготовили всё необходимое. Уточнили маршрут к вратам второго кольца. Погода в это утро стояла почти хорошая — небо было серая муть, но без дождя и падающих ядовитых комет, что для этого мира уже радость.

— Готова? — спросил я, в последний раз осматривая доспех.

— Ага. С кем ещё мне идти в сердце развалин, если не с безумцем, у которого ядро переливается, как новогодняя ёлка?

Я усмехнулся и сделал шаг к порталу второго кольца.

Он ждал нас — и всё, что лежало за ним, тоже.

Мы появились резко, как будто нас выплюнуло из пасти древнего чудовища. Вокруг — обломки. Каменные своды лежали грудами, куски арок торчали из земли, как сломанные рёбра. Место, где нас выбросило, когда-то было замком. Теперь же это просто часть мёртвого мира. Пыль висела в воздухе, медленно оседая на развалины.

— Жива? — бросил я, оборачиваясь.

— Более-менее, — отозвалась Марина, отряхивая плечо.

Я кивнул. Хотелось пару минут тишины, но, конечно же, их не дали.

Глухой топот. Земля дрогнула. Сначала один шаг. Потом второй. Рёв — глухой, как будто кто-то задыхался от собственной ярости. А затем из пролома в стене вышло оно.

Медведь. Нет, даже не медведь. Это нечто громадное, покрытое толстой, блестящей, как обсидиан, шкурой. Мускулы перекатывались под кожей, а глаза светились тусклым жёлтым. Каждый шаг отдавался глухим грохотом по каменным плитам.

— Замечательно, — процедил я. — Добро пожаловать.

Он не стал медлить. Один рывок — и зверь уже несётся на нас. Я едва успел оттолкнуть Марину, сам же перекатился в сторону. Камень треснул, когда лапа врезалась в то место, где я стоял. Осколки прошлись по щеке, оставив горячую полоску.

— Он… непробиваемый, — бросила Марина, запустив заклинанием и уже готовя новую технику.

Я ничего не ответил. Просто двинулся. Прыжок — и удар клинком в бок зверю. Металл прошёл едва ли на пару сантиметров и с противным звуком выскользнул обратно. Моё запястье отдало вибрацией, будто я бил по броне.

Он разворачивается, размахивая лапой. Я уворачиваюсь, ухожу вниз, но касание всё же есть — шипы на его лапе рвут доспех, сдирая краску и царапая металл. Боль — тупая, сдавленная, но терпимая.

Марина метает удар — её лезвие врезается в морду, заставляя зверя отвлечься. Он отшатывается, рычит, и бьёт лапой в её сторону. Девушка отскакивает, падает на колени, но не теряет равновесия. Я снова бросаюсь вперёд, целясь в сустав задней лапы — и снова удар, снова отскок.

— Не пробить! — кричу. — Нужно измотать!

Бой затягивается. Мы кружим, не давая ему сосредоточиться на одном. Он гонится за мной — я ныряю в проломы, путая следы, наношу короткие удары. Иногда клинок находит уязвимые места — мягкие ткани под шеей, внутренние части лап. Но зверь будто не замечает боли. Он яростен, как шторм, и каждый его удар — угроза смерти.