Путь Стратега 9. РеалРТС (СИ) - Корнелий Луций - Страница 49

— Добрый день, уважаемые коллеги и соратники, — гораздо менее качественно усиленным голосом произнес чародей. — Я сердечно рад приветствовать всех вас на девяносто шестом собрании совета мудрейших.

К старику сзади подошёл Азард и что-то шепнул на ухо:

— Прошу прощения, — произнёс сулимский чародей. — На девяносто седьмом собрании совета мудрейших! Как быстро летят годы. Витенагемот — яркий луч надежды и процветания этого мира. Мир… Слово, которое мы произносим так легко и небрежно. Многие из нас почти не вкладывают в него смысла кроме как: здесь, вот это место и ещё многие другие места. Мир… Тогда как госпожа Телура выбрала объектом своего изучения время, я более интересуюсь пространством. Тем, что лежит за пределами нашего «здесь». И для своего первого выступления я хочу пригласить на эту сцену того, кто преодолел воистину огромные расстояния. Человека, для которого слово «мир» имеет чуть более глубокое значение. Готов ли к нам выйти Михаир Лиардиан?

Вот так прям сразу?

Я предполагал, что собравшиеся здесь чародеи могут поинтересоваться моим мнением, но не думал становиться хедлайнером мероприятия. Даже возникло желание заявить, что пока воздержусь от выступлений. Однако я поднялся с места почетного гостя и направился в сторону трибуны. Речь старика меня слегка заинтересовала.

Под пристальными взглядами десятков глаз, я ступил на зачарованный каменный диск, который поднял меня к вершине трибуны. Азард и специалист по значению слова «мир» загадочно мне улыбались.

— Добавим веса твоему слову! — архимагистр щёлкнул пальцами и облачко едва заметных красных искорок окружило мое лицо. — Скажите нам что-нибудь, стратег.

— Да будут прославлены в веках Империя и её легионы. Шадд проиграет. Победа будет за нами, — негромко произнес я, но мой голос подхватило магическое эхо и разнесло его на многие сотни метров вокруг.

В ответ на моё политическое заявление посреди заседания Витенагемота кто-то из магов усмехнулся, другие сохраняли спокойствие, а некоторые представители Ножей нахмурились. Ничего. Потерпите. Сами меня вызвали и дали слово.

— Жизнь обычных людей так коротка… — произнес старик Хоттабыч. — Но они стремятся сделать её ещё короче.

— Где-то я что-то подобное уже слышал. Причём неоднократно. Вы пригласили меня для обсуждения политических вопросов или каких-то иных тем?

— Одно проистекает из другого, — ответил Азард. — Но давайте начнём по порядку. Около двух с половиной лет назад в Багровый Круг пришла весть с северных окраин Империи. Некий стратег заявлял, что он с другой планеты. Иного каменного шара в космической пустоте.

— Было такое, — кивнул я.

— Кроме одного несчастного адепта, погибшего впоследствии, вашим лечением занимался Годрад Рег Ксанд. Есть ли ему что сказать?

Азард указал на место, где сидел главный специалист Багрового Круга по алхимии плоти. Тощий человек с белыми прядями спутанных волос, похожих на скопившуюся по углам паутину, поёжился в роскошном кресле. Всеобщее внимание будто было ему неприятно.

— Меня вызвал письмом один скользкий тип из сенатского сословия, — хмуро ответил мастер алхимии плоти. — В письме он допустил сознательный подлог. Выдал обычное воспаление раны за отравление неким неизвестным ядом. Там же было указано, что стратег происходит из другого мира. Я воспринял это как продолжение лжи.

Похоже, Ксанду было очень неприятно признавать, что он не распознал инопланетянина, который буквально лежал у него на операционном столе.

— Кое-что странное в этом человеке мной было замечено, но я списал сомнительные моменты на кербрийское происхождение, — закончил речь Ксанд.

— Благодарю, магистр, — кивнул Азард. — Далее имперский стратег Михаир остался для продолжения лечения в башне. Там он имел продолжительную беседу с ныне покойным адептом. Вы помните содержание того разговора, Михаир?

— Помню. Не слово в слово, конечно, а общее направление.

Я тогда затирал про свой прошлый мир. Его знания и технологии, включая строение атома, черные дыры, космические полеты, смартфоны, интернет, кассы самообслуживания. Пересказывал бытовые детали и фрагменты школьной программы, надеясь доказать, что я не шизофреник или лжец. Когда закончились идеи научно-технического плана, принялся обрисовывать особенности устройство общества. Отсутствие рабства, уход монархии в прошлое для большинства стран и так далее.

— Покойный ныне адепт Дест отправил нам письмо, где довольно красочно переложил беседу со стратегом. Его читали я, Лавертия и Гилам. Последнего хочу пригласить на трибуну для ответа за дела свои, — это предложение Азард высказал с лукавой улыбкой.

Гиламу как и архимагистру помощь каменного лифта не понадобилась. Он воспарил над амфитеатром, приземлившись около нас. Теперь на трибуне были уже четверо.

— Посмотри на них, — произнес уже без усиления голоса Азард панибратски толкнув меня в плечо. — Посмотри внимательно на этих двоих.

— Магистр Облад, — Гилам едва заметным кивком поприветствовал Хоттабыча, а тот рассыпался в любезностях, поклонившись звездочету чуть ли не в пояс.

— Ну смотрю, — ответил я Азарду.

Архимагистр снова активировал усиление голоса:

— Магист Гилам, магистр Облад, сколько лет вы занимаетесь экспериментами по призыву сущностей из других миров?

— Более трёх сотен лет, — с гордостью ответил сулимский магистр. — А уважаемый Гилам и того больше. Мы проводили самые разнообразные опыты. Призывы огненных духов стали для заклинателей Великого Пламени чем-то совершенно обыденным. Мы же старались выйти за границы этой обыденности. Дотянуться до других миров за пределами нашего неба.

Вот значит как…

— И ваши опыты были успешны? — уточнил Азард.

— Вероятно, да, — с ещё больше гордостью ответил магистр сулимской наружности. — Иногда один ритуал может затянуться на целые годы. Магия сплетается в сложный рисунок из предсказаний, ожиданий, расчётов и подготовительных воздействий, чтобы наконец пронзить бездны тёмной пустоты.

— Предсказания, расчёты? — переспросил Азард. — И на что же вы рассчитывали?

— Это уже магистру Гиламу виднее. Предсказаниями занимался его дальний родственник. Гаруспик из империи Рега.

Кастелиус Орет. Он стал одним из переплетений нитей судьбы, за которые дёргал Гилам. Именно Кастелиус поведал Стилиону о появлении нового стратега и где его ждать. Картина завершалась. Последние элементы пазла вставали на свои места.

— Почему именно я? — этот вопрос волновал меня с самого момента попадания в новый мир.

— Мы искали подходящие свойства, а не конкретного человека, — ответил Гилам. — Око Эагиса послужило линзой для отправки сигнала. Подготовка заняла много времени. Сам ритуал был проведён за шесть лет до вашего прибытия.