Путь Стратега 9. РеалРТС (СИ) - Корнелий Луций - Страница 24

Ловчие оболочек ашмина были далеко не самой замагиченной монстрой, но даже им досталось от моего супер-подавления. Ближайший урод попытался дотянуться до меня длинной конечностью, однако тут же начал корчиться в судорогах. Похоже у него произошёл какой-то коллапс внутренних процессов. Я, конечно, тут же пришёл на помощь. Одним ударом зачарованного меча оборвал страдания этой жалкой твари. Немногие крупицы стихийной энергия, содержавшейся в теле ашминита, были впитаны клинком. Та же судьба постигла второго ашмита.

На нас медленно ползла волна черных крабов, едва шевелящих лапами и клешнями. Куда большую опасность представляли для нас сейчас обычные люди. Сейдские гоплиты и пельтасты, шаддинские копейщики, несколько оставшихся фидаинов. Нас разделяло где метров двести. Это расстояние стремительно сокращалось. В моей голове раздался голос Айкари:

«Вы попали в опасную ситуацию, уважаемый Михаир. Разумно ли продолжать бой?»

У меня не было времени ей отвечать, но мысленно я усмехнулся. Разумно ли? Я сражался в Сейд-Нираме против Тайкано, язатов и сотен фидаинов. Продолжил драться даже после смерти. А что же теперь? За мной гонятся обычные люди. Даже далеко не самые лучшие воины Шадда. Сколько их там? Не больше двух сотен. Мораль колеблется. Ничего. Прорвёмся.

Мы с Ноцием добрались до волны крабов. Сфера подавления ещё работала и мерзкие твари шевелились крайне медленно.

«Не дерись с ними», — обратился я к сыну. — «Просто переступай или даже прыгай по ним».

Это оказалось не так уж просто. Крабы были не самыми устойчивыми опорами. Пусть медленно, но они тянулись к нам клешнями. Пытались схватить. Если упадешь — облепят со всех сторон. Так навалятся, что до подходах шаддинцев провозишься.

Подбитая гвоздями подошва моей обуви скользила по проклятым панцирям. Из крабов получилась настоящая полоса препятствий.

Я запыхался. Воздух под маской шлема разил металлом и кожаными лямками. Хотелось сорвать её, чтобы дышать полной грудью, но времени на это не было.

Справа от меня появился большой ловчий ашмина. Отвратительный кентавр с костлявыми конечностями. Монстр мог стать проблемой, но его сначала замедлило подавление, а потом разметала на части шаровая молния от Орины.

В нашу сторону тоже летели снаряды. Дротики пельтастов, стрелы лучников, болты стационарных арбалетов. Кто-то даже попытался развернуть в нашу сторону скорпион, но ещё одна шаровая молния тут же изничтожила полевое орудие. Древесина раскололась и вспыхнула, заживо сгорел один из расчета скорпиона, а другой бросился наутёк.

Мне в спину и затылок угодило несколько метко пущенных стрел, но броня выдержала.

Наконец, перепрыгивая крабов и отбиваясь от ашминовых гадостей мы добрались почти до канала. Под ногами хлюпала сырая грязь. Мутная от ила вода ещё не успокоилась. Из неё на берег целиком выбралась гидра, высоко подняв семь огромных змеиных голов. Кривые зубы в пастях чудовища были длинной с мой указательный палец.

«Отец мне…» — начал было Ноций, поднимая копье над головой.

«Просто следуй за мной», — ответил я. — «Ты скоро все поймёшь».

Шаддинцы сейчас пробирались через крабов. Те их не пытались атаковать, но мешались под ногами.

Я повернулся к гидре, пошел прямо на чудовище, до которого оставалось метров шестьдесят. Змеиные головы дернулись. Я догадывался что сейчас произойдет. Уже имел дело с подобными монстрами да и описание навыков читал.

Головы гидры взметнулись. Я ринулся вперед, прикрываясь щитом. Пасти чудовища распахнулись на всю ширь, изрыгая потоки зеленоватого желудочного сока. Кислоты, способной легко прожечь кожу до мяса. Я использовал «мгновение тишины». Восприятие времени замедлилось, позволяя рассмотреть крупные сгустки и мелкие капли желудочного сока гидры. Как же его здесь было много! Наверное, хватило бы, чтобы заживо переварить десяток человек. Настоящая завеса из кислотных брызг.

«Жди», — приказал я Ноцию.

Махнув мечом, послал вперёд ударную волну. Рассек ей завесу кислоты и, полностью закрывшись щитом, бросился в образовавшийся промежуток.

Хорошо, что я мог видеть себя со стороны. Хорошо, что умел посылать ударные волны. Просто отлично, что получил замедление времени. Даже без одной из этих трёх составляющих мне сейчас пришлось бы очень туго. Однако я не зря качался.

Разумеется, какое-то количество кислоты на меня попало. Дымился щит. Обжигающе резкая вонь ударила в ноздри. В нескольких местах капли просочились через стыки в броне и прошли сквозь субармалис, оставляя язвы на моей плоти.

Ерунда.

Неприятно, но не смертельно.

Второй раз гидра плюнуть уже не успеет. Я был слишком близко. Зацепил её своим подавлением. Сначала внешней сферой, а затем радиусом работы «Вымпела человечества».

Змейка заметно приуныла. Ничего. Сейчас ей станет лучше.

Ноций побежал вслед за мной. Шаддинские стрелы свистели в воздухе. Я поднял меч над головой. Зеленоватое сияние вокруг него было практически незаметно на фоне ярких солнечных лучей.

Сейдские пельтасты уже почти настигли нас. До них оставалось метров пятьдесят. Отлично. Расстояние как раз подходящее.

«Что ты там говорила насчёт опасной ситуации?» — усмехнулся я, обращаясь к Айкари.

Головы гидры снова взметнулись. Пасти чудовища распахнулись на всю ширь, изрыгая потоки зеленоватого желудочного сока прямо на сейдских пельтастов. Шум летящих сгустков перерос в пронзительные вопли. Несчастные корчились, исходя паром. Их кожа лоскутами слезала с кровоточащего мяса.

Это явно остудило головы остальных шаддинцев. Они замедлились, но было уже поздно. С помощью навыка меча «Диктат темной воли» я взял гидру под контроль. Теперь монстр стоял за нашими с Ноцием спинами, готовый защищать своих новых хозяев. Разумеется, мое подавление ему уже не мешало.

«Пора!» — скомандовал я.

Быстро сократив дистанцию в пикирующем полете четверо грифонов атаковали шаддинцев, которые в погоне за мной потеряли любые остатки строя. Крылатые чудища волной звериной ярости пронеслись сквозь врагов, разрывая людей когтями. Угробив где-то человек двадцать пять и посеяв ещё больше паники, грифоны поспешили взмыть в небеса, чтобы не мешать нашей основной ударной силе — кавалерии Октана Мерцина. Настал момент разгромить врага.

Сэйфские всадники, имперские катафрактарии и менее тяжёлая конница с обоих флангов ударили по растянувшимся шаддинцам. Часть нашей кавалерии тут же атаковала в тыл избранных пучин. Кроме того, громить их я отправил взятую под контроль гидру.

Остаток боя был похож уже чисто на истребление. Даже холодная злоба гвардии Мирканто мало что могла противопоставить окружению и ударам конницы в тыл. Будь избранные тяжелой строевой пехотой — продержались бы чуть дольше. Но бледные психопаты действовали каждый сам по себе. Конница находила бреши в их толпе. Октан Мерцин разил по уязвимым точкам.