Звёздные скитальцы. Том 5 (СИ) - Вайс Александр - Страница 20

Мы втроём вышли из корабля и быстро пошли к стыковочному коридору. Афродита передала мне на коммуникатор запись.

— Гриты выпрыгнули прямо около станции. Надеюсь, они не будут против моего присутствия.

Я кивнул, посмотрев как во вспышке света возник красивый корвет окрашенный в медный оттенок. Округлый, изящный, со множеством выступающих из корпуса тонких элементов.

— Явно исследовательское судно, — заметила Афродита. — Однако несёт много орудий.

— Будем надеяться, они действительно так умны, как о них говорят, — задумчиво сказал я, перепроверив счёт. У Эльзы получилось продать собранный нами массив информации за два миллиона. Не очень большая сумма при таком огромном объёме. С другой стороны те посредники и торговцы информацией, кому данные преимущественно с Кармайкла были бы интересы находятся далеко от нас. Впрочем, информация с Дикого Духа, которого ещё предстояло продать где-нибудь подальше, должна иметь немалую ценность.

Поскребли по кошелькам, вытащили часть денег, одолженных под залог корвета и собрали необходимые средства для Гритов. Надеюсь, Люциан не будет задерживать оплату.

Мы максимально быстро отправились к нужному отдельному ангару для корветов. Лили торопилась чуть ли не больше меня. Но бегать по станции казалось излишним. Едва ли тысячелетних существ волнует разница в пару минут. Тем более мы не оговаривали точное время.

Пройдя в другую зону доков, мы подошли к широким дверям ангара, Лили нажала кнопку вызова стоявшего внутри корабля. Без вопросов дверь разблокировалась.

Необычный корвет ждал внутри. Я бы не назвал его однозначно красивым — скорее просто чуждым и странным.

— Вы не против, если со мной придёт сестра и андроид ИскИна? Они просто сопровождающие и беспокоятся о моём состоянии.

Я крикнул в ангар, не сомневаясь, что пилоты корабля услышат.

— Можете подняться на борт. Канал для связи будет выделен. Не сомневаемся в вашей разумности.

Гритам похоже было всё равно. Сбоку открылся и разложился довольно широкий покатый трап. Для подъёма человека довольно неудобный, ведь предназначался для четырёх кибернетических ног.

Внутри судно показалось слегка тесным — прежде всего из-за низкого потолка. Гриты в положении стоя заметно ниже нас и совершенно не учитывают возможность прохода кого-то более крупного. И даже в главных коридорах не делают потолок повыше просто для комфорта, как привыкли люди.

Всё выглядело вполне понятным — и в то же время удивительно чуждым. Обстановка довольно утилитарная — с прямыми углами. Но тут и там встречаются хорошо вписанные в общий дизайн круглые элементы, вроде ламп освещения и панелей у дверей.

У входа нас встретил грит — изогнутый символом S змей на четырёх кибернетических ногах и с двумя парами четырёхпалых рук. Всё тело испещрено имплантами, а на малоподвижной хитиновой голове шесть равнодушных недвижимых глаз.

Он сказал что-то короткое на крайне сложном на слух, хотя вроде бы вполне произносимом для людей языке. Нейроинтерфейс активировался и попытался перевести. Но именно сейчас он решил выдать сбой вмешательства в слуховое восприятие.

— Добрый день. Боюсь, после случившихся событий наши нейроинтерфейсы крайне паршиво работают со мной, и переводчик не сработал.

Грит казался совершенно равнодушным. Он больше не говорил ртом, а использовал спрятанный где-то динамик, заговоривший на безэмоциональным терранском языке голосом обычного ассистента.

— Следуйте за мной. Ваш-Но-Уррге ждёт вашего прибытия.

Мы двинулись по коридору. Лили взяла меня за руку, но при этом украдкой разглядывала чужого из далёкой области галактики.

— Нам любопытно, вы исследователи? — начала разговор Афродита.

— Да, — кратко ответил грит.

— И вы опытны в псионике? Мы не ставим под сомнение вашу квалификацию и понимаем, сколько секретов у вашего народа. Тем не менее нам интересен ваш уровень.

— В глазах терран мы невероятно искусны. Вопрос слишком пространный, но интерес понятен.

— А сколько вам лет по нашему исчислению? — полюбопытствовал я.

— Мне… тысячу девятьсот восемьдесят четыре. Осознали, насколько вы короткоживущая раса?

Довольно грубый ответ. Впрочем, это же гриты…

— Солидный возраст — для нас это десятки поколений. И как вы воспринимаете начало своей жизни? Нам трудно даже представить такое сильное изменение мира, какое для вас привычно. Кажется ли то, чему вас учили когда-то в образовательных центрах нелепицей: ведь наука прыгнула вперёд?

Я сдержал улыбку, понимая, что перепроверил слух о крайне скрытных гритах — начало своей жизни они не помнят. Их память не бездонная и ненужные элементы стираются. Ментальные поля разных рас во многом схожи, и я точно ощутил некоторую растерянность и заметил ложь в ответе.

— Ты прав, человек. Многое изменилось, наука шагнула вперёд. Но мы развиваемся и адаптируемся. Ваш-Но-Уррге по вашему исчислению три тысячи сто пять лет. Помните об этом, если возникнет желание оспорить его слова. Мы заметили эту черту за терранцами.

Наверняка дипломаты знают о гритах намного больше — и я не стал дальше потакать своему любопытству. Тем более мы пришли. Кстати, мой «радар» засекал на борту всего трёх существ. Что же, гриты не только живут вечно, но ещё и крайне неплодовиты. И даже современная наука им мало помогает. Видимо такого экипажа и ИскИна, который у них наверняка есть, им достаточно в дальнем полёте.

Мы ушли довольно далеко от выхода и попали в гораздо более просторное помещение, набитое странной, непонятной нам техникой. Один из встречающих отвлёкся от голографических интерфейсов и повернул к нам голову. Обратились ко мне сразу на терранском.

— Алекс Вейл, я Ваш-Но-Уррге. Рядом со мной Уоши-Со-Алла, он опытен в различных технических вопросах. Пусть ваши спутники ждут у дверей и не мешают. Вы снимите всё ваше оборудование. Не будем терять времени.

Значит, проводил нас второй гонщик? Харрас, если сокращать имя. Хотя вслух лучше этого не делать. У гритов это вроде бы не принято. Он, кстати, не ушёл и остался наблюдать со стороны.

Разумеется, стулья, чтобы мои спутники присели, на корабле отсутствовали. И не похоже, чтобы гости из далёкой древней нации хоть немного опасались наличия оружия или моей силы. Хотя я точно ощущал некое исходящее от них напряжение.

Сняв скафандр и оставив стоять в свободном углу, я следуя указаниям встал в центре массива сканирующих приспособлений, на фоне которого используемый Грант казался обычным рентгеном из клиники для малообеспеченных гражданских. Очень много разнотипных даже на вид датчиков; подвижные элементы, непонятные материалы и какие-то переливающиеся всеми цветами фокусирующие линзы.

Гриты работали молча, манипулируя своими устройствами в основном с помощью мысленных команд. Хотя и визуализация данных присутствовала. Только что толку, если я сейчас даже без нейроинтерфейса. Все мои попытки что-то рассказать пресекли — мол, сначала исследуем сами.

— Максимально подавите псионное поле. Инстинктивно вы защищаетесь… точнее, не вы. Просто подавите, — приказал Ваш-Но-Уррге. Команды я не понял, но попытался полностью расслабиться.

Когда процесс завершился, манипуляторы разошлись в исходное положение и мерцания от различных энергий погасли. Я медленно вышел на свободное пространство, смотря на пару гритов.

— Интересный случай, — сказал лидер. И замолчал, судя по всему продолжая работать с виртуальными экранами. Хотя одной рукой взял какое-то устройство и стал размахивать над ним другой, опять же применяя виртуальные кнопки более точного управления, нежели мысленное.

— Что с ним? — не выдержала Лили.

— Прежде чем я отвечу, хочу знать. Во время упомянутого аномального прыжка через разлом никто на корабле не умер?

Я насторожился ещё больше и кивнул.

— На Меркурии нет. Мы считали, что я принял удар от столкновения со сгустком псионной энергии. Но на корабле, с помощью которого создали нестабильный разлом, весь экипаж вераксианцев просто свалился там, где стоял. Отказ центральной нервной системы.