Жрец Хаоса. Книга ХIV (СИ) - Борзых М. - Страница 50

И после боль резко схлынула. Химеры, словно пьяные, шатались, едва удерживаясь на ногах. А в следующий миг княгиня почувствовала резкий толчок, от чего ноги её подкосились, и она едва руками удержалась за импровизированный стол в виде деревянного пня. Вокруг всё трясло, гремело, рушилось. Казалось, будто изнутри земли слышится гул и треск множественных раскатов грома. Все, кто стояли до этого на ногах, попадали. С хрустом трескались стены старинных зданий, устоявших до того. А через дорогу, вымощенную камнями, змеилась ветвистая, словно удар молнии, трещина.

Также неожиданно, как всё началось, всё и стихло. Елизавета Ольгердовна непонимающе уставилась на карту, вдруг окрасившуюся в алые тона. Даже сморгнула пару раз, пока не поняла, что это кровь накапала у неё с носа прямиком на планшет. Окружающие в шоке молчали. Елизавета Ольгердовна прекрасно понимала, что она должна сказать хотя бы что-то, чтобы вывести всех из оцепенения. Это должны быть слова разума, дабы задавить подступающую волну паники в зародыше. И она сказала:

— Второй толчок был сильнее или слабее предыдущего?

Ответом ей была тишина.

— Слабее или сильнее? — чуть повысив голос спросила она в темноту.

— Сильнее, — проблеял кто-то из темноты.

А вот это было уже очень и очень плохо.

Эсрай внимательно разглядывала обрыв, образовавшийся здесь совершенно недавно. Насколько она помнила, при прошлом визите здесь были ухоженные парковые дорожки, беседка со скамейками и секция теплового щита, который ранее прикрывал часть дендрария от холодного воздуха, идущего от льдов, покрывавших Чёрное море. Сейчас же часть всего этого великолепия площадью где-то тридцать на двадцать метров попросту сползла в море. Но и лёд уже не имел той однородной щитовой структуры, которую она видела ранее. Сейчас он там бугрился торосами, вздыбленными землетрясением. Выглядело это, будто море решило ощетиниться, словно дикобраз, в ответ на тряску.

Как бы не хотелось Эсрай попросту снять обувь, встать ножками на землю и почувствовать, что происходит внутри, так не выйдет. Ведь здесь обилие магии тепловых щитов, защитных контуров и прочей природной поддерживающей экосистемы попросту забивало восприятие. Да и чистым магом земли Эсрай не была, являясь в большей мере магом металла. Так что нравилось ей или нет, но спускаться нужно было вниз.

Обернувшись на Шанталь, которая поёживалась от холодного ветра, накинув тёплый плащ, подбитый мехом, Эсрай прикинула, что вообще-то девчонка, имея вторую ипостась магматической змеи, тоже должна весьма чутко ощущать перемены геофона.

— Шанталь, вам, конечно, не понравится моё предложение, но иного я не вижу. Мы с вами должны спуститься вниз для того, чтобы прочувствовать истинную ситуацию с нашей стихией. Здесь, наверху, такое количество защитных артефактов установлено, что всё равно что из погреба пытаться переговариваться с человеком на мансарде — друг друга не услышим.

Шанталь испугалась. При взгляде на море её охватила едва ли не паника.

— Госпожа… — заикаясь, ответила та.

— Можно просто Эсрай.

— Хорошо, госпожа Эсрай. Я не умею плавать, даром что змея.

— Я тебе плавать не предлагаю. Меняй ипостась на свою магматическую, и спускаемся вниз. Ты всё-таки оборотень с примесью магии земли. Может, что-нибудь почувствуешь. Потом сверим свои ощущения.

Шанталь неуверенно кивнула, всё ещё разглядывая ощетинившееся торосами море. Смена ипостаси произошла буднично, после чего змея, оставляя прожжённые проплешины от магмы на дорожках дендрария, подползла к краю обрыва. Эсрай же просто сделала шаг в пустоту, ухнув вниз, словно нырнув солдатиком в воду.

Альбионка только заметила удивлённое выражение морды змеи, кинувшейся было вслед, чтобы поймать магичку. Богиня же со стоном удовольствия приняла естественную форму и распахнула крылья. Давненько она не летала, позволяя ветру наполнять крылья и уносить её ввысь. Сделав вираж, Эсрай парой взмахов вернулась на уровень лица магматической кобры.

— Возьми чуть правее, — посоветовала она змейке. — Там порода обнажилась, напоминает ступеньки. Можно попробовать спуститься.

Шанталь кивнула и взяла правее для спуска, постепенно перекатываясь с одного выступа на другой. Когда они спустились почти к самому берегу, отвоёванному у моря, высота обрыва составляла что-то около десяти-двенадцати метров, но что удивительно, не было и следа обрушившегося склона: ни земли, ни камней, ни пресловутой беседки со скамейками. Куда-то же она должна была деться. Более того, свежая осыпь обнажила трещины, уходящие глубоко в толщу скалы, под основание дворцового комплекса и дендропарка. И это уже очень не нравилось Эсрай.

По сути, всю скалу от расщепления и осыпания удерживали те самые льды, укрывавшие Чёрное море и гасящие часть энергии, вырывающейся из-под земли. Размер трещин был таков, что ребёнок десяти-двенадцати лет свободно смог бы пробраться в них, если бы не боялся, что они тут же обрушатся и погребут его под собой. У Шанталь размеры в змеиной ипостаси были больше, чем у подростка, а потому просить её забраться внутрь смысла не было. Сама же Эсрай приложилась к породе и дала короткую команду голландке:

— Прижмись и обостри все органы чувств. Возможно, что-то почувствуешь.

Сперва ничего не было слышно, лишь тихий треск льдов и остаточные эманации магии земли после землетрясения. Но после наступила неестественная тишина, как будто все эмоции земли разом выключились или же сами магички на несколько секунд разучились чувствовать что-либо. На смену этой беспомощной бесчувственности пришёл тихий гул, как будто где-то очень далеко колотушкой ударили по гонгу, и его глухая, вибрирующая волна звука пробирала нутро. Звук был неосязаем, неощутим, но тело всё равно на него реагировало, чувствуя не то скрытую угрозу, не то явную опасность.

Но вскоре к ощущению дрожащих поджилок добавился резкий треск льда. Как будто разом торосы попытались оттянуть от берега. Льды отступали, обнажая обломки беседки, плиты дорожки, а после и морское дно на пять-десять-пятнадцать метров.

«Вот, оказывается, куда обломки спрятало», — успела подумать Эсрай, прежде чем у неё от грохота множественного треска не заложило уши.

Льды Чёрного моря разрушительной волной возвращались обратно к берегу, сметая всё на своём пути и перемалывая ледяными жерновами. Себя бы спасти Эсрай ещё смогла, резко взмыв вверх. Но Шанталь… Казалось, что магматическая змея никак не реагировала на происходящее, продолжая вслушиваться в скальную породу. Но и размеры у неё были таковы, что Эсрай не смогла бы быстро поднять в воздух такую бандуру, как бы ей того не хотелось. Потому она опустилась на раскалённую поверхность змеиной чешуи, уплотнив кожу, чтобы не обжечься, и попыталась накрыть сперва морду змеи крыльями, а следом накинуть на них лунный щит. Благо ночь уже вступила в свои права, и сил у Эсрай прибавилось.

На следующий такт сердца их накрыло ледяным безмолвием.

Хоть я вышел практически вслед за невестой и Шанталь, однако же их уже и след простыл. К тому же меня на дорожке перехватила Розинцева — главный смотритель парка-дендрария. Видок у неё был ещё тот, будто она три дня не спала, работая на износ. Да и лёгкая безуминка во взгляде выдавала старательно задавливаемую магом-природником внутри себя панику. Одну руку она прижимала ближе к телу, второй же активно жестикулировала:

— Ваше сиятельство, Юрий Викторович, что же это делается-то? У нас купол в трёх местах проломило. Мы пытаемся прикрыть часть растений, попавших под удар холода, индивидуальными щитами. Расход, там, конечно, аховый, к тому же просела общая защита. Что-то известно по ситуации? Нам ждать повтора?

Я, как умел, попытался успокоить Розинцеву:

— Мария Андреевна, информации пока нет. Ведём поисковые работы в Кореизе, связались со штабом флота, ждем. Делайте, что от вас зависит. Накопителями обеспечим. Не переживайте о разрушениях. Отстроим ещё лучше, сделаем ваш парк ещё краше. Если, не дай боги, что-то погибнет в результате инцидента, достану вам саженцы. Сейчас поймите, что людей бы спасти.