Жрец Хаоса. Книга ХIV (СИ) - Борзых М. - Страница 48

— Не мне говорить о сглазе, но кажется, твоя бабушка вместе с императрицей, обсуждая чересчур спокойную свадьбу, слегка сглазили, добавив нам интересных мероприятий в программу. Вы пока тут прощайтесь, а я видела в кабинете работающую телефонную линию. Позвоню пока Мясникову, чтобы готовил набор всевозможной лекарской алхимии для переброски в Крым.

Я кивнул, поражаясь, насколько спокойной, собранной и адекватной могла быть Инари в случае необходимости.

Стоило кицунэ удалиться, как ко мне подошла Эсрай и с не менее очаровательной улыбкой, чем до того у Инари, спросила:

— Чего это наша хвостатая азиатка от тебя едва ли не вприпрыжку понеслась?

Не уверен, но, кажется, в голосе у богини проскользнули нотки ревности.

— Сообщил ей, что после свадьбы отправляемся в Дюльбер в командировку.

— Каким составом? — хватило ума уточнить у невесты, прежде чем закатывать сцену ревности. А ведь судя по прищуру глаз и сжатым губам, богиня сдерживала себя, давя внутри иррациональные порывы.

— Едва ли не полным. Только жениха с невестой оставим. Там землетрясение произошло сильное, есть раненые, нужна помощь.

— Тогда, с твоего позволения, я несколько ускорю процесс прощания.

Эсрай подошла к Марии и что-то жарко зашептала ей на ухо, от чего невеста покраснела и, извинившись, сказала, что ей необходимо приготовиться к следующему этапу таинства брака. У Алексея глаза тут же загорелись предвкушением.

Как мужчина мужчину, я его очень даже хорошо понимаю. При взгляде на его невесту у любого здорового мужчины открывалось естественное слюноотделение, сдерживаемое лишь нормами морали и взятыми на себя обязательствами в отношении других женщин.

Через пять минут Эсрай вернулась, довольная собой, и подмигнула Алексею, дескать, его супруга во всеоружии. Алексея дважды просить не нужно было. Потому, со всеми распрощавшись, он попросил меня переместить пока все подарки куда-нибудь в сокровищницу рода до поры до времени, когда они с Машей найдут время с ними разобраться. Получив моё согласие, жених умчался в хозяйскую спальню. Даже бабушка заинтересовалась, что там этакого приготовила Мария для жениха.

— С нашей помощью мы создали не только платье, но и комплект нижнего белья в подарок невесте. Вот презентовали ей. Она, правда, пять минут отнекивалась, стесняясь примерить красоту. А как увидела себя в зеркале, так и отправила меня за женихом. Хотя на Берсеньеву даже мешок из-под картошки можно нацепить, и то выглядела бы очень даже завлекательно.

Стоило жениху покинуть нас, а Инари вернуться, кивком дав понять, что она выполнила задуманное, я сообщил новости о Крыме семье и предупредил, что сейчас мы порталом уходим сперва в особняк, имеем полчаса на сборы, а потом нас ждёт Кореиз. Сам же, отправив своих в столицу, не забыл переместить и подарки в сокровищницу, дабы не искушать слуг, а после отправился следом.

Сборы не заняли много времени, и уже через полчаса мы немалым десантом вышли через портал в окрестностях Кореиза, откуда до Дюльбера было рукой подать. Выходили мы, правда, с пятью десятками химер, из которых три десятка были летающими, а ещё два десятка — разномастные паучки всех размеров, находящиеся на службе у бабушки. Она сразу сказала, что возьмёт на себя организацию поисков пропавших и раненых. Ведь на войне частенько ей с химерами приходилось заниматься тем же, так что её создания были привычны к такой работе, понимали её с полуслова. Я же направился вместе с Эльзой, Шанталь, Эсрай, Инари, Мясниковым прямиком в Дюльбер — узнавать последние новости, связываться со штабом в Херсонесе, ну и попросту оказывать первую помощь и узнавать, где ещё могли бы пригодиться наши силы.

То, что Крым тряхануло не слабо, мы поняли уже в Кореизе. Пахло дымом, кровью, мокрой известью и внезапно тухлыми яйцами. Девицы даже поморщились от таких ароматов.

Огромные трещины разворотили некогда крепкие дома, сложенные из известняка и ракушняка, не самых крепких каменных пород. Часть домов и вовсе сложилась, как карточные домики. Зато уцелели все деревянные постройки. Но уже сам факт того, что люди находились на улице, жгли костры для того, чтобы согреться и выпить горячего питья, говорил о том, что они опасаются возвращаться домой, и ждут повторных толчков.

В Дюльбере нас приняли с распростёртыми объятиями, особенно когда узнали, что с нами два лекаря магистерского уровня. Оказалось, что всех раненых из Кореиза снесли именно к нам, потому что в бывшем императорском дворце по штату имелся лекарь, хоть и слабенький, в районе третьего-четвёртого ранга.

Опыт военно-полевой хирургии Мясникова в нынешних условиях оказался бесценным. Пока Эльза сортировала раненых, Фёдор Михайлович взялся за самых сложных пациентов со осколочными переломами и травмами головы. Своими стараниями Эльза с доктором Мясниковым резко подняли уровень оказания лекарской помощи до небывалых высот в глуши полуострова, складывая из осколков открытые переломы и сращивая их на глазах у остальных болящих. Правда, тот же управляющий, Васнецов Виктор Петрович, попытался было честно объяснить мне, что у людей нет денег для оплаты лекарской помощи, тем более столь сложно специализированной.

— Побойтесь богов, — отмахнулся я от управляющего. — Ещё я с людей последние копейки не сшибал после такого. Мы помогаем, потому что мы можем помочь.

Управляющий замолчал, но в его взгляде и взглядах окружающих уважения в наш адрес прибавилось. Пока Эльза с Фёдором Михайловичем творили чудеса лекарской магии Эсрай предупредила, что они с Шанталь отлучатся и попробуют осмотреть прибрежную территорию. Всё же и одна, и вторая имели связь с магией земли и могли предчувствовать эхо от грядущих повторных сотрясений. Инари же без лишних вопросов взялась ассистировать врачам, накинув на себя белый передник, словно заправская медицинская сестра, где-то омывая от крови и грязи раны, а где-то срезая обрывки одежды и успокаивая испуганных. Даже детей и то она нашла чем занять, отвлекая их маленькими сказочными иллюзиями вроде бабочек, кружащихся над цветками, или фей, танцующих и поющих детские песенки.

Дворцовую охрану я предупредил, что могут появляться химеры княгини Угаровой с ранеными, которых необходимо было пропускать беспрепятственно, ибо княгиня вела поисково-спасательную операцию в Кореизе. Была немалая вероятность, что бабушка масштабирует её на соседние деревни. А вот начальника охраны я отвёл в сторону и уточнил:

— Вы говорили, что у вас сыновья и племянник в обороне Херсонеса участвовали. Мне бы весточку передать в Штаб Черноморского флота или кто здесь за ликвидацию последствий отвечает?

— Теоретически отвечает наместник Крымский, князь Юсуфов Арслан Селимович…

Видя, как неохотно отзывался о местном наместнике начальник охраны, я не поленился уточнить:

— Что с ним не так? Ворует? — тут же предположил я первое, что пришло на ум.

— Ворует, но в столицу красиво отчитаться умеет. Вы, через Кореиз когда ехали, видели сложившиеся здания? Это школа и лекарский пункт, построили их лет пять назад. Стоять ещё лет сто должны были, если не больше. Хорошо ещё, что вечером тряхануло, а то бы детей из-под обломков доставали и жертв было бы гораздо больше. И так везде. Что касается военных объектов — стоят, их Штаб курировал. Что до остального — рассыпаются.

М-да, надо будет с принцем на эту тему поговорить или с Савельевым. Пока же я уточнил:

— Если есть кто-то из ваших при Штабе, пусть передаст самому главному из присутствующих военных чинов, что в Дюльбере нынче находится архимаг Угаров и может оказать посильную помощь, если таковая нужна.

— Если позволите, воспользуюсь местным телефонным аппаратом. Племянник как раз при Штабе телеграфистом служит. Он сможет.

Я поблагодарил начальника охраны и отправился в парк к Эсрай и Шанталь.

В Штабе Черноморского флота в прямом и переносном смысле дым стоял, хоть топор вешай. Принц переместился сюда родовым артефактом вместе с Великим князем практически сразу, как прибыл со свадьбы у Берсеньевых-Угаровых в Кремль и узнал новости. Шутка ли, полуостров тряхануло так, что даже в самой Херсонесской цитадели в одной из башен зияла трещина, а сама башня дала крен в сторону моря. Не говоря уже о состоянии полуразрушенных близлежащих деревень, где строили зачастую из говна и палок. Они и вовсе лежали в руинах. Принц рассчитывал развернуть пункты помощи на базе недавно построенных коллегиумов, школ и лекарских пунктов. На это казна выделяла деньги последние лет двадцать, и теперь вложенные средства должны были поработать на благо империи в условиях чрезвычайной ситуации. Но все надежды принца рухнули вместе с предполагаемыми пунктами размещения.