Жрец Хаоса. Книга ХIV (СИ) - Борзых М. - Страница 16

— Нет, — отрицательно замотал я головой, прерывая бабушку. — Оказывается, легитимный махараджа жив, заодно являясь и отцом Юрия Угарова. Мне необходимо его отыскать и уговорить каким-то образом вернуться на трон, чтобы всё это «счастье» не стало моей морокой.

Нужно отдать должное бабушке: та не стала охать и ахать и каким-либо образом комментировать нахождение у меня высокопоставленного царственного батюшки. Зато сразу подошла к вопросу практично:

— Каюмову надо привлекать.

— Каюмова пока обождёт. У меня ещё вариант есть.

— Это какой же? — поинтересовалась удивлённо бабушка. — Он тебе записку оставил, где его искать?

— Не совсем, — теперь пришёл мой черёд улыбаться. — Он мне оставил след из хлебных крошек. Как оказалось, своей системой энергоканалов я обязан именно ему. Лет с семи он ежемесячно проводил со мной всевозможные ритуалы для того, чтобы вновь сделать меня магом. При этом, насколько я могу понимать из увиденных воспоминаний, он занимался трансплантацией энергетических каналов из себя.

Бабушка замерла. Глаза её чуть прищурились, будто она пыталась что-то вспомнить. Руки в перчатках сжимали набалдашник трости, которая ей теперь не была нужна, но она всё ещё по привычке носила её с собой.

— Знаешь, Юра, — сказала она, — я, может быть, сейчас скажу что-то очень личное и далеко, и не факт, что приятное тебе. Но наживо пересаживать из себя энергоканалы в кого-либо — это титанический труд и адская боль. Всё равно что самостоятельно себе вырезать почку и попытаться прирастить её кому-то другому, при этом не используя обезболивание. Исходя из этого могу сказать, что отец тебя любил. Уже не знаю, какие у него были причины, чтобы не забрать тебя из приёмной семьи, но уже один этот поступок достоин уважения. Так что, если отыщешь отца, передай ему, что я хотела бы с ним познакомиться. Да и, к тому же, признаться, очень интересно увидеть мужчину, которому Вика отдала своё сердце.

Я кивнул, показав, что услышал просьбу бабушки.

— Что, дорогой внук, есть ещё что-то, о чём мне следует узнать после твоей спешной командировки в Раджпутан?

Я пожал плечами неопределённо:

— Разве что теперь ты можешь и мне надиктовать список всего тебе необходимого из этой прекрасной южной страны. Всё-таки статус старшего принца открывает гораздо большее окно возможностей, чем статус какого-либо торговца. Так что пишите с Эльзой список, постараюсь добыть вам всё необходимое.

Бабушка лишь криво ухмыльнулась.

— Да, кстати, чуть не забыла. Пока тебя не было, звонил Воронов. Мирный договор с Орциусами подписали, и в связи с этим на неделе будет даваться бал в честь особо отличившихся в Карпатской и Причерноморской кампаниях. Мы приглашены практически всем семейством.

— Отлично, — обрадовался я. — Заодно и Эсрай в свет выведем и официально объявим о помолвке.

Бабушка вновь удивлённо уставилась на меня:

— А как же режим секретности?

— Официально я спас её в Раджпутане из грязных лап индийского принца и отправил его за грань, после чего одногруппница воспылала ко мне неземной любовью и согласилась стать моей супругой.

— Изящно, — оценила наш финт бабушка. — Тогда нам следует озаботиться всем соответствующими нарядами. И да, Юр, это будет отличный повод рассказать принцу об изменениях в твоем статусе.

Ближайшие пару дней слились у меня в кутерьму встреч, бесед и переговоров самой разной степени важности. Во-первых, я выгрузил Юматову горку артефактов, полученных в качестве боевых трофеев с армий, нападавших на Раджпутан. Разбираться с тем, что из этого хлам, а что — самородок магической мысли, мне было попросту некогда. Тем более что у меня для этих целей был Юматов. Тот, когда увидел гору артефактов выше человеческого роста, не смог удержать на лице нейтральное выражение. Мне казалось, что сейчас передо мной стоял ребёнок, которому подарили магазин с игрушками. Или же завели в кондитерскую и разрешили есть абсолютно всё. Так и у Степана на лице читалось застывшее детское радостное недоумение.

— Это всё мне? — артефактора, кажется, даже заклинило на этой детской непосредственной эмоции. Мне пришлось даже немного спустить его с небес на землю.

— Степан, задача следующая. Во-первых, оценить полезность всего того, что ты перед собой видишь. Во-вторых, разделить на несколько категорий: те, которые могут быть использованы представителями нашего рода; те, которые имеют некие родовые привязки и скорее убьют нового владельца, чем позволят к себе прикоснуться и использоваться. Все остальные виды классификации оставляю на твоё усмотрение. Но только уж будь добр, не сиди за этой горой сокровищ сутками безвылазно. Она от тебя никуда не денется. Можешь даже делегировать часть работы в этом направлении.

— Ох, Юрий Викторович! — наконец отмер Юматов. — Вы же даже не представляете, какие мысли бродят у меня в голове! Дело ведь даже не только и не столько в изучении, а в том, что если разобраться, как работает тот или иной артефакт. Если разобраться с плетением внутри него, то можно же попытаться создать аналог. А здесь артефактов такое количество, что даже с учётом статистической погрешности что-нибудь полезное и неординарное мы здесь всё равно отыщем. Вы, считай, сейчас такой пинок нашей артефакторной мастерской даёте, что даже не имеете представления.

Я, конечно, о добытых трофеях не думал, оценивая всё больше по практической или финансовой ценности. К примеру, то, что не может быть использовано нами, я планировал либо оставить до лучших времён в качестве аргумента влияния на те или иные княжества индийские, либо продать за очень большие деньги. Использовать же артефакты в качестве объектов для промышленного магического шпионажа я почему-то не додумался. Тем более что и шпионажем это, по сути, назвать нельзя было. Артефакты были моей собственностью. И если уж инженеры нашей артефакторной мастерской могли каким-то образом использовать наработки из этих артефактов, это бы шло только на пользу и обогащение нашему же роду. Главное, чтобы не угробились в процессе.

Последнее я и повторил Степану:

— Степан, как хочешь, но смотрите, не угробьтесь с этими артефактами. Я больше чем уверен, что на большинстве из них стоит как минимум какая-либо защита. Поэтому изучайте осторожно. Ты у меня настолько ценный кадр, что я даже думать не хочу, что с тобой может что-либо случиться.

— Угу, — промычал тот, уже вынимая из кармана пиджака монокль и надевая его.

Кажется, мои увещевания были уже неактуальны. Юматов полностью погрузился в поставленную ему задачу.

В академии всё шло своим чередом. Вернувшись на учёбу, я с удовольствием ходил на лекции, всё так же являясь освобождённым от практических магических занятий. Зато это позволило мне наведаться к Марии Берсеньевой в библиотеку после обеда. Я всё же хотел, чтобы она помогла мне прочитать экземпляр «Саги о Долгой ночи» на руннике.

Марию Анатольевну я отыскал на её привычном месте, правда, в весьма непривычном состоянии. Если ранее девушка зачастую была увлечена чтением книг, то сейчас на лице нашего библиотекаря застыла растерянность. Аристократка, позабыв обо всём, кажется, даже грызла ноготок на указательном пальце — не то от расстройства, не то от излишних нервов в попытке скрыть оные. Меня она даже не заметила, что позволило мне спокойно перегнуться через библиотечную стойку и взглянуть, чем же таким занята девушка. Ситуация оказалась до ужаса банальна: Мария разглядывала в нерешительности три эскиза свадебных платьев. Каждое из них было по-своему прекрасно, потому Мария искренне страдала, не в состоянии определиться с выбором.

Лишь когда тень от моей головы накрыла одно из платьев, Мария вздрогнула и резко подняла голову. Практически следом, узнав меня, лицо её озарила улыбка:

— Добрый день, Юрий Викторович. Рада, что нашли время и заглянули ко мне.

— Да вот, пришёл извиниться, что семейные дела вынудили меня пропустить ужин с вашим участием. Уж простите, — покаялся я перед девушкой.