Искусство Разрушения (СИ) - Ло Оливер - Страница 15

Справившийся с подгибающимися коленями Цянь торопливо вытер пот и решительно протиснулся поближе к столешнице, натягивая на оплывшую физиономию маску оскорбленного профи, ведь статус требовал немедленной реабилитации.

— Мастер, — важно изрек он, поправляя помятый халат. — Я обладаю искусством тонкой настройки контуров, так что я заберу Центральный узел.

Короткий палец уткнулся в самый защищенный центр бумажной схемы, находящийся глубоко в недрах безопасной крепости, где вся энергия уже очистилась и риск подорваться на остаточном выбросе стремился к нулю. Офицер отлично понял этот маневр.

— Бери, — скривился мастер. — Стабилизируешь мне ядро. Оставишь там хоть одну трещину, я тебя собственноручно вниз башкой скину.

Практики засуетились над картой и стали разбирать куски поспокойнее. Мин просунул руку сквозь их спины и ткнул пальцем в самый край разворота, прямо на красный знак с припиской «Гнилая Бездна». Данный сектор перекрывал внешний кусок стены прямо над дымящейся пропастью, там от защитной вязи вообще мало что осталось, а камень обильно напитался ядовитой сыростью, так что любой нормальный человек добровольно сгноил бы себе там легкие за пару часов.

— Схожу туда, — глухо выдохнул он.

Вернувший себе здоровый цвет лица Цянь пренебрежительно фыркнул, разрезая возникшую паузу.

— Решил выехать на одном фокусе! — громко возвестил толстяк для своей свиты. — Да в Пасти его тушь просто стечет по стене! Мертвецу награды не полагаются, и если этот заморыш там вообще не загнется до заката, я при всех сжую свою кисточку!

Начертатель усмехнулся, складывая выданные схемы в карман.

«Болваны, — холодно подумал Мин. — Вы видите там яд, а я вижу глухой закуток без посторонних глаз и море непереваренной хаотичной ци. То, что нужно для Чернильницы».

— Как известно, жирные лотосы всегда лезут из самой вонючей грязи, — философски обронил юноша куда-то в пол.

Раздался очередной натужный кашель, и сутулая спина неторопливо побрела вдоль стен к самому смертоносному отрезку укреплений. Мастер Ордена проводил шаркающие сапоги долгим взглядом. За годы на передовой опытный офицер прекрасно уяснил, что настоящие демоны практически никогда не торопятся показывать клыки первому встречному, предпочитая душить свою жертву голыми руками.

Глава 7

Привилегии больного книжника

Путь к участку под ласковым названием «Гнилая Бездна» петлял через глухие закоулки форпоста, уводя туда, где свет духовных жемчужин окончательно уступал место вечной сырости и изъеденному отравленными ветрами голому камню. Подошвы Мина мерно скрежетали по крошке. Идеально сгорбленная спина в связке с приглушенным кашлем служили отличной маскировкой для образа чахоточного книжника Хао, пока мимо с тяжелыми корзинами породы на горбах то и дело плелись изможденные рудокопы. Ауры работяг едва теплились на грани истощения. Однако привыкший быть настороже Мин выцеплял из бормотания отдыхающей кучки людей весьма занятные обрывки.

— … говорю тебе, Провал Мертвых Костей требует новых жертв! — дрожащим голосом бормотал старик с въевшейся сажей на лице, и его плечи ходили ходуном. — Третьего дня туда отправили бригаду Гао и двух практиков для охраны. Сгинули все! Растворились во мраке и все тут! Ни крика о помощи, ни капли крови на камнях… Ущелье просто сожрало их без звука!

— Заткнись, старый дурак! Услышат — нас самих туда пошлют! — зашипел на него сосед. Мужик судорожно втянул голову в плечи.

Темные глаза юноши под полями соломенной шляпы хищно блеснули. Он прошел мимо без малейшей запинки в шаге.

«Провал Мертвых Костей, значит, — мысленно усмехнулся Мин, тут же прикидывая перспективы подобной аномалии. — Участок ущелья, способный бесшумно поглотить практиков без единого следа? Пожалуй, это идеальная бездонная яма для того, чтобы прятать трупы тех, кто задает слишком много вопросов. Или же место, где таится нечто, совершенно не предназначенное для глаз жалких смертных. Обязательно стоит запомнить».

Мрачный коридор наконец-то уперся в цель. Выходящая прямо над бездонной пропастью «Гнилая Бездна» полностью оправдывала данное стражей прозвище, представляя собой гигантскую рваную рану в структуре энергетического барьера форпоста. Густой серо-зеленый миазм хаотичной ци с утробным воем вливался в этот пролом вместо привычного горного ветра, а ядовитая бурлящая взвесь агрессивно разъедала камень прямо под ногами. Глотни обычный практик на ступени Пробуждения этой дряни, и он выхаркал бы легкие на пол в тот же миг.

Пропускать отраву через свое тело было бы сущей глупостью, поэтому рука метнулась за пазуху с совершенно чуждым для больного книжника изяществом. Пальцы крепко сомкнулись на теплом стекле. Лишенная нормальной плотной пищи Чернильница так отчаянно затряслась от первобытной звериной жадности, что юноша едва сорвал крышку, тут же выставив флакон прямо навстречу бушующему шторму. Древний артефакт моментально взорвался неистовым голодом и обратился бездонной воронкой, втягивающей серо-зеленый миазм с протяжным свистом, пока ядовитая буря целиком проваливалась в узкое стеклянное горлышко. Любой старейшина Ядра на месте Мина сейчас гарантированно поседел бы от ужаса.

Владыка Звездного Предела Гу Лань уже приготовился издевательски хохотать над корчащимся от боли дерзким учеником где-то на дне своей карманной пустоты, однако вместо этого внезапно поперхнулся фантомным воздухом. Старик во все глаза таращился на вытворяющую немыслимое стекляшку. Без трав, без камней и звериной крови артефакт пожирал чистый хаос, спрессовывая его в густую массу на самом дне колоссальным давлением. Тысячелетний опыт Гу Ланя считал энергетическую структуру готового концентрата еще до того, как первая капля окончательно застыла.

«Всемогущие Небеса! — голос древнего духа сорвался на сиплый хрип от охватившего его благоговения и ужаса. — Мальчишка! Эта банка… она только что выварила Аспект Истинного Распада! Это редчайшая, проклятая энергия, пожирающая саму структуру ци! Стоит влить эти чернила в атакующую печать, и она проест защитный барьер даже мастера на пике ступени Ядра, обратив его меридианы в гнилую труху за один вдох! Демоны Бездны, да что это за артефакт такой⁈ Он не только пленил мою бессмертную душу, но и внаглую ломает законы мироздания, творя концентраты немыслимого качества! Откуда у тебя эта вещь, щенок⁈»

«Надо же, дед, — мысленно протянул юноша, с откровенным пренебрежением разглядывая густые смоляные капли с изумрудными прожилками на дне флакона. — Сидишь в этом сосуде столько времени, кичишься своим вселенским всезнанием, а истинные аппетиты собственной тюрьмы соизволил заметить только сейчас? Твоя хваленая проницательность начинает вызывать у меня большие сомнения».

Губы Мина искривились в издевательской ухмылке, впрочем, она тут же покинула его лицо.

— Это единственное что досталось мне от отца, — бросил он вслух так равнодушно, словно это ничего не значило.

Ошарашенный дух заглох, а пальцы парня тем временем уже перехватили кисть из соболиного ворса. С детства он привык к тому, что если взялся за дело — делай его хорошо.

Он подошел вплотную к зияющей разрушенными энергетическими узлами каменной кладке на самом краю обрыва, и хотя ураганный ветер бешено рвал полы ветхого халата, кисть в руке начертателя опустилась в простые чернила из местной каменной крошки и киновари без единого подрагивания.

Движение пошло плавно от самого локтя.

«Круг замыкания» врезался в выщербленную породу двадцати четырьмя безупречными изумрудными штрихами ради создания надежного фундамента, рядом с которым Мин вывел «Знак уплотнения». Дикая ци со звонким треском сжалась в невидимую стену под напором его резких мазков. Впрочем, голый барьер долго не проживет. Кисть не отрывалась от камня ни на мгновение, вплетая в камень чуть ниже двадцать изящных линий «Знака поглощения», чтобы свежая печать сама жрала удары шторма и перегоняла ярость ущелья в ресурс для собственной прочности.