Дракон в пролете, или Невеста с чужого отбора (СИ) - Ромм Дарина - Страница 21

Святые крылья, Леоний что, думает драконы сейчас начнут в него пламенем плеваться или в его разум полезут?!

Справа от короля сидит королева. Высокая, сухопарая. Вся в черном, словно одевалась в противовес белоснежному костюму супруга. Лицо у нее еще довольно молодое. Оно было бы даже красивым, если бы не выражение холодности и надменности на нем. Они с мужем что, соревнуются, кто выглядит более высокомерно?

Тот же самый зычный мужской голос начинает представлять королевской чете членов делегации:

— Господин посол, граф Карлайл с супругой!

Ага, вот как их зовут!

— Заместитель посла, наследный князь Грозовой с супругой.

— Секретарь посольства, господин…

Представление продолжается довольно долго. Мы по очереди выступаем вперед и под пристальным взглядом серых глаз короля делаем реверансы, благодарим за честь быть представленными Их Величествам. Выражаем надежду на долгосрочные мирные отношения… и так далее, и тому подобное. Скукота, в общем.

В ответ король милостиво произносит слова ответных приветствия. Королева надменно молчит, только изредка кивает в такт словам мужа. Глаза у нее смотрят куда-то поверх наших голов и выглядят пугающе пустыми.

Когда представление окончено, Его Величество предлагает:

— Господин посол, я бы хотел побеседовать с вами лично. Остальные члены вашей делегации могут начать знакомиться с моими подданными и развлекаться. Желающие могут танцевать, а на столах в соседнем зале всех ждут угощения и напитки.

— Мири, ты умеешь танцевать? — интересуется Райвен, когда мы отходим от королевской четы.

— Конечно, — фыркаю я. — А ты?

— Естественно, — усмехается и нагло кладет руку мне на талию. — Значит потанцуем? Или сначала поедим?

— Не знаю, полезет ли мне еда в горло, — отвечаю шепотом. — Посмотри, как нас рассматривают окружающие. Словно мы чудовища, сбежавшие из зверинца и непонятно как оказавшиеся в приличном обществе.

— Пусть себе смотрят. Мы знаем, что драконов тут ненавидят. Но мы все равно потанцуем, тем более, ты такая красивая, Мири. Пусть все мне завидуют.

От этих слов у меня на душе становится так тепло, что я чуть было не признаюсь, что Райвен тоже очень красив в своем строгом камзоле, украшенном серебряным шитьем. Такой мужественный и элегантный.

К счастью, не успеваю, потому что этот негодяй с ехидной улыбочкой добавляет:

— Тот факт, что ты не напялила на себя уродские платья, что купила перед отъездом, делает тебя особенно прекрасной, моя Мирэль!

Гад! Хам! Негодяй!

Дальше додумать не успеваю, так как к нам подходит молодой слуга в роскошной, темно-зеленой ливрее.

— Простите, господин Грозовой. Миледи…, — обращается с поклоном. — Моя госпожа, леди Агата Воруланд просит вас почтить ее своим визитом. Ее покои недалеко отсюда, и вы не задержитесь надолго.

— А сама госпожа Агата не присутствует на празднике?

— Госпожа моя, увы, слишком слаба после недавнего рождения ребенка, — произносит слуга. — Поэтому она просит вас навестить ее. Вы с супругой единственные молодые члены делегации драконов и ей будет приятно познакомиться именно с вами.

Райвен кивает, выражая согласие, и мы следуем за слугой по длинному, ярко освещенному коридору, в отдельное крыло.

Фаворитка короля оказывается очень красивой голубоглазой блондинкой. Молодой и нежной, с широкой обаятельной улыбкой и прелестным серебристым голосом.

— Простите, что вынуждена принимать вас в такой обстановке, — она ведет по сторонам тонкой ручкой с изящными пальцами. Указывает на кровать, в которой сидит, опираясь на многочисленные кружевные подушки и смущенно улыбается.

— Наверное вы слышали, что буквально на днях я родила еще одного ребенка нашему повелителю? Теперь у него три сына и очаровательная дочка, мои любимые детки, — произносит она с нежностью в голосе.

— Примите наши поздравления, — галантно произносит Райвен. — Появление на свет детей — всегда радость. Особенно, если это дети, рожденные в любви.

Красивые голубые глаза Агаты начинают сиять. Своим серебряным голосом она восклицает:

— О да, Его Величество очень любит меня. Очень. И я обожаю его, не представляю своей жизни без него. Но…

Прекрасные глаз туманит печаль.

— Но наши детки… Мое сердце обливается слезами от мысли, что они незаконнорожденные. Бастарды! А ведь могли быть наследниками, принцами…

Как несправедливо распорядилась судьба, что мы с моим Леонием встретились и полюбили друг друга когда он уже был в браке. Увы, в несчастливом, браке…

Если бы королева смогла подарить моему Леонию ребенка, я бы не волновалась за него так сильно… Но увы, королева бесплодна, а мои дети так и носят звание бастардов. Разве это справедливо…?

К счастью, королева не ждет от нас ответа, продолжая рассказывать как беспокоится о короле и королевстве в целом.

Из покоев прекрасной Агаты мы с Райвеном выходим молча. Подавленные сочувствием к этой милой, но такой несчастной женщине.

Я вспоминаю, как Марта морщилась, говоря о королевской фаворитке. Уверена, моя новая горничная просто не разбирается в людях, раз невзлюбила такую прекрасную женщину как Агата!

Уже подходя к дверям зала приемов я вдруг чувствую на себе чей-то пристальный взгляд. Поворачиваю голову и вижу за колонной смутно знакомого светловолосого мужчину.

Заметив, что я смотрю на него, он мгновенно отступает в тень и исчезает. Еще несколько секунд я пытаюсь вспомнить, откуда его знаю, а потом просто выбрасываю из головы. Мало ли кого я встречала на своем жизненном пути, всех ведь не упомнишь.

Ох, если бы я знала, каким неприятным образом этот тип вскоре проявится в моей жизни, обязательно бы напрягла свою память!

Глава 10

Мы решаем, что не будем возвращаться в зал приемов. День был длинный и насыщенный, мы оба валимся с ног. Во всяком случае, я точно уже никакая. Ощущение, что мною натирали паркет в том самом зале приемов.

— Доброй ночи, — говорю Райвену, не глядя, и быстро скрываюсь в своих апартаментах.

Марта дремлет, усевшись в кресло возле окна. Разбудив ее, прошу помочь расстегнуть мне платье и отправляю спать. Девушка пытается возражать, но у меня просто нет сил, поэтому я резко прекращаю ее попытки показать себя услужливой и все-таки прощаюсь с ней до утра.

Заперев дверь за Мартой, выпускаю Пуфика погулять, кормлю малыша и позволяю сбегать на улицу по своим делам, пока я наскоро принимаю ванну. Помывшись, накидываю халат, выхожу и вижу, что рыжий хитрец уже прекрасно устроился на кровати, мурча чуть ли не на всю спальню.

Устало усаживаюсь на мягкий невысокий стул перед трюмо и растерянно смотрю на себя в зеркало. Эх, поспешила я отправить Марту спать, а как же теперь быть с этой прической, которую она соорудила? Тут же шпилек с полсотни, наверняка. Лечь спать с подобным нагромождением из волос не вариант: завтра проснусь с жуткой головной болью, а у нас, скорее всего, опять будет нервный день и мне нужно быть в тонусе, а не в состоянии тряпочки.

Уныло вздохнув и проигнорировав ленивый взгляд кота, начинаю разбирать сооружение из волос, вытаскивая шпильки по очереди, одну за другой. О, боги, это затянется до утра!

— Да, блин! — ругаюсь расхожим у нас ругательством, принесенным Алекс, мамой Райвена. Ой, это же она моя свекровь, получается?

Замираю с открытым ртом, из-за внезапного озарения, и не сразу замечаю, что смежная дверь в мою спальню открывается и ко мне заходит Райвен, одетый только в тонкие подштанники выше колена.

— Что-о-о?! Ты зачем сюда пришел?! — поворачиваюсь на стуле и недоуменно смотрю, как он раскладывает свою подушку и плед на МОЕЙ кровати! Сдвигая нагло развалившегося посредине кота.

— Что значит, зачем? — с очень правдоподобным удивлением спрашивает Райвен. — Мы находимся в чужом, враждебном нам королевстве, при дворе, где кто угодно может рискнуть нас подставить любым образом, или, что еще хуже, устранить. И ты спрашиваешь, почему я у тебя в спальне? Серьезно, Мири?