Министр товарища Сталина 3 (СИ) - Коруд Ал - Страница 14

Как-то раз ночью мне пришла дикая идея. А что, если я послан сюда «небесами» для войны с самим Сатаной? Кому еще могли продать душу эти дельцы? Потому им там фортуна и благоволит. Но почему-то верные сыны «Сущего» не оказываются в фаворе у судьбы. Странно, не правда ли?

Но по итогу идущих перемен потеряем меньше, чем в том мире. Особенно в Маньчжурии, что по моему мнению являлось полным безобразием. Когда в Советском Союзе начнут считать деньги и уважать себя? После Маньчжурской операции в августе 1945 года КВЖД вернулась под контроль СССР. 20 августа 1945 года войска 2-го Дальневосточного фронта и корабли Амурской флотилии при поддержке воздушного десанта овладели Харбином. 4 августа 1945 года был заключён советско-китайский договор о дружбе и союзе. Согласно соглашению, КВЖД и Южно-Маньчжурская железная дорога были объединены в Китайскую Чанчуньскую железную дорогу (КЧЖД), которая перешла под совместное советско-китайское управление на 30 лет. После этого срока дорога должна была быть безвозмездно передана Китаю.

Правление КЧЖД состояло из 5 советских и 5 китайских граждан, его центр находился в Чанчуне. Дальний становился портом: мэр города — китаец, начальник порта — советский гражданин. Силами советских железнодорожных войск и мобилизованных местных жителей колею КЧЖД перешили обратно на советский стандарт (1524 мм), включая ветвь Харбин — Порт-Артур. К 1 сентября 1945 года открылось регулярное движение по основной магистрали (станция Маньчжурия — Харбин — станция Пограничная). В 1946–1948 годах, в ходе Народно-освободительной войны в Китае, часть КЧЖД и станционных посёлков была разрушена. С помощью СССР инфраструктуру восстановили.

Но после создания КНР в 1949 году советское правительство решило отказаться от территориальных и имущественных прав на КЧЖД, стремясь укрепить отношения с новым китайским государством. 14 февраля 1950 года были подписаны новые советско-китайские соглашения. Они предусматривали безвозмездную передачу всех прав СССР на дорогу и доли его имущества в собственность КНР сразу после заключения обеими странами мирного договора с Японией, но не позднее 1952 года. 31 декабря 1952 года в Харбине был подписан протокол о безвозмездной передаче КЧЖД Китаю. Имущество, переданное китайцам, включало:

железнодорожное полотно и подвижной состав;

паровозоремонтные заводы, угольные копи, предприятия лесного хозяйства, торговли и общественного питания;

жилой фонд (1 850 364 м²);

69 школ, 25 домов культуры и другие объекты.

Общая стоимость переданного имущества оценивалась в 600 млн долларов.

И таких подарочков за всю историю СССР было сделано немало. Русские работяги могут же жить в барках без водопровода и канализации? Чего на них деньги тратить? Какой пример мы тогда сможем показать развитому миру?

Маньчжурия вообще место упущенных возможностей. Можно было хотя бы сохранить Харбин как русский город. Но в данный момент я уже бессилен что-то изменить. Можно было даже императора Пу И взять на госслужбу, когда-то СССР признал Манчжурию. 19 августа 1945 года в Мукдене Пу И был захвачен советским авиадесантом. После пленения император содержался в 120-й одиночной камере Лубянской тюрьмы в Москве, затем в лагере для военнопленных под Хабаровском. Был свидетелем обвинения на Токийском процессе в августе 1946 года и давал показания в течение 8 дней. В 1949 году, с установлением в Китае власти коммунистов, Пу И написал письмо Сталину. Он писал, что знакомство с трудами Маркса и Ленина в тюремной библиотеке произвело на него глубокое впечатление и изменило его мировоззрение. Пу И был возвращён в Китай в 1950 году.

Монголия меньше 800 тыс. человек. Вот их точно неплохо бы взять под свое крыло шестнадцатой республикой. И не забыть про Восточный Туркестан. В реале советский «уйгурский проект» провалился, хотя в 1948 году местные спят и видят войти в состав СССР. Ханьцев там было совсем мало.

С точки моей зрения Синцзян нужен в составе СССР по следующим причинам:

1. Урановые месторождения и масса других полезных ископаемых.

2. Отрезает Китаю сухопутный доступ к Пакистану и Индии, и что всего важнее на будущее советской Средней Азии. И даёт СССР сухопутный доступ к Индии и Тибету, а Британия в итоге страдает.

Если возьмем Синцзян, то следующий будет Тибет. Китайцев там практически нет. И прямой выход на Индию с Непалом. Не зря англичане так возникали против присоединения Синцзяна к СССР в начала тридцатых? Но Тибет очень труднодоступен. Так что это просто мысли вслух.

Хотя Синцзян с проведением референдума вполне вероятен для присоединения. Китайцы надолго засядут с Тайванем. Война там случится по накалу точно не менее горячая, чем во Вьетнаме. Прощай сытый бум пятидесятых в США! Я начинаю кроить карту мира по-новому!

Глава 5

18 июля 1949 года. Что за комиссия создатель?

Опять меня понесло в логово зверя. Слишком часто появляться стало опасно. Пусть станет поменьше. Но тут деваться некуда — дело важное. И нужно показать, что оно на контроле. Расследование причин катастрофы 41-го. Но сначала под чай случился разговор с Василевским. Он плотно занимался Кореей — там вовсю шли жаркие бои. И не всегда в нашу пользу. И с этим стоило разбираться. Потому что корейские и китайские товарищи действовали по советским планам, то есть Генштаба во главе с маршалом. И срочно нужно понять: это проблемы исполнителей или американцы имеют против нашей тактики противоядие? Моя разведка работала плотно с ГРУ, так что в моём визите не было ничего особенного. Но после оброненной будто бы случайно фразы Василевский помрачнел.

— Ты почто меня так не любишь, Виктор Семёнович?

— К тебе претензий как раз нет. Ты отлично знаешь, как я к тебе отношусь. Но есть приказ.

Как раз указания не существовало, но маршал всё понял без слов. Он уставился в окно, потом проговорил. Прослушки в этом кабинете точно не было — я ему сам об этом сразу заявил.

— Полетят головы.

— Это уже не мне решить, Александр Михайлович. Но… тебе не кажется, что та история и наши проблемы на Дальнем Востоке одного и того же рода?

— Ты на что намекаешь?

Василевский не злился. Он отлично помнил сорок первый. И что проблемы того года мы так и не разобрали. И кто как не начальник Генштаба знает о проблемах в управлении войсками. Излишек гонористых фронтовиков-генералов. И массовая демобилизация офицеров среднего звена — капитанов и майоров, которые вынесли на себе всю тягость войны. Часть из них начинала свой фронтовой путь безусыми лейтенантами, а то и сержантами. На войне карьерный путь быстрый — если в живых останешься. Вот армия мирного времени — иная.

Это как проклятье какое-то! Требуется прежде всего слепое подчинение начальству, а не выучка и самостоятельность в решении возникающих вопросов. В военных условиях ждать приказа иногда просто некогда — ты быстрее погибнешь. Нужно немедля громить врага, быть инициативным, резким как понос. Безынициативность и губила наших людей летом сорок первого. Как найти баланс между армейской дисциплиной и толикой анархии, свойственной Действующей армии? Впихнуть в уставы невпихуемое? Уладить конфликт между заслуженными фронтовиками и строевиками?

Тут точно сто раз подумаешь! Начнёшь пережимать — получишь смертельные обиды от уважаемых людей. Из-за этого куча ошибок в будущем, когда теория не очень билась с практикой. А зарубежный, да что греха таить, и свой боевой опыт, полученный в кровавых локальных конфликтах, не изучался должным образом. Нам помогла лишь выстроенная на крови система, боевая выучка и надежда на «авось». И поэтому я так ратовал за более широкое участие наших военных во всё-таки чужой для нас корейской войне. Научно-техническая революция только начала разгораться, и поле боя менялось стремительно. Нельзя упускать инициативу из рук!