В руках подонка (СИ) - Вашингтон Виктория "Washincton" - Страница 3

Буквально через полчаса мы уже были в ресторане. Обе красиво одетые в вечерние платья и на каблуках. Единственное, что я забыла снять свои очки, в которых обычно работала за ноутбуком. Но снимать их не стала. Я чувствовала себя в них очень комфортно.

Изначально вечер казался приятным. Если бы не одно огромное но. Окидывая взглядом зал, я буквально в нескольких столиках от нас увидела Демьяна с той самой девушкой, с которой у меня произошла стычка.

Настроение упало и даже захотелось уйти, но переборов это чувство, я подумала о том, что не позволю даже его присутствию испортить мне настроение.

Мы заказали ужин, и я старалась не смотреть в ту сторону, пока не решила выйти в уборную.

Когда я возвращалась, я почувствовала, как каблук чуть скользнул по полу, и на мгновение потеряла равновесие. В следующий момент кто-то оказался рядом и я ощутила, как чужие руки обхватили мою талию.

— Осторожнее, — низкий, знакомый голос прозвучал слишком близко.

Это был Дамьен. Осознав это я, как ошпаренная, вырвалась из его рук, отступив на несколько шагов назад.

— Не трогайте чужих женщин, — бросила я, глядя ему прямо в глаза.

Оказавшись так близко к нему, я отметила как сильно он изменился за эти несколько лет.

Прежним остался лишь запах парфюма.

Дамьян чуть приподнял бровь, уголки его губ едва заметно дёрнулись.

Его взгляд не то что изучал, он прожигал и буквально откровенно лапал, отчего я ощутила сильное раздражение.

— Даже если эта женщина нуждается в помощи? — его голос звучал спокойно, но в его взгляде чувствовалась то, что в первое мгновение я приняла за заинтересованность. Но ведь это не могло быть так?

— Вряд ли вы можете кому-либо помочь, — ответила я холодно, поправляя очки.

Его взгляд чуть сузился, но он ничего не сказал. Он меня не узнал.

Я развернулась и пошла к своему столику, чувствуя, как дрожь пронзила всё тело. Этот короткий момент показался мне вечностью, но я знала, что лучше держаться как можно дальше от него.

Мы с Лией продолжали сидеть за столиком, но я уже не чувствовала того расслабления, которое было вначале. Обстановка ресторана, такая уютная и спокойная, теперь казалась мне чужой. Я пыталась сосредоточиться на разговоре с Лией, но чувствовала… взгляд.

Откуда-то сзади, сбоку — я не знала точно, но ощущение было настолько явным, что я невольно подняла глаза и украдкой взглянула в сторону столика, где сидел Дамьен. Он всё ещё был спиной ко мне, но девушка рядом с ним уже молчала, а он, кажется, слегка повернул голову в мою сторону.

Это не могло быть правдой, убеждала я себя, но напряжение внутри росло.

— Ты вообще меня слушаешь? — спросила Лия, поднимая бровь.

— Да, конечно, — соврала я, делая вид, что ничего не происходит.

— Кстати, как там Райан? Ты очень переживала, что он сложно перенесет расставание, — этот вопрос подруги вызвал теплую улыбку на губах.

Я всегда так реагировала, когда кто-то спрашивал о моем сыне.

— Знаешь, как оказалось, я скучаю по нему намного больше.

Няня, которая осталась с Райаном присылала мне его фото почти каждый час, а мне будто все равно было мало. Я впервые оставляла сына и уезжала куда-то без него. И это оказалось невыносимо сложно. Я любила его настолько сильно, что сейчас даже не могла дышать полной грудью. Наше, хоть и короткое расставание отзывалось острой тяжестью в груди.

Наше, хоть и короткое расставание отзывалось острой тяжестью в груди.

Потянувшись к соку, я ощутила то, что жесткой тяжестью проходило по коже — Демьен все еще смотрел на меня. Я понятия не имела зачем он это делает, но одно я знала точно. Я не хочу, чтобы он меня узнал. И тем более, не желаю, чтобы узнал, что у нас есть сын. Внешне Райан был практически копией Демьена, но все же он исключительно мой сын. Любимый. Обожаемый.

Когда мы с Лией наконец решили уходить расплатились и направились к выходу. Но стоило нам выйти на улицу, как я вновь увидела его.

Дамьен стоял рядом с входом, облокотившись на стену. Его поза была расслабленной. Он смотрел прямо на меня.

Я быстро отвела глаза, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Может, мне показалось, что он меня не узнал?

Мы прошли мимо, стараясь сохранять спокойствие, но я всё равно ощутила его присутствие позади, будто он следил за каждым моим движением.

Когда я обернулась через плечо, то увидела, как он жестом подозвал к себе мужчину, который стоял неподалёку. Это был высокий, массивный мужчина, явно из тех, кого нанимают для защиты. Они перекинулись несколькими словами, и через мгновение этот человек направился ко мне.

— Дарин, — тихо сказала Лия, глядя на приближающегося мужчину. — Что происходит?

— Ничего, — ответила я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Мужчина подошёл быстро и остановился прямо передо мной. Его лицо было серьёзным, голос низким.

— Мисс, — произнёс он, протягивая мне карточку. — Господин Дамьен Тео ждет вас через час в этом номере. Отказываться не советую.

Я смотрела на него, затем на карточку. Это был пропуск отельного номера. Его наглость, его уверенность в том, что я соглашусь, разозлили меня до глубины души.

Я взяла карточку двумя пальцами, не говоря ни слова, обернулась и посмотрела прямо на Дамьена. Он стоял всё там же, наблюдая за мной, его взгляд был неподвижным, словно он ждал моей реакции.

Медленно, сдерживая все эмоции, я повернулась к ближайшей урне и бросила карточку прямо туда.

Ничего не сказав, я развернулась и пошла прочь.

— Дай очки, — попросила Лию, когда на следующий день мы собрались на прогулку по территории.

— Мои? — Лия нахмурилась, протягивая мне чёрные солнцезащитные очки. — Ты ведь никогда их не носишь.

— Сегодня захотелось.

Она ничего не ответила, только покачала головой. Я надела очки, и зеркало показало отражение совсем другой девушки. Уверенной, холодной, недоступной.

Мы с Лией вышли на улицу, и я сразу почувствовала, как воздух немного смягчил напряжение внутри.

Я достала телефон и, не колеблясь, набрала номер. Сердце забилось чуть быстрее, когда экран осветился. Нянечка ответила почти сразу.

— Дарин! — её тёплый голос прозвучал обыденно, но меня пронзило волнение.

— Как он? Всё в порядке? — спросила я, а в следующую секунду на экране появилось его личико.

Я улыбнулась, почувствовав, как внутри всё затопило теплом. Ему уже год и девять месяцев, но каждый раз, когда я смотрела на него, мне казалось, что он растёт слишком быстро. Пухлые щёчки, серьёзный взгляд, такие же карие глаза, как у Дамьена.

Я заставила себя не продолжать мысль, сосредотачиваясь только на сыне.

— Он немного капризничал, но сейчас всё хорошо, — сказала нянечка, слегка повернув камеру.

Я увидела, как он играет с кубиками, с лёгким упрямством пытаясь поставить один на другой. Его сосредоточенное выражение лица заставило меня рассмеяться.

— Солнышко моё, — прошептала я, чувствуя, как сердце наполняется нежностью. — Мамочка тебя видит.

Он поднял голову, и его лицо сразу озарилось улыбкой. Маленькая ручка махнула в сторону экрана.

— Ма-ма! — произнёс он, его голос звонкий, уверенный.

Слёзы подступили к глазам, но я быстро сдержалась.

— Да, любимый, это мама, — я улыбнулась, касаясь экрана. — Мамочка скоро вернётся. Ты скучаешь?

Он не ответил словами, но потянул к экрану игрушку, как будто хотел мне её показать.

— Он такой сообразительный, — сказала няня, наблюдая за ним. — Дарин, вы можете не беспокоиться, он в порядке. Только немного спрашивает про вас.

— Я скучаю по нему больше, чем он может себе представить, — тихо ответила я, не сводя глаз с его лица.

Няня улыбнулась, но промолчала.

Я смотрела на сына, а в голове снова всплывали воспоминания. Всё, что произошло, словно водоворот событий, которые невозможно было остановить. Я уехала из родного города, даже не зная, что беременна. Устала от всего — от того, что меня пытались использовать, от злости, от тех ошибок, которые я совершила. Но спустя несколько месяцев узнала о нём, и всё сразу стало другим. Для меня это изначально было огромным шоком, так как мы с Дамьеном в нашу единственную ночь предохранялись. Никто из нас даже не заметил то, что защита порвалась.