О, мой босс (СИ) - Васильева Ирэн "Mila Walter" - Страница 15

Майкл вел себя как профессионал. Строгий босс. Не каких тебе лишних взглядов или вопросов. Ничего. Вообще ничего. Мне даже стало казаться, что все то, что у нас было, это моя глупая фантазия, придумки моего воображения.

Но это точно была не фантазия. И подтверждение тому меня ждало в конце месяца.

Задержка. Тест на беременность. И две полоски.

— Ты должна ему сказать.

Маша пилила меня почти каждый день этим вопросом. Я уже триста раз пожалела, что в порыве паники эй позвонила, и все рассказала.

Они с Винсом окружили меня прям гипер опекой.

Не отходили от меня, ни дома, ни на роботе.

Я злилась, и одновременно была им очень признательна.

Новость о том, что во мне зародилась частичка Майкла и радовала и убивала одновременно.

Я терзалась в сомнениях, говорить ему или нет.

— Лизи, прислушайся пожалуйста. Он имеет право знать что у вам будет общий ребенок. Как бы там небело, малыш имеет право на двух родителей. Подумай пожалуйста об этом.

— Маш ты думаешь я не хочу ему говорить просто из за вредности и обиды? — Слезы градинками стали катится по моему лицу.

Вообще в последнее время я очень много плачу. Мой врач говорит что это гормоны. Она ведь не знает истинную причину этого потопа.

— Ты думаешь я сама не мечтаю эму все рассказать? Та я просто не знаю как Майкл примет эту новость. Я боюсь услышать указания избавится от этой крошки. Мы ведь расстались. И ни о чем таком не договаривались. Боюсь услышать упреки, что я сделала это специально, дабы его вернуть. Но … Но я так не хочу. Не хочу что-бы мой ребенок чувствовал себя не нужным родному отцу, который будет рядом только из за чувства долга. Этот малыш будет ему обузой. Свяжет по рукам и ногам. А Майкл четко дал понять, что создание семьи не входит в его планы. По крайне мери со мной. И как бы больно это не звучало, это правда. И от нее никуда не деться. Так что, спасибо за заботу, я уж как-то сама воспитаю своего малыша.

— Милая моя, ты не сама. И никогда не будешь сама. Я всегда рядом, и тебя поддержу.

— И я тоже- Вмешался Винс. Все это время, он сидел молча и не вмешивался в наш разговор. И за это я была ему безмерно благодарна.

— Маш, если бы ты знала. Как мне страшно услышать нечто подобное из уст Майкла. Я этого просто не переживу. Я не смогу.

Большое всем спасибо, что читаете и оцениваете мой труд. Приятно что кому-то нравится моя книга. Буду очень признательна за комментарии и ❤

Майкл

Четыре месяца спустя

— Майкл, да ты наверное шутишь? — уже битый час твердил мне эти слова Том Кин, мой лучший друг детства.

— Том, я серьёзен как никогда.

И снова у него приступ смех.

— Знаешь, я все-таки не верю. Твоя мама, и «добровольно» сложила свои полномочия свахи. Да этого просто не может быть.

— Ну, не совсем добровольно, если уж говорить откровенно.

— Так, что ты сделал? Только не говори, что наконец послушал моего совета и вмешал во все это отца?

— Да, пришлось. Та мама сама мне просто другого выбора не оставила. Эта ее протеже Соня, сума меня чуть не свела. Я сам себе удивляюсь, как сколько терпел? Как я ее вообще еще там в лесу не придушил? А ведь была такая возможность.

— И мест полно, где можно было бы труп припрятать. — Том поднял свой бокал с виски — Вот за это и выпьем, за терпение.

Мы уже битый час сидели в баре, и пили за наши взлеты в бизнесе и провалы в личной жизни.

Мы знаем друг друга уже целую вечность, так что охотно делились всем. Мы скорее были как братья, хоть и не кровные.

— Майкл, а что с Лизи делать думаешь?

— Не знаю. — Голова начинала гудеть. — Мы ведем себя так, словно ничего и не было между нами. Кроме роботы конечно. Эти два хлюпика Скот и Стив, продолжают испытывать мое терпение, бегают за ней по пятам. От увольнения их спасает лишь то, что Лизи никак не отвечает на все их старания. Так что, пуская пока живут.

— А Лизи что? Она вообще не проявляет к тебе никаких чувств.

— Знаешь, в последнее время она стала себя очень странно вести. Она похудела. Стала чаше брать отгулы.

— Может у нее кто-то есть? В не офиса?

— Нет, я так не думаю. У нее какой то болезненно бледноватый вид. Я волнуюсь за нее. И спросить не имею права.

— Может, стоит поговорить с ее подругой скромницей Марией?

— О, Мария. Она у нас уже не совсем скромная и тихая девушка. Ну, по крайне мери со мной.

— В смысле?

— В последний наш разговор, когда Лизе на роботе стало плохо, я хотел у нее все расспросить.

— И.

— И она меня послала таким отборным матом. И вручила мне заявление об уходе.

— Ну, в принципе ничего не обычного. Если девчонки хорошие подруги, то этого и стоило ожидать. И что ты подписал ее заявление?

— Нет, конечно же нет. Если Маша уйдет, то и Лизи долго не задержится. А я потеряю последнюю возможность быть с ней рядом.

Бармен обновил наши напитки.

— А у тебя как дела? Как там твоя Хлоя?

— Ну, она пока-что не моя. Но я собираюсь быстро исправить этот нюанс. И по сравнению с ней, твоя Лизи просто ангелочек.

— Да что-ты. Ты же сам говорил, что Хлоя ангел воплоти.

— Говорил. Но это было до того как я, одним словом на тупил и мой ангелочек превратился в демона. Знаешь, она на меня так смотрит, что прям удивляюсь как еще не прожгла во мне дыру. Однажды врезала такую пощечину, что уши заложило. Я не спорю, я заслужил не только это. Но все же, теперь стараюсь держатся на стороже.

— Ну, а мою шишку на пол головы ты и сам прекрасно помнишь.

Наш дикий смех, разлился по всему бару привлекая внимание посетителей.

— Знаешь Майкл, я думаю что наших фурий нив коем случае нельзя знакомить. В противном случае они превращаться в ураган и сметут нас с тобой.

Посиделки в баре затянулись до самой ночи. Чувствую завтра наступит расплата, в виде жуткой головной боли и похмелья.

Элизабет

Живот понемногу начинал расти. Ну понятное же дело. Все-таки четыре с половиной месяца беременности берут свое.

Стала быстро уставать. Та еще и тошнота, почти постоянная, постепенно меня убивала. Не знаю сколько еще смогу продержаться.

Мне нужно будет уйти с роботы, пока живот совсем не вырос. Только как мне расстаться с Майклом я не знала. Как буду жить если не смогу видеть его каждый день.

Мама с папой уже готовят для меня и малыша комнату. Я им все рассказала. И они конечно считают что я не права что не говорю правду отцу моего ребенка. Но, я твердо встала на своем и не скажу ему ничего, пока сама не буду к этому готова.

Я знаю, что чем больше жду с этим разговором, тем сложнее мне решится.

Но, если бы все была так просто.

В пятницу мы с Машей пошли в бар немного отдохнуть от суеты и роботы. Она пила свою маргариту, а я апельсиновый сок. Винс как всегда был на страже. Отгонял всех незваных ухажеров.

Они с Машей так органично и мило смотрелись. Каждый раз видя как они воркуют хотелось выть от боли.

Единственное что меня все же сдерживало и не давало сойти сума, так это частичка любимого у меня под сердцем.

Все было хреново. Стала думать куда еще хуже. И что вы думаете? Да, именно так. Стало намного хуже. Маша как всегда затеяла разговор о моей беременности. И спустя минут пят беседы, наша компания дружно развернулась на знакомый голос.

— Элизабет. Мария права, нам все же стоит поговорить до рождения ребенка, а не когда ты надумаешь. Я как отец имею на это такое же право как и ты. — Перед ними стоял Майкл. Собственной персоной. И если принять во внимание его посеревшее лицо. Можно прийти к единому выводу. ОН ВСЕ СЛЫШАЛ.

В его голосе слышалась злость и что-то еще. А вот что именно Лизи так и не успела понять.

Сильные руки, обхватив ее за талию, стащили со стула.

— Майкл, я не…. — Лизи стала протестовать.

— Поговорим потом. — Рыкнул на нее Майкл, прекращая все попытки завести разговор.

Покорно опустив голову, Лизи зашагала в след за ним.