Ненужная жена ледяного дракона (СИ) - Вейл Виолетта - Страница 23

Рейнар остался у окна.

Марта — за плечом Ветты.

Лиор улёгся у её ног, но не сводил глаз с Кайрана.

— Совет объявит тебя беглянкой, — сказал Кайран.

Ветта усмехнулась.

— Начинаете с приятного.

— Я хочу, чтобы ты понимала опасность.

— Я понимаю. Совет решил, что жена, которую вчера собирались убрать тихо, сегодня слишком громко ушла сама.

— Ветта.

— Нет. Давайте говорить честно. Меня не обвиняют в побеге. Меня обвиняют в том, что я сделала это без разрешения.

Он молчал.

— Разве нет?

— Да, — сказал Кайран.

Она не ожидала признания.

И от этого стало труднее злиться.

— Я не позволю им тронуть тебя, — добавил он.

Ветта посмотрела ему прямо в глаза.

— Почему?

Вопрос был простым.

Кайран ответил не сразу.

— Потому что ты моя жена.

Она почувствовала, как что-то внутри болезненно сжалось.

Марта тихо выдохнула сквозь зубы.

Рейнар отвернулся к окну, будто сдерживал едкий ответ.

А Ветта улыбнулась.

Печально.

— Вот видите. Вы всё ещё не понимаете.

Кайран нахмурился.

— Что именно?

— Я не хочу, чтобы меня защищали потому, что я ваша. Я хочу, чтобы меня не трогали потому, что я — человек.

Он застыл.

Ветта продолжила тише:

— Три года я была вашей женой. Этого оказалось недостаточно, чтобы меня уважали. Почему теперь это должно стать защитой?

Кайран побледнел.

Почти незаметно.

Но побледнел.

— Я не знал.

— Нет, знали.

Он поднял глаза.

— Не обо всём.

— О главном. Вы знали, что мне одиноко. Знали, что ваша мать не принимает меня. Знали, что двор смеётся за спиной. Знали, что я жду хотя бы слова. Вы просто решили не смотреть.

Она говорила спокойно.

И это было страшнее слёз.

Кайран смотрел на неё, и каждый её упрёк находил в памяти подтверждение.

Ветта за ужином, молчаливая, с опущенными глазами.

Ветта в галерее, когда дамы умолкали при её появлении.

Ветта в его кабинете с просьбой открыть южную библиотеку для детей слуг — просьбой, которую он отложил и забыл.

Ветта у окна.

Всегда у окна.

Всегда будто ждала.

— Прости, — сказал он.

Одно слово.

Тихое.

Неровное.

Ветта замерла.

Она ждала его три года.

И когда услышала наконец, оно не принесло облегчения. Только новую боль.

Потому что сердце, глупое сердце, всё равно дрогнуло.

— За что именно? — спросила она.

Кайран будто не понял.

— Что?

— За что вы просите прощения?

Он молчал.

Ветта кивнула.

— Вот об этом я и говорю. Вы знаете, что виноваты. Но ещё не знаете, в чём.

Рейнар едва заметно прикрыл глаза, будто признал точность удара.

Кайран долго смотрел на свои руки.

— Тогда скажи.

— Нет.

Он поднял взгляд.

— Почему?

— Потому что я три года пыталась объяснять молчанием. Вы не услышали. Теперь учитесь сами.

В приёмной стало очень тихо.

Даже Лиор перестал рычать.

Кайран медленно выдохнул.

— Я не умею просить.

— Это заметно.

— Но я пытаюсь.

— А я пытаюсь не возвращаться туда, где меня сломали.

Он вздрогнул сильнее, чем раньше.

— Я сломал тебя?

Ветта подумала.

Потом ответила честно:

— Нет. Вы почти сломали. Разница важна.

Марта отвернулась, быстро вытерев глаза.

Кайран заметил. И, возможно, впервые понял: боль Ветты видели все, кроме него.

Он достал из внутреннего кармана кольцо.

Ветта сразу узнала тонкий ободок белого золота.

Её рука невольно сжалась.

— Я нашёл его.

— Я оставила.

— Знаю.

Он положил кольцо на стол между ними.

— Я не прошу надеть.

— Хорошо.

— Я хотел вернуть.

Ветта посмотрела на кольцо.

Когда-то она мечтала, чтобы он заметил его на её руке. Чтобы однажды коснулся, задержал пальцы, сказал что-нибудь тёплое. Теперь кольцо лежало перед ней как вещь из чужой жизни.

— Оставьте себе, — сказала она. — Напоминание о том, что даже тихие женщины умеют уходить.

Кайран закрыл ладонь поверх кольца.

— Ты думаешь, я приехал только из-за гордости?

Ветта подняла взгляд.

— А разве нет?

— Нет.

— Тогда из-за чего?

Он молчал долго.

Слишком долго.

Но на этот раз Ветта не торопила.

Пусть ищет слова.

Пусть поймёт, каково это — стоять перед молчанием, от которого зависит сердце.

— Я почувствовал, что ты ушла, — сказал он наконец. — Не когда доложили. Раньше. Будто что-то оборвалось. Или натянулось так сильно, что стало больно. Я не понимал, что это. И злился, потому что не понимал.

Рейнар резко посмотрел на него.

Ветта заметила.

— Брачная связь? — спросила она.

Кайран перевёл взгляд на Рейнара.

— Ты знал?

— Я много чего знаю. Это моя неприятная особенность.

Кайран снова посмотрел на Ветту.

— Связь была слабой. Или я считал, что слабой. После твоего ухода она стала…

Он не договорил.

— Больной? — тихо спросила Ветта.

— Живой.

Слово упало между ними.

Ветта почувствовала, как сердце забилось быстрее.

Нет.

Опасно.

Слишком опасно.

Она резко сменила тему:

— Что вы знаете о пустом льде?

Кайран застыл.

— Откуда ты слышала это выражение?

— Ответьте.

Его лицо стало закрытым.

— Это запрещённая магия.

— С её помощью можно подделать истинную связь?

Воздух похолодел так резко, что чашка на столе покрылась инеем.

Лиор вскочил.

Рейнар поднял посох.

Марта шагнула ближе к Ветте.

Кайран не двигался.

Только глаза стали совсем светлыми.

— Кто сказал тебе это?

— Неважно.

— Ветта.

— Нет. Сейчас не вам задавать вопросы. Вы верите, что Элиана ваша истинная?

Он встал.

Стол тихо скрипнул от движения ледяной силы.

— Не произноси обвинений, если не можешь их доказать.

Ветта тоже поднялась.

Марта попыталась удержать её, но она мягко отстранила руку.

— Я не обвиняю. Я спрашиваю.

— Элиана была связана со мной до твоего появления в моей жизни.

— А потом исчезла. А теперь вернулась ровно тогда, когда совет решил избавиться от меня.

— Осторожнее.

Ветта усмехнулась.

— Вот он. Голос князя.

Кайран будто получил пощёчину.

Она шагнула к нему ближе.

— Я не знаю, что скрывает Элиана. Но Астервейн назвал её истинной, что пахнет пустым льдом.

Рейнар резко выдохнул.

Кайран повернулся к нему.

— Астервейн?

— Ночью печать Драконьего крыла была очищена, — сказал Рейнар. — Он свободен.

Лицо Кайрана изменилось.

На этот раз не от гнева.

От потрясения.

— Это невозможно.

— В последнее время это слово сильно обесценилось, — заметила Марта.

Кайран не обратил внимания.

Он смотрел на Ветту.

— Ты вошла туда?

— Да.

— Одна?

— Нет.

— Ты понимаешь, чем рисковала?

Ветта холодно ответила:

— Лучше, чем вы понимаете, чем рисковала я, оставаясь в вашем замке.

Кайран закрыл глаза на мгновение.

Когда открыл, в них уже не было вспышки ярости. Только тяжёлое усилие удержаться.

— Что ещё он сказал?

Ветта помолчала.

Сказать о ребёнке? Нет. Ещё нет.

— Что ледяной престол просыпается. Что тот, кто связан теплом и льдом, может стать ключом или замком.

Кайран побледнел.

— Ледяной престол — легенда.

Рейнар тихо сказал:

— Всё, что ваш род называет легендой, обычно просто неудобная история.

Кайран резко повернулся.

— Хватит.

— Нет, — сказала Ветта.

Оба мужчины посмотрели на неё.

Она вдруг очень ясно поняла: если позволит им мериться виной прошлого, правда снова утонет в мужской гордости.